24. "Волнуюсь, но не покажу"

- Ребятки, надеюсь, и на этот раз мне вас не придётся просить об этом всё так же энергично и с теплотой в голосе спрашивает Хо у любимых студентов. Если честно, то он хотел уйти из университета, уволиться и больше никогда не видеть Джисона, особенно после той ночи в клубе и их последнего диалога, но всё-таки чувства сильнее, его не получилось убежать и спрятаться от них. Он лучше будет видеть его каждый день и умереть, чем не видеть и умереть без него. Он слишком привязался к этому месту, а особенно к студентам. Он теперь черпает себе огромное уважение и взаимную любовь от студентов, это хоть как-то утешает и не даёт сломиться. Да, ему больно видеть хана каждый день и осознавать, что тот даже смотреть на него не будет. Он к этому уже привык, но единственное, что он знает точно, так это то, что он никогда не будет бегать и просить остаться, если его не желают, то тем более. Он уже сам признался ему, что задаётся, хоть это и не в стиле Хо - сдаваться и отступать, но он видит, как тот мучается из-за постоянного внимания с его стороны, видит, что хан его не жалеет, но почему сердце до сих пор болезненно ноет и просит не прекращать борьбу, а идти дальше назло всему. Он перестал пялиться на Джисона на парах, перестал хвалить его, перестал докапываться до него с постоянным вниманием. Хан старается делать вид, что не замечает этого, но он чувствует без этого всего пустоту, как будто отняли что-то очень ценное. Он думал, что если профессор отстанет, то всё само пройдёт и всё будет как прежде, а оказывается, без внимания профессора Ли он будет буквально умирать. Он настолько сильно этого желает, так хочет снова поговорить с ним, но гордость не позволяет этого сделать, он и не будет делать первый шаг, поэтому он глупо и просто оставил всё как есть, а ведь глаза никогда не врут, они говорят намного громче, чем слова, но порой мы сами их закрываем и делаем вид, будто ничего не происходит и всё идёт точно по плану.
- Профессор Ли, ну разве мы можем вас подвести? Кокетливо улыбается Давон и привстаёт. - Если позволите, я первый выйду и прочитаю сочинение.
- Давон, я крайне удивлён и рад твоему желанию, поэтому, пожалуйста, прочитай, я уже в предвкушении, иди скорее сюда. Слабо улыбнулся Ли и отложил журнал со списком учеников, устремил всё своё внимание на Давоне.
Давон снова игриво смотрит на профессора и, подойдя ближе к нему, становится чуть ли не впритык, поворачивая несколько листов бумаги, он переворачивает их и не сводит с Ли взгляд.
- Прошу, начинай, я очень хочу послушать.
- Упырь недоделанный, присосаться хочет, что ли? Цедит сквозь зубы Хан, старался глотать свои слова и говорить как можно тише и отворачивается к окну, но его шёпот слышал Феликс и, слегка улыбнувшись, спросил:
- Что ты там бубнишь?
- Говорю, упырей переловить охота, уже больно они мне не нравятся, а что? Вопросительный взгляд, и Феликс в ответ лишь отрицательно кивнул, а ведь Джисон и не замечает, как сейчас его съедает ревность, он злобно смотрит на Давона и старается вообще не отводить взгляда, так и сидел бы и сожрал его глазами, даже когда он сел и уже как минут 20 прошло, всё равно не отрывает глаза, но голос профессора отвлек, и он, слегка дёрнувшись, переводит взгляд на Ли.
- Джисон, твоё сочинение готово?
- Да, профессор, я могу показать.
- Ну давай. Безэмоционально сказал Хо.
Слегка глянув в листок Хана, он кладёт его к остальным и даже читать не собирается.
- А я разве не должен прочитать?
- А зачем? Мне кажется, и этого достаточно, ты можешь садиться. В голосе Хо слышится нотки безразличия и нежелания его слушать. Джисона это очень задело, но, не подавая виду, он покорно садится на своё место. Хо это делает специально, чтобы не мучаться и не мучать его своим вниманием и вечным восхищением. Спустя несколько пар Хан начал чувствовать себя неважно, его трясло, и было ужасно холодно, Феликс уже сотый раз просит его подняться к школьной медсестре, но тот его лишь игнорировал и просто продолжал сидеть и трястись от холода, его тело горело, но сам он чувствовал только непреходящий холод до такой степени, что челюсть тряслась сильнее, чем всё тело брюнета. Он отпускает капюшон пониже, чтобы никто не заметил его состояние и бледное лицо, но с каждой минутой сидеть было сложнее, он хватается за живот и, сжимая руки сильнее на животе, чувствуя невыносимую боль оттого, что все мысли сейчас только о своём непонятном состоянии, он не сразу услышал педагога, что уже четвёртый раз зовёт его. Он опешил и медленно поднял голову, потому что по-другому ее поднять не получалось бы, слишком сильную боль испытал.
-Джисон, скажи, пожалуйста, ты почему не сказал, что плохо себя чувствуешь, пойдём, я отведу тебя к медсестре, она уже ждёт, я позвонила.
- Профессор Ян Мин, всё в порядке, просто тошнит немного, вот и всё, сейчас пройдёт, не тратьте, пожалуйста, на меня своё время.
- Никаких отговорок, поднимайся, тебя тогда Феликс отведёт.
Без протестов он спокойно встаёт и берёт протянутую руку Феликса, идёт на выход, параллельно прося прощения у учителя за то, что из-за него она потеряла время, в коридоре его ругает Феликс и просит так больше не делать.
- Послушай, чтобы это было в первый и последний раз, разве можно доводить себя до такого состояния, я уже не помню, какое по счёту успокоительное пью, чтобы окончательно не свихнуться, думая о тебе, говнюк ты, Джинсон, как врезал бы сейчас, но пожалуй, воздержусь.
Джисон ничего не ответил, сил не хватает на это, лишь слегка медленно улыбнулся и стыдливо отпустил голову, параллельно стараясь что-то из себя выдавить, но получалось только тихое и писклявое «Прости».
К своему удивлению, Минхо сегодня очень долго проверял сочинения студентов, их вроде бы не так много, по мнению Хо, но чем быстрее он пытается читать и проверить, всё получается еще мучительнее и дольше. Он каждый раз обещает себе, что не будет подменять свою коллегу Ын Сену, педагога по литературе, но каждый раз она так жалостно просит, что отказать не получается, и вот сейчас он точно так же, как и в том месяце, сидит и проверяет эти проклятые сочинения. Он не то чтобы не разбирается в этом, скорее, больше понимает, но просто не хочет. Он выбрал предмет, который будет преподавать, и физику он любит буквально с самого детства, он готов жить ей, потому именно она даётся ему как по щелчку пальцев и до сих остаётся самым любимым предметом, но литературу он терпеть не может, это он для себя точно усвоил. Минхо даже считать перестал, какой это по счёту листок, он уже даже вникаться перестал, потому что плюс-минус все пишут примерно одинаково, есть, конечно, парочка очень интересных, и они уже заслуженно получили свои пятёрки, а в основном всё однотипно. Вяло перебирая бумажные листы, он только сейчас заметил, как сейчас тихо и спокойно, от этой тишины голова буквально раскалывается на части, его мысли потревожил телефон, на который приходит уведомление, дёрнувшись от неожиданности, он смотрит, от кого пришло сообщение, и, закатив глаза, берёт его руку.
- Чтоб тебя, Хёнджин, как всегда вспоминаешь о моём существовании каждый раз, когда я этого больше всего не хочу, а вот не отвечу тебе на сообщение, посмотрим, как ты запоёшь. Злорадно хихикнув, Хо отложил телефон и продолжил рутину с листочками, но буквально через несколько минут телефон начал настойчиво названивать. Ли хотел и это проигнорировать, но почему-то стало стыдно за своё поведение, он ведь не ребёнок, чтобы вот так издеваться над другом, пока он тянулся за телефоном, прокрутил у себя в голове тысячу вариантов, как будто оправдываться, но когда он поднял трубку, не успел и слова сказать, как его перебили.
- Ты что, физик, из-за нерешённых задач с катушек съехал? Тебе что, скучно живётся, поэтому ты проигнорировал мои сообщения и звонки?
- Помилуйте, босс, какой игнор? С удивлением спросил Хо, но в голосе так слышится этот фальш, что он сам себя и выдаёт.
- Минхо, в какой по счёту раз прошу не называть меня боссом, я тебя как облупленного знаю и уж точно могу догадываться, что сейчас ты сидишь и скучаешь у себя в кабинете, поэтому и решил устроить все это и проигнорировать меня, не скажу, что я удивлён, но если честно, от тебя не ожидал.
- Прости, Хёнджин честно, я не хотел обидеть, мне и вправду очень тоскливо, я скоро сам этим листком стану, поэтому и решил устроить этот цирк, приношу свои извинения, я обещаю, такого больше не повторится, почему-то Хо, которому практически всегда бывает на все по фиолетовому, сейчас густо краснеет и стыдливо убирает торчащую прядь.
- Конечно, не повторится потому что, если это произойдёт, я тебя самолично листком сделаю, спокойной произнёс Хван, а теперь я перейду к делу, мне сообщили, что Феликс сейчас у врача, а точнее, у вашей медсестры, сам я прийти не могу, поэтому прошу тебя Поднимись и проверь, как он, а потом сразу же звони мне, вдруг с ним что-то серьёзное случилось, давай, Минхо, действуй. Джин отключился и не успел выслушать вопросы друга.
- Откуда он знает, что он там? Хо задумчиво почесал затылок и, сняв очки, двинулся к выходу.
- Я никогда не перестану удивляться тебе, Хёнджин.
Минхо спокойно шел по коридору, что вел прямо к лестнице, а та уже к кабинету медсестры, по дороге он немного затупил, поэтому спросил у одной из учениц, что как никогда кстати проходила мимо.
- Юна, здравствуй, вежливо улыбается Хо, прости, что беспокою тебя.
Опешив от неожиданности девушка немного теряется и, слегка покраснев от неловкости, тихо ответила:
- Профессор Ли, добрый день, ну что Вы, Вы меня не беспокоите, я могу чем-то помочь? Она аккуратно убирает телефон в сумку и полностью концентрирует своё внимание на Хо.
- Да мне очень нужна помощь, скажи пожалуйста, я тут узнал, что Феликсу нездоровится и он сейчас у врача. Я бы очень хотел узнать, как он, а то очень переживаю, а вдруг что-то серьёзное.
- Но, профессор, вы, наверное, неправильно поняли, Феликс в полном порядке, это Джисону стало плохо, Я до сих пор помню его бледное лицо. Бедненький, он так плохо выглядел. Девушка грустно вздохнула, вспоминая сегодняшний случай с Ханом. Минхо пару секунд стоит в ступоре после услышанного, он не может прокрутить в голове мысли о том, что Джисону сейчас плохо, почему никто не сказал, почему он сам не почувствовал это, потому его не было рядом, когда ему было плохо. Он крутил эти мысли из раза в раз. Хо хватает девушку за плечи и слегка начал трясти Юну, будто от этого она скажет быстрее то, что он хочет услышать.
-Юна, а как он сейчас, тебе не известно, где он, он все еще в кабинете да?
Юна с ошарашенным взглядом и еле заметным дрожащим голосом с запинками говорит:
- Не знаю, профессор, Вы лучше сами проверьте.
Минхо только сейчас осознал, что нарушает личные границы девушки и переходит все границы дозволенного, когда схватил