IV Глава. Мышеловка
Кабинет студсовета был погружён в полумрак. Лишь настольная лампа отбрасывала резкий свет на круглый стол, за которым сидели пятеро. Напротив — Хан Ыджин, всё ещё в форме, но с небрежно распущенными волосами. Рядом с ней лежала папка.
— Мы не доверяем тем, кто сразу хочет быть частью механизма, — спокойно сказала Ким Соён, не поднимая глаз от экрана ноутбука. — Нам нужно понять, что ты не обуза. Что ты умеешь держать язык за зубами.
— Конечно, — кивнула Ыджин, при этом взгляд её чуть дрогнул, — скажите, что нужно сделать.
— Задание несложное, — вступила Йерим, убирая чёлку за ухо. — Есть ученица, младше тебя. Ли Сиын. Проблемная. Влезает, куда не надо. Ты станешь её подругой. Узнаешь, с кем она общается. Сольёшь всё. Тихо. Без грязи. Мы хотим, чтобы она сама себя закопала.
— И что дальше? — выдавила Ыджин.
— Мы сделаем остальное, — спокойно бросил Минджэ, поправляя манжеты. — С ней никто не связывался раньше. Только ты. Это чисто. И если справишься — тогда, возможно, станешь одной из нас.
Две недели спустя.
Хан Ыджин вела Ли Сиын за руку по коридорам, делала вид, что слушает её разговоры о подкастах, смеялась в столовой, защищала от других. Всё фиксировала: фото, имена, номера, чаты. Она даже поверила, что может выдохнуть.
— Я всё скинула, — сказала она в понедельник, передав флешку Туёну. — Там всё, о чём вы просили.
Туён ничего не ответил. Только кивнул. Всё произошло в один день.
Утром в школе началась паника: по всем аккаунтам Ли Сиын начали расходиться интимные фото, снятые тайно. Переписка с ментором по арт-студии, откровенная, но вырванная из контекста. Кто-то уже кричал, что она спала с ним ради выставки. Кто-то — что она делала это ради стипендии. Её не было на первом уроке.
На втором уроке — она выпала из окна третьего этажа. Жива. Но в больнице. Кома.
Ыджин прибежала в кабинет студсовета первой.
— Это не те файлы, которые я вам давала! — сорвалась она, глаза налились слезами. — Я... Я не делала снимки. Не сливала ничего такого!
— Но ты дала доступ, — холодно сказал Минджэ, не поворачиваясь. — Флешка? Помнишь? Ты была проводником. Только и всего.
— Ты сама выбрала сторону, — сказала Йерим, опуская взгляд на ногти. — Мы просто использовали твою открытость. Мы не обещали, что не подставим.
— Вы... — прошептала Ыджин, задыхаясь. — Вы сделали это специально. Вы подставили меня. Изначально.
Она резко оттолкнула со стола ноутбук, который с грохотом упал на пол, и шагнула к Соён, которая всё это время сидела молча, будто не присутствуя.
— Скажи что-нибудь! — выкрикнула она, почти сорвавшись. — Скажи, что ты не знала. Что ты не хотела этого!
Соён подняла глаза. Спокойные, колючие.
— Это было необходимо. Чтобы убедиться, что ты — не исключение.
На несколько секунд повисла тишина. Только Ыджин тяжело дышала, словно после побега.
— Вы думаете, что вы верхушка? — тихо сказала она, голос сорвался. — Вы просто удобные марионетки того бесхребетного старого ублюдка, которого принято называть директором! Когда вы перестанете быть полезными, он тоже вас выкинет — так, как вы когда-то выкинули тех невинных жертв.
Слёзы уже текли по щекам, но она не вытирала их. И стояла, пока не появился охранник — кто-то из студсовета успел нажать кнопку тревоги. Но никто не успел подойти.
Хан Ыджин медленно отступила назад, к стене. Достала что-то из внутреннего кармана формы — предмет блеснул в свете настольной лампы.
— Ыджин, — начала Раон, шагнув вперёд, — не вздумай.
— Вы уже убили меня, — тихо ответила она, и её голос звучал странно спокойно. — Так зачем оставлять вас без подарка?
И прежде чем кто-либо успел двинуться, она уверенно провела лезвием по собственному горлу. Крик Йерим заглушил глухой звук падения тела. Кровь расплескалась по полу, оставляя алое пятно у ног Соён. Раон рванулась вперёд, но остановилась, увидев: на полу, рядом с рукой Ыджин, лежит крошечное устройство — чёрная, почти незаметная умная камера. Световой индикатор мигал красным.
— Она нас снимала, — выдохнул Туён, резко побледнев.
— С первого слова, — произнёс Минджэ с хриплым удивлением. — Всё это... было не только про подставу. Это была ловушка, для нас, чёрт возьми!
Раон опустилась на колени, осторожно взяла устройство. Камера была активной. Она работала автономно — без синхронизации, но явно записывала. Голос. Лица. Задание. Цитаты. Реакции. Кровь.
Компромат. На них всех.