1. Глу Шеридьяр
Разъяренная Глу ногой толкнула дверь и, громко ругаясь, быстро вбежала в дом. Шутка ли, сегодня она потерпела уже сотое поражение от своего злейшего врага, лидера местных хулиганов – Красавчика Ро, чья резиденция располагалась под небольшим мостом в ее районе.
- Слабачка! – насмешливо бросил ей отец, увидев очередной синяк у нее под глазом.
- Усохни! – прорычала та в ответ и хлопнула дверью в свою комнату.
Пока Глу кулаками колошматила стену, из кухни слышалось, как ее мать попрекала отца по поводу его недостойного отношения к дочке. Далее шли мольбы о прощении, последующие удары, выстрелы и стоны.
Все члены семейства Глу славились своей громкой хулиганской молодостью. Однако их личные дела пестрили не какими-то там мелкими проделками, вроде массовых драк или грабежей крохотных ларьков. В свое время каждый из них владел как минимум десятком районов и бандой в три сотни человек, а потому и развлекались они соответствующе.
Именно по этой причине и Глу, на чьи маленькие плечи рухнуло бремя единственной наследницы, решительно не должна была отставать и гордо держать фамильную марку. Проблем же у нее с этим хватало за глаза: стать членом банды, которой заправляет девчонка, хотелось чуть меньше, чем никому. Если говорить о парнях. Девушки же, поголовно, даже самые заядлые бандитки, в страхе ее сторонились. Ну а в одиночку, даже таких слабаков как Ро с его людьми, победить ей было невмоготу.
Ровно через неделю ей должно было исполниться семнадцать. И через ту же неделю, как намедни сказал ей единственный дедушка, ей, с большей долей вероятности, придется встать под дуло его пистолета, отдать концы и отправиться к предкам. Но это только при условии, что к своим именинам Глу так и не станет живым ужасом всего города, сняв наконец с себя клеймо позора семьи. А с таким-то требованием не сложно было догадаться, что шансы пожить сколько-нибудь больше семи суток у нее едва ли не уходили в минус. Ведь как старик скажет – так и будет, мало кто мог ему возразить. Совершить же то, к чему она и за десять лет не приблизилась ни на йоту, представлялось таким же реальным, как и путешествие к Луне на воздушном шаре.
Вопреки всему, вероятная смерть заботила ее сейчас меньше всего. Эта самодовольное выражение на его лице, лице Красавчика Ро, - взбить его в крем для бисквита было самым желанным для нее на свете. Однако ж ей только и оставалось что смотреть об этом сны.
Но разве могла она тогда подумать, что решение проблемы ей посчастливится найти в самом настоящем демоне, который в ту ночь заявился к ней не пойми откуда и тут же заговорил об ее скорой смерти? Другой скорой смерти.
Было около двух , когда она поднялась и пошла попить. Быстро прошлепав туда и обратно, чтобы поскорее продолжить смотреть свой сладкий сон, где она всех побеждает, Глу вскоре вернулась, и... тогда-то он и объявился.
- Глу Шеридьяр, - донеслось откуда-то сбоку, - я – демон, и пришел сообщить, что жить вам осталось неделю.
В темноте были видны только его светящиеся голубым круглые глазки и свисающие со шкафа, где он сидел, ноги. У Глу отношение ко всякой мистике было особенное, почему она тут же вскрикнула и, вскинув руки, прильнула к стенке.
- Демон?! – отвесила она челюсть. Ее недоброжелательный гость хотел было продолжить излагать принесенные вести, но был перебит: - Ты только подожди до утра, хорошо? Я хочу сон досмотреть. Да-да, так там и сиди. Только не съедай мою душу. Увидимся, - с тем же страхом договорила она и нырнула под одеяло. И уже спустя пару секунд комнату заполонил храп.
Судя по сбежавшей по его виску ярко-голубой капельке напряженного пота, получать такой прием было для демона впервой. Что там говорить – девица ввела его в глубочайшее замешательство, отчего он и просидел, где было велено, до самого утра. Все пытаясь понять, не ослышался ли он. Не ошибся ли вовсе домом.
Откуда ж ему было знать тогда, что подобные сны (редкие сны) - с кучей ругани и мордобоем - для нее были самой приятной стороной жизни? Ведь где, как не там - в стране грез, она могла почувствовать себя настоящим бандитом? Даже у самого Сатаны, несомненно, барышня эта выпросила бы разрешение отправиться обратно в постель. Что уж говорить о рядовом демоне.
Будильник зазвенел в половине девятого - и был тут же ликвидирован ногой. Медленно поднявшись, Глу потянулась и с улыбкой протяжно зевнула. После чего вспомнила о вчерашнем госте и, обнаружив его на прежнем месте, повторно вскрикнула и подняла руки, словно по команде «Ни с места!». Теперь, при свете дня, демона, пришедшего неизвестно с какой целью, можно было рассмотреть во всех деталях. Кожа у него была серой. Верхняя часть лица пряталась под неестественно черной тенью, что создавала горбатая челка коротких волос. И только голубые огоньки глаз вырисовывались на фоне этого темнища. На бедрах сидела рваная светлая накидка в древнеегипетском стиле. На предплечьях поблескивала чешуя. Плечи же полностью были обмотаны какой-то темной грязной тканью. По щекам ровными ручейками сбегали голубенькие слезы, уже накапавшие на полу небольшую лужу.
- А ты чего ревешь? – осторожно спросила Глу.
- Я водяной демон, - нехотя ответил тот. Тогда стало заметно, что зубы у него акульи. – И слезы из глаз всегда текут.
- Ну, ты только пол протереть не забудь перед уходом.
Услышанное в очередной раз заставило его недоуменно прищурить один глазик и остриженными коготками почесать затылок.
Скоро он поймал себя на мысли, что времени прошло уже многовато, а нужные вести он так и не передал. Повертев головой, незваный гость приступил наконец к пояснениям:
- Глу Шеридьяр, вы были объявлены грешницей первого класса. А потому жить вам осталось ровно неделю.
Видя возмущение на ее лице и боязнь переспросить, демон объяснил подробнее. С его слов, грешниками первого класса было принято называть тех, чьи прошлое и будущее кишели одними грехами. И уже как бы человек не пытался измениться, все было тщетно: после смерти его ждала одна дорога. От такой новости у Глу отвисла челюсть. Это было уже второе предсказание ее смерти под конец недели.
- Ровно через семь дней я заберу вашу душу. А до того времени вы можете делать все, что захотите. Моя же обязанность – ходить всюду за вами и следить, чтобы вы не умерли раньше отведенного срока. – Здесь Глу чуть расслабилась и уже заинтересовано прислушалась. – И еще: все это время моя сила будет в вашем распоряжении. Такие правила. А как ею воспользоваться – решать вам.
Едва он договорил, ее страх мгновенно переменился на приятное возбуждение, и она растянула губы в улыбочке дьяволенка, от которой даже у демона спина похолодела.
- Хе-хе. Так ты, наверное, сильный... Ну тогда, - Глу протянула ему руку и сжала ее в кулак, – присоединяйся к моей банде!
От растерянности шокированный демон даже рот чуть приоткрыл. Первым, что его так поразило, был тот факт, что Глу не подорвалась тут же с места и не побежала творить добро, с чем бы у нее был шанс хоть как-то исправить свое положение. Ведь именно для этого сила демонов вместе с последней неделей и отводились грешникам первого класса. Допускался, конечно, и другой вариант, крайне приятный для самих демонов. Это когда грешник от отчаяния начинал грешить еще больше. Но то, что выдала эта девчонка... Может, она не совсем понимает, во что вляпалась?
- Только не тормози, - весело бросила ему Глу, обвязав голову тонким серым шарфом, который она всегда так и носила. Замешкавшийся демон и сказать ничего ей не успел, как она быстро накинула куртку, распахнула окно и успешно выпрыгнула со второго этажа.
Через полчаса она уже ковыляла по высокому мосту над большущей рекой и потягивала сок через трубочку. Демон наконец нагнал ее и тут же заговорил:
- Погоди-погоди, что значит «присоединяйся к моей банде»? Ты хоть поняла, что я тебе сказал? - незаметно перешел он на «ты».
Проигнорировав своего спутника, Глу вдруг принялась с подозрением оглядываться по сторонам и задумчиво поглаживать подбородок.
- Хм-м, - протянула она. – Что-то не так. Ты ведь идешь подле меня. И никто на тебя даже не покосится. Почему эти прохожие не визжат от страха и не разбегаются? Ты точно настоящий?
Тот вздохнул и ответил:
- Очевидно же – кроме тебя, в таком виде меня никто не видит. Для окружающих я всегда буду выглядеть иначе. Сейчас, например, я кот.
Глу сдвинула брови, вся почернела, и даже жилка на виске у нее задергалась.
- КОТ?! – вскрикнула она на черного бездомного котика, плетущегося за ней. Прохожие на них тут же удивленно оглянулись. – Хочешь сказать, со мной плечом к плечу всегда будет сражаться какой-то кошак?! Смеешься надо мной?
В гневе она сделалась такой страшной, что даже сам демон взвизгнул и прикрылся руками, попятившись назад. В надежде хоть немного ее успокоить, он тут же поспешил ей объяснить, что не всегда будет котом. Что образы постоянно меняются, хотя и без его воли и контроля.
- И все равно я недовольна! Я тебя в банду приняла, а ты даже напугать никого для меня не можешь. В общем, давай так: если хочешь и дальше оставаться моим другом, то покажи мне, на что способен. И я подумаю над твоей судьбой, - пальнула она - и вдруг перепрыгнула через мостовую ограду вниз, где ее очевидно ждала верная смерть. Ахнувшие мимопроходцы тут же взбаламутились и принялись судорожно набирать номер скорой помощи.
«Друг?.. – пронеслось в голове демона. Удивленный этому слову, он махнул рукой. В такт его взмаху из речки, подобно какому-то морскому чудищу, вырвалась толстая струя воды, подхватила Глу и выбросила ее обратно. – Вконец сбрендила...»
Промокшая до нитки, она приземлилась на полусогнутые ноги, что привело всех свидетелей в сильное замешательство. Наклонив голову, попрыгала на месте, чтобы освободить от воды уши, тут же достала из кармана сохраненную пачку сока и с довольной улыбкой сделала глоток.
- Зачтено.