часть 22 " Я приказываю тебе жить"
Прем сделал только два глотка и, закатив глаза, лишился жизни. Сердце не билось, он не дышал. Мои глаза застилает чёрная кровь, и я громко кричу:
— Ты мой, и я приказываю тебе не покидать меня!!! Я беру его бездыханное тело на руки и спускаюсь на первый этаж. Ремус херачит Ируга ногой в живот, а тот валяется на полу без сознания.
— Придурок! На кой чёрт ты начал эту войну. Блять! — кричит он, избивая тело Чёрного.
— Как ты мог его убить? Человека, который меня спас!
— Ремус, он в отключке. Ты не знаешь, есть у кого здесь ключи от машины?
— Поехали на его хаммере! — плюнул в Ирука Ремус и, наклонившись к нему, начал обыскивать его карманы и вытащил ключи.
— Давай и его прихватим, — говорю я.
— Если всё получится, будет чем перекусить. Люпин бежит передо мной с ключами от машины, подбегает к серебряной машине и открывает её. Я аккуратно укладываю на заднее сидение Према, возвращаюсь за Иругом и кидаю его в огромное багажное отделение машины. Я сажусь за руль и, прикрепив телефон в специальную подставку, звоню Као.
— Да?
— Я попытался обратить Према.
— Что? Как он?
— Не дышит.
— Естественно! Как ты вообще додумался? Я же сказал не давать свою кровь, не известно выживет он или нет! У тебя же редкий вид вампиризма!
— Он умирал... Я... Я подумал...
— Короче, пусть лежит, а ты посмотри: если очнётся в течение суток, то получилось, если нет, то нет.
— Блин.. Страшно... — хрипящим голосом говорю я, вытирая чёрные слезы и скидывая звонок.
— Может, я поведу? — смотрит на меня Прам.
— Куда мы?
— Мы поедем в квартиру, которую я купил, а ты привези все мои вещи и вещи Према.
— А с этим что?
— Привяжем к батарее. Не знаю, я хочу убить его.
— Ладно, у меня как раз остались ключи от той квартиры, — говорит Люпин, открывая дверь места водителя. Я пересаживаюсь на пассажирское сидение, и мы едем ко мне домой.
— Как вы смогли меня запереть?
— Святая вода, разбрызганная по двери. Действует 3 дня.
— Почему ты меня не позвал?
— Варут приказал запереть тебя, я уже не мог ему перечить, ведь ты меня освободил.
— Как в нём оказался кинжал? Разве можно использовать оружие в поединках между оборотнями?
— Когда Варут и Ируг дрались, Фрай метнул в него кинжал.
— Кто это? — Бета из нашей стаи, переметнувшийся к Иругу.
— Он так планировал?
— Мне кажется, он не был удивлён.
— Если Прем не выживет, я их расчленю, — шепчу я и всю дорогу сижу и смотрю на Према. Когда Парм привёз меня, я, взяв на руки Према, понёс его в квартиру. Было где-то два часа ночи, даже консьерж спал на своём посту. Я тихо уложил Према в свою кровать со смайликами, и она окрасилась в цвет его крови. Накрыв Пао одеялом, я улёгся на бок, подложив под голову сложенную в локоть руку.
— Куда этого? — спрашивает меня вошедший в комнату Парм, скидывая со своей спины на пол Чёрного.
— Да пусть валяется здесь, — безразлично сказал я. — Привези наши вещи, пожалуйста.
— Хорошо, заодно я покушать сгоняю.
— Делай, что хочешь. Через час я понял, что не могу смотреть на Ирука, и перенёс его тушу в ванную, привязав к батарее для сушки белья. После этого вымыл руки и, посмотрев на своё отражение, ужаснулся — весь в крови и грязи. Раздевшись, я смываю с себя грязь и в одном полотенце возвращаюсь к Прему. Люпин забрал не все вещи, в комнате осталась моя домашняя одежда. Нахожу футболку с шортами, надеваю и ложусь обратно, чтобы смотреть на Према в надежде, что он подаст признаки жизни. Когда меня укусили, я проспал после моего обращения три часа, потом проснулся и отключился часов на 12. Может, с Премом будет также? Прошло четыре часа, я тру глаза и смотрю на открывающуюся дверь. Парм с двумя чемоданами заходит в комнату.
— Поможешь мне его помыть?
— Я немного... — шатаясь, Парм подходит к кровати и садится на пол у моих ног, положив голову на кровать, рядом с моими бедрами, — устал. — и закрывает глаза. Блин... Ремус проспал часов 10, а я играл прядью его чуток кудрявых волос, чтобы занять трясущиеся руки. Парм неожиданно открывает глаза и с беспокойством смотрит на меня:
— Сколько уже прошло?
— 14 часов.
— Ну ничего, у нас есть ещё 10 часов надежды, — улыбается Люпин.
— Я не могу, так мучительно ждать! — жалуюсь я. Ремус встаёт и садится рядом со мной, обнимая. Снова вижу через кожу его вены. Уткнувшись носом в его шею, я тяжело дышу, пытаясь контролировать свои клыки.
— Не переживай! — ласково шепчет Парм, нежно поглаживая мои волосы.
— Когда та собака тебя пытала, ты не плакал, а когда пострадал Прем, тебя прям не узнать.
— Он моё всё, — шепчу, облизывая свои губы.
— Кусай, — шепчет Парм, и я впиваюсь в его шею, чувствуя какое-то странное возбуждение, делаю пять глотков и, оторвавшись от него, говорю:
— Ты не хочешь меня, я не твой хозяин, ты свободный волк.
— Это так не работает, — шепчет мне Ремус, обхватив моё лицо и приближаясь ко мне.
— Что ты делаешь? — шепчу я, накрыв ладонью его губы.
— Хотел тебя успокоить, — убирает мою ладонь со своих губ Парм.