Часть 2. То, что сокрыто в тебе.
Всю ночь Юлий не мог уснуть. Каждое мгновение увиденного, переворачивало его мир. Он жил в страхе перед завтрашним днем : а вдруг Паулус его выгонит? Но теперь это стало неважно. Он ждал завтра так, как ещё никогда и ничего не ждал. Даже Рождество не могло сравниться с Завтрашним Днем. В мыслях, Юлий окрестил его Рождение.
С первыми лучами солнца, эльфийка уже стояла возле двери в трактир. Юлий,конечно, этого не знал. В его каморку не проникали солнечные лучи и запах утренний росы. Он не слышал утренний трели птиц и перепалки жаворонков. Зато очень хорошо слышал: «Какого дьявола ты еще в постели!? Выметайся, бездельник!».
Юлий потерял счет времени и боялся пропустить приход эльфийки. Поэтому прильнул ухом к двери и стал слушать. Так он и уснул.
Дверь слегка приоткрылась и Юлий сполз с неё и ударился головой об пол. В страхе и легком бреду после сна, он вскрикнул. Но успокоился, когда увидел, что в дверях стоит Она.
- Я надеюсь, ты выспался. Нам предстоит долгая дорога, - сказала она.
- Тогда, идем сейчас-же! - парню не терпелось уйти отсюда скорее. Оно и понятно. Кто хочет слушать постоянные ругательства в свой адрес?
- Ты готов уже? - эльфийка поправила локон, спустившийся ей на левый глаз.
- Разумеется!
- А где твои вещи? - она окинула взглядом каморку и прикрыла глаза.
- Всё на мне...
- Купим по дороге. Вставай и пошли, - она протянула ему руку и помогла встать. Погладила его по голове и взглянула в сонные глаза.
- Ай! - шлепок по щеке согнал остатки сна с Юлия.
- Всю ночь не спал... ну что с тебя взять... - она развернулась и ушла. Юлий рванул за ней. Он не хотел оставаться здесь ни секундой больше, чем необходимо.
Когда они выходили, Юлий показал кулак Паулусу и сказал все, что думал. Паулус был в гневе, но не смел прикасаться к мальчишке. Юлий усмехнулся и вышел. Позже, он будет вспоминать Паулуса как второго, по важности, человека в своей жизни.
Юлий и эльфийка зашли в пару лавок и купили для Юлия одежду и кое-какое снаряжение. Через город они прошли быстро, без каких-либо проблем и задержек и вышли к дороге. Спустя пару часов ходьбы, Юлий спросил:
- Извини, а как тебя зовут?
- Люди называют меня Мари. Эльфы же зовут меня Танитиэль, - ответила эльфийка.
Юлий не нашел, что еще сказать и они шли в молчании еще добрых четыре часа.
Жаловаться было бы неправильно, со стороны Юлия, и он шел, хотя ноги уже стали тяжелыми и сильно ныли. Чтобы не обращать на это внимания, парень решил найти тему для разговора. Таковая быстро нашлась.
- А куда мы идем? - спросил он.
- Мы идем к Древнему Порталу.
- А что такое Древний Портал? - парень не понимал значение этого слова.
- С его помощью, мы сможем переместиться в другой мир. Точнее, нам нужно его активировать, а затем перенестись в Энтирион. После чего, мы отправимся к Высшим. Они определят куда ты пойдешь дальше. Это могут быть два варианта: если они сочтут, что ты готов, ты отправишься сразу в Йаандин. Если они сочтут, что ты не готов, ты отправишься в Каминутриин. Я ответила на твой вопрос?
- Я не понял половины слов... - парень почесал затылок и смущенно опустил голову.
- Что именно ты не сумел понять? - спросила Танитиэль.
- Я... что такое «Портал»...
- Сооружение, построенное Древними, чтобы быстро перемещаться в другие места.
- А что значит «перемещаться» и кто такие Древние?
Эльфийка остановилась и посмотрела на парня. Перед ним стоял светловолосый мальчуган, худощавого телосложения. На его лице краска смущения, а зеленые глаза смотрят на Танитиэль. Он сложил руки в замок и прижал к груди.
- Так делала твоя мать, - сказала эльфийка.
- Как? - Юлий вопросительно поднял бровь.
- Она складывала руки в замок и прижимала к груди, когда была смущена. Я видела её только раз, и тогда....она спрашивала твоего отца о твоем имени. Я не могу тебе его сказать, потому что смысл этих слов сокрыт от меня, - эльфийка посмотрела на небо. Солнце уже опускалось и власть брала луна со своими приспешниками, звездами, - Я лишь помогу тебе найти путь.
Очарованный красотой эльфийки, Юлий не стал боле задавать вопросов. Лишь продолжил следовать за Танитиэль.
Путники шли целую ночь, а под утро, Юлий уже не мог идти. Он засыпал на ходу. Ноги совершенно не слушались. После того, как он упал, споткнувшись на ровном месте, Танитиэль подошла к нему, присела на корточки и сказала:
- Очень важно уметь терпеть боль, но еще важнее не поддаваться однообразию. Ты должен научится держать свое тело в контроле твоего разума. Когда ноги не слушают тебя, ты должен заставить их слушать. Когда глаза закрываются, отяжеленные сном или бессоньем, ты должен приказать им смотреть. Пока ты не будешь хозяином своего тела, ты не сможешь пойти в Йаандин.
- Но как я могу это сделать?
- Ты должен заглянуть с вое сознание и навести там порядок. Подобно правителю, приехавшему в свое владение. Ты должен подчинить каждую частичку твоего тела. Но, еще важнее, подчинить себе свой разум.
Слова доходили до Юлия только наполовину. Он не мог понять как ему сделать это. Он просто хотел спать.
- Пошли, - эльфийка взяла его за руку и они пошли направо от дороги. В лес.
Спустя час ходьбы, Танитиэль сказала:
- Мы на месте.
Юлий огляделся. Они стояли в центре поляны, усеянной цветами. Недалеко журчал ручеек, а поляну окружали деревья.
- Здесь очень красиво! - воскликнул Юлий.
Сон сразу отступил от него. Он бегал по поляне и вдыхал ароматы цветов и свежей росы. Он трогал прохладные воды кристального ручейка. А когда смог насладиться всем этим, к нему подошла эльфийка.
- Слушай внимательно, повторять не стану, - она достала из плаща колбочку с фиолетовой жидкостью, - Это настой листьев Красного Древа. Он убьет тебя за двое суток, если ты не подчинишь себе свой разум и тело, чтобы уничтожить яд Древа.
- Подожди! Зачем это!? Я итак смо...
Договорить парень не успел. Эльфийка сковала его, неведомой парню, магией и он оцепенел. Танитиэль порезала палец кинжалом и нарисовала что-то на лбу парня. Юлий не мог двигаться, его тело совершенно перестало слушаться, будто бы он был лишь наблюдателем, а не хозяином. Танитиэль открыла ему рот и налила настой. После этого оцепенение прошло. Но это не принесло облегчения. Юлий стал задыхаться. Мир вокруг пошел кругом, отчего ему хотелось блевать. Сильнейшая боль жгла все тело, будто бы его сжигают на костре. А потом...темнота...пропасть... легкость...