Часть 12.
примечание от 16.07.17:
Спасибо вам за 2500 прочтений и 186 звёздочек :з
Причина, по которой долго не было проды - я упал в обморок и пролежал два дня на кровати.
Простите меня :с
Я так подумал и решил, что буду чередовать их, а потом, в один прекрасный день она выберет одного из них :з
Прошу заранее простить за ошибки и мою манеру письма.
Шинаё хотелось как можно быстрее уехать от того места, от того дома. Навсегда. Никогда не хотелось больше туда возвращаться. И, наверное, ей не удастся вернуться туда ближайшие пару месяцев.
Глаза застилала пелена из слёз, в ушах стоял неприятный звон. Тэхён, часто поворачиваясь на сидящую на заднем сидении девушку, вёл машину. Дорога чистая, поэтому автомобиль был разогнан до ста тридцати километров в час, а то и больше.
В глазах всё плывёт.
— Шинаё. Шинаё! — брюнетка открыла глаза и подорвалась на кровати в гостиной дома Чонгука. — Ты чего?
— Что? — тупой вопрос, но это первое, что пришло в голову.
— Ты ворочалась и кричала во сне. Я подумал, что тебе снится кошмар.
— Всё в порядке, — Брюнетка отодвигается от себя лицо Чонгука, ибо тот находился непозволительно близко, и села на диване, пытаясь выпутаться из пледа.
— Слушай, — начал Чонгук, помогая Шинаё избавиться от мешающей ткани. — Ты не чувствуешь никаких изменений? Там, нет жажды или ты не хочешь, там, мяса например?
— Нет? Ты так хочешь спросить, не голодна ли я? — Брюнетка повернулась к черноволосому, приподнимая бровь. Но потом она сменила своё выражение лица на ужас. — Где Тэхён?! Что с ним?!
— Успокойся, с ним всё нормально. Он спит на втором этаже. Скоро светает, время уже шесть тридцать утра. Эта ночь была очень долгой. Ты иди, умойся, что ли, а то ты заспанная какая-то, а потом спускайся на кухню. Ванная на втором этаже, — Чонгук встал и направился в другую комнату, видимо, на кухню.
Пока Шинаё поднималась по лестнице на второй этаж, ступеньки ужасно скрипели, как будто в старом доме. Такой скрип даже мёртвого разбудит.
•••
Шинаё стояла над раковиной, всматриваясь в своё отражение, осматривая лицо на наличие изъянов.
«Ты не можешь быть с ним», — пронеслось над ухом брюнетки, и та резко развернулась, но никого не увидела. Наверное, показалось.
Девушка опять посмотрела в уже запотевшее зеркало, как будто на него подышали несколько людей.
«Я предупредила тебя», — снова послышалось, и Шинаё повернулась, но опять же — ничего.
Уже мерещится что-то. Брюнетка наклонилась к раковине, набрала в ладони воды и умыла ею своё лицо. Стоило девушке поднять голову и снова посмотреть в зеркало, как она тут же с криком оборачивается. За спиной Шинаё стоял улыбающийся Чимин.
Парень ничего не говорит, а подходит к девушке и заключает её в свои объятия, кладя на плечо голову.
«Я люблю тебя», — срывается тихое с его уст, и брюнетка чувствует, как он улыбается.
— Чимин, что ты тут делаешь? — спрашивает девушка, не предпринимая попыток как-то оттолкнуть его или отстранить от себя. Как вдруг он отстраняется сам и с обидой в глазах спрашивает:
— Ты не рада меня видеть?
— Нет, что ты! — Шинаё начинает поглаживать руки Пака, пока тот с недоумением смотрит на неё. — Просто Чонгук сказал, что тебе плохо, ты должен лежать в кровати.
— Присядь на что-нибудь, — неожиданно говорит Пак, оглядываясь в поисках стула или чего-нибудь ещё. — Вот, — он берёт Шинаё за руку и садит на ближайший стул. — Помнишь, ты... Мы увиделись в комнате, когда я сидел на кровати, я тогда назвал тебя Суджи. Так вот, ты находилась в форме астрала, и сейчас тоже. Проснись. Это очень нужно.
— Но как? Я не знаю.
— Ну как обычно просыпаются? Ущипни себя. Резкая небольшая боль.
— Ай! Пак Чимин! — вскрикнула девушка, когда тот ущипнул её. Брюнетка подняла взгляд с покрасневшей места на руке и немного обомлела.
Она сидела уже не на стуле в ванной, а в комнате на стуле рядом с кроватью, на которой спал Чимин.
Он ворочался и бормотал что-то нечленораздельное. Блондин часто сглатывал и тяжело дышал. Пот, кажется, градом стекал с его лба.
Шинаё подорвалась со стула, прислоняя тыльную сторону ладони когда лбу парня. Тут температура не то, что под тридцать восемь, тут под целые сорок.
Чёрт, надо что-то делать...
Вдруг Чимин хватает руку девушки за запястье и прислоняет к губам, опаляя кожу горячим дыханием. Блондин медленно прекращает метаться на постели, бормотать и стремительно потеть.
— Чимин...
— Не уходи, пожалуйста. Я боюсь оставаться один, — парень целует каждый палец на её руке и преподносит ладонь девушки к своей щеке, начиная как кот, ластиться к ней. — Когда ты рядом, всё проходит, — с облегчением выдохнул Чимин, откидывая голову назад на подушку.
Но не проходит и минуты, как он слышит жалостливые всхлипы и шмыганье носом.
— Прости меня, — сказала девушка, опускаясь на колени перед кроватью, ложа на вторую щёку Чимина свою вторую руку. — Это всё из-за меня.
— Шинаё, не плачь. А то у меня тоже голова болит.
— Вот, у тебя из-за меня голова болит.
— Я не это имел ввиду. Я чувствую тоже самое, что и ты. Это...физическая боль, — Брюнетка тут же подняла непонимающий взгляд на парня, вытирая рукавом пиджака слёзы и возвращая Паку обратно свою руку.
— Я не буду плакать. Обещаю.
— Ты обижаешься на себя. Не надо. Я тоже чувствую себя во всём виноватым, — он сделал паузу, а потом продолжил. — Чёрт, видимо ещё и морально, — грустно засмеялся он, но потом его настроение значительно поднялось, когда улыбнулась Шинаё. — Ну, зато, я теперь буду знать, как ты себя чувствуешь, и ты не соврёшь мне.
— Чимин... Ты...ранен?
— Чёрт. Откуда? — он посмотрел на Шинаё, которая, казалось, собиралась заплакать снова. — Только не плачь, пожалуйста.
— У меня очень болит спина. Очень сильно, Чимин. Она болит всю ночь, но я молчала. И так горячо в этом месте, так жжёт.
— Потерпи. Всего сутки и всё пройдёт.
— В смысле? Какие сутки? Чимин, не вздумай умирать! — Шинаё снова заплакала, упираясь лбом в плечо Пака.
— Не волнуйся, я уверен, Чонгук или Тэхён позаботятся о тебе. Они за тебя любого порвут. Я же вижу, как ты смотришь на них обоих.
— Чимин, но мне нужен ты!
Блондин поворачивается к Шинаё, смотря в её заплаканные глаза.
Сердце сделало кульбит и в горле встал ком.
— П-поц-целуй меня, — запинаясь просит Чимин, пытаясь подняться на локтях, но Шинаё аккуратно укладывает его обратно на спину, возвышаясь над ним. А потом, руками придерживая голову Пака, нежно целует его в уста, сминая их своими. Чимин же, как котёнок, робко отвечает на поцелуй.
И чёрт бы побрал его, но он не чувствует того, что Шинаё просто выполняет его просьбу. Значит, это всё не игра. Значит, она действительно что-то чувствует.
— Я люблю тебя, — прервав поцелуй, Шинаё слышит эти три слова снова. Но Чимин гулко сглатывает, откидывая голову на подушку. — Шинаё, попроси у Чонгука один гемакон, я очень голоден, — брюнетка садится рядом с Паком на кровать и подносит к его рту запястье.
— Что ты...?
— Кусай. Твои гемаконы тебе не помогут, — Чимин удивлённо посмотрел на девушку. — Кусай, кому говорю.
— Прости меня за то, что будет больно, — и резко брюнетка чувствует неприятную жгучую боль в районе запястья. Глаза Чимина налились кровью, а крепкие руки нежно обхватили нужный участок кожи с двух сторон. Видно, что парень сдерживается, чтобы не разорвать кожу на запястье к чертям собачьим. Несколько дорожек из крови он всё-таки пропустил, поэтому несколько капель попало парню на подбородок. Вынув два клыка из плоти, Чимин начал слизывать кровь шершавым языком. После, он чуть подул на две ранки начал целовать их, как бы извиняясь за содеянное.
Но это «содеянное» ещё не закончилось. Чимин повалил Шинаё на кровать, нависая сверху. Странно, видимо подпитка из человеческого тела так подействовала на него, но боли в спине он не чувствовал вообще. Кровь — она как анестезия, достаточно одного небольшого глотка, чтобы тело содрогнулась в экстазе.
— Я так и знал! — сказал Чимин, разглядывая бордовый засос на шее, который оставил Тэхён. — От тебя пахнет Тэхёном, он пометил тебя укусом в шею. — Чимин, видимо с маленькой злости, не выдержав, укусил Шинаё в то самое место, куда укусил и Тэхён, начиная медленно глотать сладко-солёную жидкость маленькими глотками. Он сделал их от силы два-три, а потом начал нежно целовать побагровевшую ещё больше кожу на шее. — Прости, я не сдержался.
Чимин притянул девушку себе за затылок и снова поцеловал, закидывая одну её ногу себе на бедро. Укусы начали медленно заживать.
— Шинаё, мне кажется, что., — раздался металлический звон. Что-то маленькое упало на пол. — Моё ранение вылечилось...
примечание от 16.07.17:
Ребят, очень важны ваши комментарии к этой главе!
Пишите в комментариях, кто будет с Шинаё, потому что я не хочу разводить полиаморию.
Кто это будет?
Чимин, Чонгук или Тэхён?