Ведьма среди вампиров

Я никогда не была нормальной.

Нет, не так. Я была настолько далека от нормы, что иногда сама задавалась вопросом: а есть ли у меня вообще место в этом мире?

Эти слова можно услышать от любого подростка, но в моём случае они были абсолютной правдой. Я – ведьма. Рыжеволосая, с необычными зелёными глазами – живое клише, от которого меня саму порой тошнит. Но что поделать, если это правда?

Кроме того, я – самая невезучая ведьма, потому что участвовала в сомнительном шабаше, отдала свою жизнь ради невнятных целей и… умерла. Или не совсем.

Рассказывать о ритуале я не могу, поскольку поклялась мизинцем, а он мне пока ещё дорог. К тому же не хочу добавлять к клишированному образу ещё и недостаток пальцев.

Очнулась я в другом мире, в теле ребёнка лет пяти – моей прошлой внешности. И, судя по всему, привлекла внимание не самых приятных людей.

Меня обучали жёстко и безжалостно, загоняя мои способности за грань возможного. Не уверена, для чего их хотели использовать – для политических интриг или чего-то ещё?

А ведь способности у меня были.

Я не могла читать мысли, но слышала людей глубже, чем они сами себя понимали. Ловила малейшие колебания голоса, чувствовала ложь по едва заметному напряжению мышц. Я замечала, когда человек врал даже самому себе.

Я могла говорить чужими голосами, подражать акцентам, имитировать звуки животных – настолько правдоподобно, что они отзывались на мой зов.

Но главное – я умела внушать.

Сначала грубо, заставляя людей делать то, чего они не хотели. Потом – тонко, осторожно, так, чтобы у них даже не возникало подозрений. Слово, взгляд, интонация – и вот уже человек считает мою мысль своей.

Только вот двое других детей, которых тренировали вместе со мной, не выдержали. Погибли.

И тогда я поняла, что если не сбегу – следующей буду я.

Так что я нашла тех, кто собирался меня похитить, и… помогла им. Их план был рискован, но я заставила их действовать более умело.

А теперь – я бегу.

В день побега я смогла подстроить ситуацию. Думаю, мои похитители верили в невероятную удачу, но их удачей было лишь то, что наши цели совпали. Они хотели продать меня подороже, а я – для начала выбраться наружу.

Мы ехали почти сутки. Я молчала, не сопротивлялась, старалась быть незаметной. Даже когда мы останавливались на привал, я не делала резких движений, не вызывала подозрений. Они думали, что я напугана – и это было хорошо.

Когда до пункта назначения оставалось пять часов, я начала действовать.

Сначала внушила одному из них непреодолимое желание выйти из машины. Потом – второму. Они даже не осознали, что подчиняются чужой воле.

Как только оба скрылись в темноте, я открыла дверь и рванула в лес.

Ветки хлестали по лицу, корни цеплялись за ноги, воздух обжигал лёгкие. Для меня никогда не было проблемой бежать босиком, но каждый камешек, каждая неровность царапали пятки, и я ощущала себя русалкой, потерявшей свой хвост.

Позади раздались крики.

– Она бежит!

– Лови её!

Они тоже побежали. Мужчины, сильнее, выше, с лучшей выносливостью.

Я не смела оглядываться. Если упаду – они схватят меня.

Позади треснула ветка. Они уже близко.

Я резко свернула в сторону, почти врезавшись в дерево, и вдруг увидела спасение – высокий дуб с толстыми ветвями.

– Лезь! – крикнул мой внутренний голос.

Я подпрыгнула, вцепилась в кору, разодрала ладони, но забралась. Подтянулась выше, заползла на разветвление ствола и замерла.

Внизу затопали шаги.

– Где она?!

– Здесь была, я видел!

Я прижалась к стволу, затаив дыхание. Один из них поднял телефон, и жёлтый свет фонарика скользнул по дереву.

Сердце бешено колотилось.

Сейчас найдут.

Я почувствовала, как их страх смешивается с яростью. Они не могли потерять меня – слишком ценную.

Но мне нужен был отвлекающий манёвр.

Я закрыла глаза и потянулась сознанием вглубь леса. Искала что-то дикое, сильное, хищное.

И нашла.

Сначала – как лёгкий холодок на затылке. Потом – как тёмную тень в глубине леса.

Она шла. А вместе с ней – мой шанс спастись.

Грациозная тень выскользнула из темноты, ступая бесшумно.

Пума.

Мои преследователи не сразу её заметили.

Пока она не зарычала.

Рывок – и она вышла на поляну, припав к земле, готовая к прыжку.

– Чёрт! – один из мужчин вскинул пистолет.

Но пума не нападала. Она просто смотрела.

Я чувствовала, как её присутствие давит на них – мой зверь, моя воля.

– Не дёргайся… – пробормотал второй.

Но первый уже целился.

Нет.

Я шёпотом отдала команду – едва слышный звук, больше похожий на ветер.

Пума зарычала и бросилась вперёд.

Этого хватило. Мужчина с пистолетом упал, а второй резко развернулся и бросился прочь. Раненный, но не смертельно, пополз назад и, выкрикивая ругательства, поспешил за напарником.

Я медленно выдохнула.

Но радоваться было рано.

Пума подняла голову и посмотрела прямо на меня.

Я замерла.

Зверь не уходил, а нервно водил хвостом и прислушивался. Он чувствовал, что кто-то приближается.

Я услышала их раньше, чем увидела – необычные, лёгкие шаги, словно не людей, а теней.

И вот из-за деревьев вышли трое.

Я сразу поняла, что они не люди. Их движения были слишком точными, слишком плавными. Глаза светились в темноте, выискивая добычу.

Пума выгнула спину, зарычала – но не напала.

Высокий парень с бронзовыми волосами шагнул вперёд, с интересом глядя на зверя.

Рядом с ним – блондинка с холодной красотой и мускулистый брюнет.

Но именно блондинка первой заметила меня.

– Ребёнок? – в её голосе было удивление, но… тепло.

Она меня увидела.

Я в ловушке. Кто бы это ни был, они точно опасны.

Я не сразу поняла, что что-то не так.

Сначала это был просто холод – такой глубокий, что, казалось, пробирался в кости. Потом – странное чувство пустоты, как будто меня медленно вытягивали из самой себя.

Я слишком много сделала за раз – внушение, побег, вызов пумы… Всё это выжгло мои силы до дна.

Голова закружилась, зрение затуманилось.

Чёрт.

Я попыталась сосредоточиться, но мир плыл перед глазами. Лица троих незнакомцев расплывались в темноте.

Кто-то окрикнул меня.

Но я уже падала.

И мир исчез.

**************************************

Розали опустилась рядом с девочкой, осторожно убирая с её лба прядь рыжих волос. Кожа тёплая, дыхание сбивчивое, но ран, кроме царапин и ссадин, не видно.

– Она истощена, – тихо сказал Джаспер, изучая её. – Адреналин, страх… она выложилась полностью.

Эммет присел рядом, нахмурился:

– Думаешь, её кто-то преследовал?

Джаспер кивнул.

– Это не похоже на страх потерявшегося ребёнка. Она бежала от кого-то… или от чего-то.

Розали оглянулась на тёмный лес, её пальцы чуть крепче сжались на плече девочки.

– Мы не можем её здесь оставить.

Эммет вздохнул, но не стал спорить:

– Я не против, но что мы с ней сделаем? В больницу? В полицию?

– Пока не знаю, – призналась Розали. – Но она здесь одна. Запах людей ещё свежий, и не думаю, что те, кто за ней охотился, отступили.

Эммет медленно провёл языком по зубам, напряжённо вглядываясь в темноту.

– Значит, если мы её заберём, за ней могут прийти.

Розали посмотрела на него.

– Это её вина?

Эммет покачал головой:

– Нет. Я просто пытаюсь понять, во что мы ввязываемся.

Джаспер тем временем не сводил взгляда с девочки.

– Она… необычная.

Розали нахмурилась:

– В каком смысле?

– Её страх… Он слишком чистый, слишком контролируемый. Как будто она умела управлять своими эмоциями. А потом – раз, и пустота.

Эммет взглянул на него с любопытством:

– Может, она просто натренирована? Кто знает, через что она прошла.

– Возможно, – задумчиво сказал Джаспер. – Но пума…

Они снова посмотрели в сторону зверя.

Пума всё ещё стояла в тени деревьев. Не уходила, не нападала – просто наблюдала.

А затем, словно по невидимому сигналу, развернулась и исчезла в лесу.

Слишком послушно.

Розали крепче прижала девочку к себе.

– Мы берём её с собой.

Эммет молча смотрел на неё, а потом пожал плечами:

– Ты ведь всё равно не передумаешь.

– Нет.

Он выдохнул, поднялся и махнул рукой:

– Ладно. Всё таки охота сегодня не задалась.

Розали осторожно подняла девочку. Лёгкая, хрупкая… но её лицо, даже в беспамятстве, казалось сильным.

Они скрылись в ночи.