absurd [tokio hotel]

  Квартира Андреаса Соу являла собой уютное светлое пространство, в котором часто царила похоть и разврат. Несмотря на довольно обычный стиль комнат и расслабляющую атмосферу, человек, находившийся в этой квартире, нутром чувствовал ту тёмную и развратную энергетику. Было ли это из-за разнообразия запахов Альф или просто потому, что Андреас был довольно популярен, никто не знал. Да и по правде говоря, никого это особо не волновало. Всех будоражило лишь одно. А именно течная омега и послушный любовник в одном лице, коим парень и являлся.
Но всё же Андре шлюхой был не до конца. Он носил звание VIP-омега. Да, простите за иронию, но его мог трахать только определённый круг Альф, и только лишь перед одним из них Андре готов был ходить на задних лапах. Естественно, это был Билл.
Когда этот Альфа только пальцем поманит, парень бежит к нему. Почему? Да потому что подчинён им, одержим и просто влюблен. Но он не был его омегой, так, просто хорошая задница и смазливая мордашка. Сам Андреас часто задавался вопросом, почему так легко идёт на поводу у Каулитца, почему подчиняется и исполняет любой его приказ, если они не являются даже парой. Смешно, наверное, но ответов на свои вопросы парень не находил. И продолжал плыть по течению, не сопротивляясь и не возражая. Каждый раз как первый. Каждый вздох как последний. Каждый поцелуй рваный и короткий. Каждый толчок резкий и грубый. Каждый раз по одной и той же схеме.
Вот и сегодняшний секс не стал исключением.
Только они вошли в квартиру, Билл захлопнул дверь и набросился на него, срывая одежду и толкая к кровати.
Они не говорили, молчали. Да и зачем это? Здесь всё и так предельно ясно. Сейчас Альфе нужна разрядка, и он не будет размениваться на нежности или сдерживаться. А омега не будет противиться, ясно понимая, что сделает себе только хуже, если выкажет протест. Никто, в принципе, возражать не хотел.
Сдернув с хрупких плеч футболку, Билл припал губами к шее Андреаса, торопливо расстёгивая его джинсы.
Сам же парень стянул пиджак и рубашку с Альфы, плавно опускаясь на застёжку узких джинсов. Ловкие, уже натренированные пальчики расстегнули сложный замок, чем вызвали хриплый стон.
Андреас провёл носом по ключице Билла, вдыхая аромат, который заметно усилился. Он прошёл в каждую клетку, словно наркотик, влился в кровь и тем самым взорвал сознание омеги, который уже опустился на колени.
Один лишь взгляд в глаза и кивок.
Парнишка довольно улыбнулся, спуская джинсы вместе с бельём вниз, и плотоядно облизнулся, увидев стоящий, большой и длинный член Альфы.
— Начинай, — хрипло произнёс Билл, из-под полузакрытых век смотря на него.
Андреас кивнул и осторожно заглотил член, поддерживая его у основания. Постепенно, мучительно медленно он насаживался горлом на достоинство парня, блаженно прикрыв глаза.
Конечно же, ему это нравилось. Особенно чувствовать, как пульсируют венки под его языком, как сокращаются мышцы, и бешеным потоком кровь несётся по сосудам.
Взяв орган в рот полностью, парень начал двигать головой, лениво работая языком, лаская большую головку. Билл любил, когда перед сексом ему делали минет. Причем не просто отсасывали, а именно ласкали, ублажали, заставляли на миг терять связь с реальностью.
Андреас чуть выпустил плоть изо рта и прошёлся по всей длине кончиком языка, слегка подрачивая рукой.
Он накрыл губами головку и начал ласкать дырочку уретры.
Билл шумно выдохнул и откинул голову назад, чуть приоткрыв рот. Его рука сдавила плечо Андреаса, ясно говоря о том, чтобы тот не смел останавливаться. Как будто кто-то собирался это делать...
И тут в этой тишине, нарушаемой только стонами и хриплым дыханием, раздался звонок телефона.
Андреас вздрогнул и остановился, посмотрев на Билла.
Тот закатил глаза.
— Выебать бы того, кто звонит мне в такой момент, — хрипло прорычал он, доставая телефон из кармана, и, посмотрев на омегу, только сильнее толкнулся в его рот. Парень понял всё без слов и возобновил свои действия.
А Билл, глянув на экран, повторно закатил глаза и ответил.
— Да, отец?
До чего же абсурдная ситуация, вам не кажется? Он потрахаться решил, а тут его батеньке-Альфе срочно понадобилось узнать, как поживает дорогой сынок. Закон подлости, блять.
— Билл, мне нужно с тобой поговорить, — спокойно проговорил Алекс, не обратив внимания на то, что дыхание сына сбитое и рваное.
Билл сцепил зубы, когда стон готов вырваться из его горла.
— Да? .. И зачем?
Андреас усмехнулся, проводя языком по головке.
Алекс явно понял, что сынок в неадекватном состоянии, потому что проговорил:
— Ты не один?
— Аха... пап, мы можем потом поговорить, а? А то я не могу кончить из-за тебя.
— Не опошляйся зря, — ухмыльнулся отец, — заскочи домой.
Билл оторвал трубку от уха и прижал её к груди, тихо застонав. По телу прошла дрожь, но он не позволил себе кончить, отпихнув Андреаса от своего члена, и прорычал в трубку:
— Дорогой мой папочка, я приеду примерно через три часа. Сейчас только выебу одного омежку. Идёт?!
— Вполне, — рассмеялся Алекс.
Билл отключил телефон и отбросил его в сторону.
— Заебись, он бы ещё рассказал, куда тебя ебать, блять!
Андреас тихо хихикнул, но тут же заткнулся, наткнувшись на мутный, чёрный взгляд.
— На кровать, живо, — тихо и спокойно проговорил Билл, облизнув губы. Но всем известно, что именно в спокойном виде он опасней и агрессивней всего.
Андреас забрался на кровать и уставился на Альфу, как кролик на удава.
Билл спокойно прошёлся по комнате, достал смазку и презерватив, затем снова вернулся к омеге.
Без слов, одним резким движением парень раздвинул коленями его ноги и притянул ближе, пробираясь к сжатой дырочке.
Не особо церемонясь, он ввёл сразу два пальца, раздвинув их в стороны. Благо, омега девственником давно не был, и анальное отверстие привыкло к подобному обращению.
Так что он лишь сдавленно застонал и шире развёл ноги в стороны.
Билл усмехнулся, быстро двигая пальцами и иногда задевая простату. Многолетняя выдержка позволяла парню слегка помучить омегу, но не слишком увлекаться, так как член настойчиво требовал разрядки.
— Билл, хватит уже... — бессвязно прошептал Андреас, закатывая глаза от очередной пульсации, что прошла сквозь тело.
— Как знаешь, — хмыкнул Каулитц, вынимая пальцы, заменяя их своим членом. Приставив головку к растянутому отверстию, он резко толкнулся вперёд.
Андре пискнул, зажмурив глаза, но не зажался.
Опираясь одной рукой на постель, а другой прижимая тело омеги к себе, Билл подождал несколько минут, покрывая лёгкими поцелуями тонкую шею и ключицу. Почувствовав, как тело расслабилось, он начал двигаться. Сначала — медленно, плавно толкаясь и гладя кожу ладонями, постепенно ускоряясь. Проникая до самой глубины, головкой задевая простату, Билл гортанно стонал. Андреас вторил ему хриплыми криками и стонами, без труда подстроившись под движения Альфы. Всё-таки подобие связи между ними было. Не такая связь, как у пар, просто завязанная на сексе и подчинении. Но ни один, ни другой не жалели об этой связи. Всё всех устраивало.
И вот сейчас, рвано кусая податливые губы, Билл двигал бёдрами, доставляя и себе, и любовнику удовольствие, не скованное какими-то правилами и традициями.
Андреас провёл ладонью по затылку парня, целуя его ключицу, и выгнулся, когда почувствовал скорый оргазм Альфы.
Билл резко вышел из Андреаса, стянул презерватив и с низким, грудным рыком кончил ему на лицо. Сам парень кончил от этого через минуту.

***

Машина Билла плавно остановилась возле дома его родителей. Парень вздохнул и поправил одежду, памятуя о том, что его второй отец, Крис, обязательно промоет мозги непутёвому сыну за неопрятный вид. Крис являлся типичным представителем рода омег. Хрупкий, творческий и очень мягкий мужчина сорока лет, с явно завышенным отцовским инстинктом. Нет, Билл любил отца, но мораль и «женские» замашки родителя его порой бесили и выводили из себя.
В своей семье Билл был старшим из троих ребёнком. Двое остальных его братьев, разумеется, оба альфы, Джей и Дин, были ещё малы. Им было по десять и пятнадцать лет.
Парни довольно тепло относились друг к другу, но всё же иногда гормоны Альф брали над ними верх. Это проявлялось в едва заметной конкуренции и шуточной борьбе за внимание отцов и старшего брата. Дин и Джей очень уважали Билла и стремились походить на него, как это часто бывает. А вот сам Билл старался быть похожим на своего отца-Альфу, Алекса.
В целом, Алекс ничем таким уж специфическим в поведении не отличался, но именно это и заставляло сыновей, да и всех остальных, уважать его и подчиняться.
Являясь владельцем крупной компании, мужчина без труда мог позволить себе жить «на широкую ногу» и не беспокоиться о будущем. По характеру он был спокойным и рассудительным, чуть ироничным и насмешливым, но мог быть и властным, жестоким и бескомпромиссным. Своих сыновей он, конечно, любил, но не баловал. Хотя, надо признать, Билл был его любимчиком. Всё-таки первенец...
Билл слабо улыбнулся, выходя из машины и направляясь к особняку родителей.
Отношения у него с отцом были на равных и, можно даже сказать, дружеские, но, тем не менее, когда надо, Алекс мог быть строг. Даже с ним.
Билл прошёл в гостиную, где играли Джей и Дин, усмехнулся, прислонившись к косяку.
— Ну как вы, бандиты? Ещё ни одного омежку не развратили? — насмешливо проговорил он.
Дети обернулись и подскочили на ноги.
— Билл!!!
Мальчишки по очереди повисли у него на шее, сияя, как бенгальские огни.
Парень про себя усмехнулся, смотря на братьев.
Наверно, при всей своей сволочности и развратности, он ещё не забыл, как чувствовать. Глупо звучит, но здесь он мог сбросить свою маску.
— А надолго ты приехал?
— А твои друзья тоже приедут?
— Как дела на личном фронте?
— Стоп! — рассмеялся Билл, заставив мальчиков замолчать и сверкать глазами. — Вы хуже омег, честное слово!
Джей надулся, а Дин наоборот улыбнулся.
-Билл, ну тебе же всё равно не отвертеться от нас.
Парень закатил глаза.
— Это точно. Так, всё по порядку. Приехал я ненадолго, так как мне завтра в институт. Георг и Густав сегодня не приедут, может, на выходных вместе со мной. С личной жизнью у меня всё в порядке, хоть это вас и не касается. Самим уже пора сердца разбивать юным и глупым омежкам...
-Рано им ещё, — прозвучал глубокий баритон, заставив братьев обернуться. Ну, конечно же, на лестнице стоял Алекс и насмешливо улыбался.
Билл мгновенно подобрался и убрал мальчишескую улыбку со своего лица.
— Здравствуй, отец, ты хотел меня видеть?
Алекс прошёлся по нему острым взглядом и улыбнулся.
— Билл, прекращай, в самом деле. Я же не посторонний человек. И мне кажется, ты не особо думал о манерах, когда трахал своего Андреаса.
— Папа... — Билл покачал головой и улыбнулся. — Ты неисправим. А на меня ещё ворчишь, что я развращаю парней.
Алекс усмехнулся.
— Кончай этот цирк, Вильгельм. Пошли, надо поговорить.
Он развернулся и ушёл в свой кабинет.
Билл закатил глаза и пошёл следом. У него намечался веселый день.