¤Глава 2¤
Домой возвращаешься ближе к полуночи, когда родители должны давно спать, и свет по всей квартире выключен, но у порога замечаешь лишнюю пару лакированных мужских туфель, из-за чего в горле образуется неприятный ком, который не так-то просто сглотнуть, внутри нарастает некий страх, и руки слегка подрагивают. Пройдя на носочках в гостиную, ты ловишь взглядом приглушённый свет, что исходит из кухни, ужасно не хочется попасться кому-нибудь из родных на глаза, тем более Чонгуку, но ты никак незаметно не минуешь комнату, ведь по иронии судьбы твоя находится по ту сторону квартиры.
Ну и что теперь, стоять, как истукан, и ждать утра? Не сейчас, так потом заметят.
Ты не знаешь, что страшнее: снова взглянуть на леденящие душу глаза брата или же получить выговор от старших. Сердце внутри болезненно сжимается с удвоенной скоростью, гоняет густую кровь, вкус которой ты чувствуешь на языке из-за нервных укусов, и в голове крутится одна мысль – нужно идти. Только делаешь шаг к своей комнате, и игривый звук заточки разделочных ножей разрезает слух, раздаваясь эхом в голове, дыхание сбивается, расширенные от животного страха зрачки замечают знакомое лицо молодого парня, на коем расцветает улыбка сумасшедшего.
— Молодой девушке не следует пропадать до самой ночи неизвестно где, не находишь? — с усмешкой на устах, он приближается к тебе, все так же затачивая любимое оружие.
— Не приближайся, — цедишь сквозь зубы, когда юноша прижимает тебя к колонне, вонзая серебристый нож в твой живот.
— Чшшш, — кареглазый прикладывает указательный палец к твоим губам, прокручивая металический предмет внутри под твои немые крики.
— Родители узнают, — шипишь, тщетно пытаясь оттолкнуть Чона.
— О том, что брат заботливо обнимает испуганную ночными хулиганами сестренку? — тебя охватывает дрожь, когда ладонь шатена нежно касается твоей головы, медленно поглаживая.
— Тебе не перехитрить меня, Т.И. Помни об этом, когда в следующий раз захочешь публично меня прикончить, — Гук резко вынимает нож из твоего живота и тщательно промывает проточной водой, после чего протирает насухо.
— А разве сегодня я не умру? — прижав руку к ране, поднимаешь затуманенный слезами взгляд на мафиози.
— Сегодня – нет, но это пока, — непринуждённо выдаёт старший и покидает тебя, предварительно посоветовав обработать рану и зашить.