Штрихкоды

Память – копилка твоих воспоминаний.

Но она не залог счастливого прошлого.

Снова день в семье Венсан начинается обыденно и привычно для всех ее членов.

Рано утром пришел персонал и вычистил дом после приема гостей.

Кристиан гордился, что праздник прошел отменно. Все было интеллигентно и красиво. А главное, что дети ему не мешали и не сумели все испортить.

Сегодня официальный выходной у жителей города. Это старый обычай – делать в честь дня основателей три выходных. До празднования, в день основателей и после. Поэтому Алексия переживала, что врачи их не примут, однако не унывала и уже с утра была готова лететь в детский дом. И все же она усердно ждала назначенного времени. Когда часы пробили девять утра, девушка вышла на завтрак и застала на кухне родителей.

– Алексия, присаживайся. – Позвал отец. – Как тебе праздник?

«Отвратительно. Унизительно. Страшно.» – Вертелось в мыслях девушки и не вылетало с языка.

– Все прошло на высшем уровне, определенно. – Улыбнулась девушка и сделала глотов воды.

– Ну и отлично!

Элеонора поставила тарелки с едой и села напротив мужа. Одарив дочь взглядом, она заметила, что та подавлена и расстроена.

– А что у тебя с шеей? – Поразился Крис.

– А что с ней? - Спросила Лекса и поднесла к ней руку.

– Она в красных пятнах. Это раздражение?

– Ох, я и думаю, что она чешется. Просто я сильно перенервничала. У меня так бывает. Руки и шея краснеет и появляется зуд.

– Да уж, – противно скорчил лицо Крис и взял вилку.

– Невзирая на выходные, – начал мужчина, не успев закончить фразу. – Алан! – Удивленно приподнял брови, – тебя то я не ждал, хоть теперь мы можем позавтракать семьей.

Алан налил кофе и сел за стол. Остальные следили за его действиями, изредка поглядывая на лицо.

– Это что еще за новости? – Нахмурился Крис, указывая на синяк у глаза.

– Один кретин вчера завязал драку.

Алексия нервно сглотнула и опустила глаза на стол. Она боялась реакции отца, потому что такие ситуации случаются редко, ведь брат не привык решать проблемы руками.

– Кто это был? – Подала голос Элеонора.

– А смысл говорить? – Спокойно спросил Алан, обводя окружающих взглядом.

– Я сам решу какой смысл! Живо отвечай! – Рявкнул мужчина.

– Ну ладно, – он равнодушно пожал плечами. – Эдвин Гранде. – Сделал глоток кофе и откинулся на спинку стула.

Алексия удивленно раскрыла рот и посмотрела на парня. Кристиан поднялся со стула, а Элеонора принялась за еду. Повисла напряженная тишина. Каждый осмыслял услышанное в своей голове.

– Значит, за дело. Я вообще удивлен, как с таким характером ты еще ходишь.

– Да, отец, – махнул рукой Алан. – Я тоже так считаю.

– Так, Алексия, я не закончил. Невзирая на выходные, для тебя есть пару заданий на сегодня.

– Нет! – Девушка воскликнула и подскочила с места как ошпаренная.

– Как это нет? – Пораженный отказом дочери он развел руками.

Даже Алана заинтересовала эта беседа и он решил задержаться.

– Сейчас не могу. Пожалуйста, отец. Можно вечером я все сделаю.

– Что значит не могу? – Он удивленно хлопал глазами.

– У меня важные дела. Нужно в больницу к мальчику из детдома.

– Нет! Никаких дел. Сегодня нужна твоя помощь. Это не обговаривается. – Уверенно выпрямил спину отец и свысока глянул на дочь.

– Это срочно! Я не знаю, что с ним. Я обещала прийти.

– Я сказал нет, – злобно прошипел отец. – Эти твои детдомовцы начинают раздражать. Там тебе что, медом намазано? Займись лучше делом. Жду через десять минут в кабинете. Спасибо, дети, что испортили мне завтрак.

«А мне всю жизнь», – подумал Алан и продолжил наблюдать за сестрой.

Она молчала, уставившись в след Кристиану. Девушка не была удивлена такому исходу, но именно сегодня не могла оставить Лукаса.

Она не ждала понимания и сочувствия от отца, однако он знал, как трепетно дочь относится к мальчикам. Кристиан мог уступить, но не стал.

Если она плюнет на приказ отца – будут плачевные последствия. Если останется дома – никогда не простит себе этого.

Лукас для нее дороже жизни, но не дороже брата. Она всегда боялась игнорировать отца, по разным причинам, но одна из них, это то, что в наказание ей что-то сделают с Аланом.

Алексия в очередной раз убедилась, что ее отец всегда получает желаемое.

– Но не сегодня, – губами произнесла девушка и словно в тумане пошла к выходу.

Дверь за ней захлопнулась, Алан услышал это. И, не веря в случившееся, он подорвался с места к окну, чтобы убедиться. Парень увидел, как его сестра быстрыми шагами отдалялась от дома. Алан широко улыбнулся и пошел наверх.

Что-то изменилось в Алексии, парень видел и это пугало его и не давало покоя.

До вчерашних слов сестры он даже не думал о ней, не переживал за нее и почти не замечал. А теперь Алан ощущал небольшой всплеск беспокойства внутри, что очень раздражало.

***

– Разрешите хотя бы увидеть его. – Молила Селин врача.

– Это исключено, – он важно поправил очки на переносице.

– Он у вас уже пятый день. Мы имеем право его увидеть.

– Меня накажут за это.

– Это ребенок. Ему нужна поддержка и он должен знать, что нужен кому-то. – Вмешалась Лекса.

– Напишите ему письмо, я передам.

– Он боится быть один. – Подавленно произнес Дин и взял Алексию за руку.

– Мы ненадолго. Пять минут хотя бы. Войдите в наше положение.

– Я прекрасно все понимаю. Я могу пустить вас, могу рассказать почему он здесь, но вы пока не готовы этого узнать.

– Мы пришли сюда не просто так. А вы говорите, что мы не готовы узнать? Смешно. – Торопливо говорила Селин.

– Это изменит все. – Серьезно произнес врач.

Но Селин не отступала и больше давила на мужчину. Он недолго молчал, а затем глубоко и разочарованно вздохнул.

– Пройдемте за мной.

Селин с Алексией и Дином поспешили за врачом. Они шли по длинному белому коридору с множеством дверей.

Алексия подумала о том, что скоро вновь вернется в больницу. Но уже не как посетитель, а пациент, который проходит тесты для подбора пары. Будущее ее пугало. А дни до дня рождения с огромной скоростью сокращались. Еще немного и она совершенно отдалится от брата. Скорее всего, они даже не будут видеться. Только если столкнутся на улице или в общественном месте и даже не поздороваются и не посмотрят друг на друга. Они разойдутся как совершенно чужие люди. Но их всегда будут преследовать воспоминания из детства, и мысли о том, почему все так обернулось.

Дети Венсан навсегда останутся родными друг другу, но только в воспоминаниях. Теперь их разделил Блекфорд.

– Я вас предупреждал, – после этих слов он отворил дверь и жестом пригласил войти.

В палате было очень светло и тихо. Первой зашла Селин, а за ней остальные. Алексия оглядела комнату и кроме пустой кровати и тумбы ничего не увидела.

– Ну так что? – Приподняла брови Селин, складывая руки у груди.

– Сейчас он подойдет. Он был в детской комнате.

Алексия обрадовалась, что Лукас хотя бы в уме и может ходить. Она взяла Дина за руку и терпеливо ждала.

Селин села на краюшек кровати и глянула на часы. Врач подошел к маленькому окошку и не отрывался от него. Дверь со скрипом отворилась и все уставились на нее. В комнату медленно шевеля ногами вошел Лукас, держа руку помощницы врача. Он смотрел под ноги, но, когда почувствовал тяжелые взгляды на теле, поднял глаза и ужаснулся. Лукас вжался в девушку, приведшую его, и закрыл халатом лицо. Дин потупил глаза и покосился на врача, который продолжал молчать и глазеть в окно.

– Лукас, – девушка оттянула его от себя и посмотрела с высоты на мальчишку, – это твои друзья.

Тогда Алексия встретилась с его глазами и пошатнулась. Он смотрел прямо на нее, но не как на семью, а как на чужака. В глазах виднелся страх. Мальчик боялся ее. Также как все дети боятся незнакомцев. Ведь Лукас не помнил ее. Никого из присутствующих.

– Мальчик боится такого потока людей, прошу, останьтесь кто-нибудь один.

Осталась Селин, а Лекса с Дином вышли в коридор.

– Что с ним такое? Он обиделся на нас, что мы не пришли раньше?

Дин дергал Алекс за рукав, а та словно завороженная смотрела в одну точку. Она почувствовала, как ее сердце сжимается и приносит неимоверную боль.

– Алексия, ну!

– А? – Наконец отреагировала девушка.

– Что «а»? Я спрашиваю, он обиделся на нас?

– Не знаю, Дин. Сейчас Селин все расскажет.

Алексия отошла на несколько шагов, чтобы побыть наедине. Дин не пошел за ней, он остался караулить у дверей.

«Как такое возможно, что он забыл нас?» – подумала Лекса и потерла лицо руками.

Всю ночь она гадала почему он в больнице и ожидала чего угодно, но не этого.

В голове не укладывалось случившееся. Разве можно забыть самых родных людей на свете?

Она облокотилась о стенку и закрыла глаза.

На протяжении четырех лет ее мысли вертелись о Дине и о Лукасе. Алексия безумно привязалась к ним и не представляла себя без них.

Даже сегодня она впервые в жизни серьезно ослушалась отца. Не думая о последствиях, Алексия набралась храбрости и перешла через черту. Все ради мальчишек, которых она называла семьей.

Р А Н Е Е

– Она такая грустная, мы должны ее развеселить! – Лукас шептал на ухо Дину, так, что Алексия слышала.

Они втроем сидели на полу в игральной. Мальчики уставились на нее, изредка перешептываясь. Алексия из последних сил держалась, чтобы не лопнуть со смеху. Сегодня девушка впервые заговорила с ними, без других детей.

«Давайте дружить? Вы классные.» - пять минут назад предложила она и протянула мальчишкам руки.

Это заставило их серьезно задуматься.

– Она взрослая! Вот и грустная. – Также прошептал Дин.

– Ну давай дружить с ней? – Нетерпеливо предложил Лукас и пихнул Дина в бок.

– Не знаю. – Он нахмурился.

– Ну тогда я скажу, – он отодвинулся от Дина и посмотрел на Лексу. – Мы решили, что...

Не успел он договорить, как Дин слабо прикрыл ему рот. Лукас брыкался, но тот не отступал.

– Алексия, – важно начал Дин, продолжая держать друга. – Ты играешь в футбол? – Он сощурил глаза.

– Нет, но готова научиться. – Ее забавляло это, но она подыгрывала мальчикам и также выглядела важно и серьезно.

– А в куклы? – Дин отстал от Лукаса и сложил руки у груди.

– Нет, я больше люблю машинки.

– Ну ты же взрослая. – Непонимающе произнес он. – Ты не должна играть в игрушки.

– Ну почему? – Алексия грустно улыбнулась. – Всем иногда хочется вернуться в детство, – она задумалась. – У всех взрослых хоть раз появлялось желание поиграть в песочнице, поваляться в снегу, взять в руки куклы или машинки. Но ведь они такие серьезные, поэтому думают, что поступи так, они покажутся глупыми и безответственными. Они боятся, а я нет.

Лукас не слушал такую длинную речь, ведь он хотел быстрее начать играть. Мальчик нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

– Эх, – выдохнул тяжело Дин, – ты в команде.

Алексия хмуро кивнула и снова протянула руку мальчикам. Они поочередно пожали ее.

С Е Й Ч А С

– Алексия, – выбежала в слезах Селин, – катастрофа!

Дин подскочил и подбежал к Селин, Алексия последовала также. Женщина схватилась за девушку и прильнула к плечу.

– Бедный мальчик, – всхлипнула она.

Дин, ничего не понимая, тревожно смотрел на взрослых.

– Он не помнит. Совсем. Ничего. – Отрывисто говорила она.

Алексия обняла женщину и зажмурилась. Дин, перепугавшись до безумия, рванул к палате друга и влетел в нее.

– Эй! – Крикнул врач, который шел к Селин, чтобы выпроводить их. – Запрещено туда входить!

Алексия отстранилась от женщины и хмуро глянула на врача.

– Ваш ребенок забежал в палату! – Объяснил мужчина, тыча пальцем на дверь.

Девушка быстро подошла к ней и, не слушая врача, тоже зашла внутрь. Дин сидел у кровати мальчика и плакал. Лукас, отодвигаясь, с опаской поглядывал на мальчика.

– Я Дин, твой лучший друг. Почему ты не помнишь? – Тараторил он, захлебываясь в слезах.

– Я боюсь его, – сказал Лукас глядя на Лексу.

– Лукас, милый, этот мальчик твой друг. Он не причинит тебе зла.

Она подошла ближе к койке и положила руки на плечи Дина.

– Вы с ним самые лучшие друзья. Всегда играете, веселитесь и грустите тоже вместе.

– Я не знаю его, и вас тоже. – Он громко дышал.

– Ну все, выметайтесь! – Разъяренно прошипел врач.

– Лукас, мы еще придем. Расскажем тебе все, что захочешь. Мы любим тебя.

Мальчик, улыбнулся и недоверчиво кивнул.

– Этого мальчугана нужно научить манерам! – Не унимался врач.

Селин лишь закатила глаза и промолчала.

– Я же говорил не входить!

– Хватит вам, уймитесь. У них была связь, которую никому из нас вместе взятых не прочувствовать. Если бы вы хоть немного любили кого-то, то поняли его.

Алексия взяла за руку Дина и ускорилась, чтобы избавиться от компании надоедливого врача. По пути обратно в детский дом Селин рассказала о беседе с врачом. Пока состояние Лукаса непонятное. По их словам, они впервые столкнулись с такой ситуацией. У него проблемы в голове, которые и вызвали полную потерю памяти. Они не обещают, что вернут ее, но сказали, что сделают все возможное.

Оставшийся путь они молчали. Алексия все думала о человеческой памяти. Почему нет такого рубильника, который стирал бы нежелательные воспоминания? Тогда жизнь была бы спокойнее и счастливее. Психика многих людей не была бы сломана. По ночам их бы не терзали те или иные поступки и слова. Взять и стереть все плохое, это ведь мечта человека. Но если бы и был такой рубильник, то, к сожалению, у некоторых людей не осталось бы воспоминаний вообще.