Part 8.
Если Амели решила мечтать и жить в своём замкнутом мире, это ее право. Ибо ломать себе жизнь– это неотъемлемое право человека.
Я забежала в дом, слёзы лились даже не в тридцать три ручья, их было больше. Моя нижняя губа тряслась и я чувствовала себя ужасно. Фи не было дома, поэтому мою истерику никто не слышал. Но зато я услышала подъезжающую к дому машину. А затем звонок в дверь. Я знала, что там был Рид. С одной стороны мне хотелось побежать и открыть, а с другой кинуть яйцо ему на голову со второго этажа, а потом ещё десяток в его тачку. А потом и мукой присыпать, чтобы был похож на человека в кляре.
Звонки в дверь продолжались долго, потом в ход пошёл сигнал машины, на что уже не выдержала наша соседка и позвонила мне, сообщив, что какой-то молодой человек мешает спать ее детям, у которых сейчас тихий час, и вообще она вызовет полицию. Поэтому мне ничего не оставалось кроме как пойти и открыть этому обдалбаю.
–Чего тебе Рид?–спросила сходу
–В смысле чего мне?–он определенно был в ярости, поэтому отодвинув меня в сторону зашёл, как к себе домой. –Так ты не хочешь мне свою реакцию обьяснить?– сжав зубы спросил он.
–Что я должна тебе объяснять? То, что я тебя пыталась успокоить, а ты успокоил меня? Знаешь ли встретится затылком с асфальтом далеко не приятно. Но если ты мне не веришь, то я с радостью продемонстрирую, только на тебе– произнесла я, на что Стефан заиграл желваками.
–Значит не нужно было лезть. О чем ты вообще только думаешь. Ты девушка, в тебе веса килограмм пятьдесят если есть, то отлично. А ты лезешь в драку двух мужиков. Точнее мужчины и мальчика– произнёс он, ухмыляясь на последней фразе.
–Ну так если он мальчик, зачем ты полез с ним в драку?– также в ответ кричала я.
–Затем, что мне позвонили и сказали, что тебя обижают. Я приехал сразу, как только освободился. А тут ситуация, когда я воотчию вижу, что с тобой делают. А ты как рыба на суше, ничего сделать не можешь– кричал на меня Рид.
–ЧТО? Я не могу ничего сделать? Да, черт возьми, я не могу ничего сделать, потому что мне хватило одного раза, после которого я до сих пор не отошла. И вообще откуда все узнали о том, что мы с тобой вообще общаемся? Об этом знали только мы с тобой. А теперь знает весь мой университет и все меня презирают–
–Милая, если тебя так не устраивает мое к тебе отношение и наше общение, то найди себе другого, который будет стоят и смотреть как ЕГО девушку обижают. А я найду себе ту, которая не будет меня стыдится и говорить, что ее презирают за общение со мной. И не нужно из меня делать трепло. Я мужчина и о своих отношениях привык молчать, так что может это ты всем растрепала, чтобы повысить к себе интерес– прокричал он мне и ушёл.
–Козел– крикнула я ему в ответ и закрыла дверь, затем скатилась по двери и стала плакать. Вот тебе и слова Фаины. Черт, я такая глупая, повелась на его сладкие речи. Боже, я готова отрезать себе уши, чтобы больше не слышать мужской лжи. Это омерзительно. Он просто игрался мной, если бы не так, то не сказал всего этого, а я уши развесила как дура безмозглая. Наглый обольститель, наверное, он таким путём далеко не одну девушку в постель затащил.
Я просидела так минут двадцать, проклиная гребанного Стефана, а затем пошла на кухню, набрала сладостей и улёгшись на кровать стала есть и реветь одновременно.