Нектэрия ( Влада Крапицкая

Макс.
Я гнал машину с запредельной скоростью, спеша вернуться в замок, потому что не видел Лану уже четыре дня и сильно тосковал по ней. Яромир и все остальные остались в Давосе, поэтому вертолёт я оставил им, а сам взял машину напрокат. «Через час-полтора я буду уже рядом с Ланой» - успокаивал я себя и ещё сильнее нажал на педаль газа, утопив её полностью в пол.
Эти четыре дня были для меня каторгой. Раньше, когда, я уезжал, то всегда возвращался к ночи в замок, чтобы охранять её сон. Мне нравилось быть рядом с ней всегда, но днём я был для неё просто друг, с которым ей интересно, и я вынужден был притворяться, что она для меня такой же друг, как и я ей. А вот ночи были только мои, мне не надо было скрывать свои чувства, и я спокойно мог наслаждаться её близостью, держа её в своих объятьях. Я настолько привык к этому, что не мог представить себе, как провести ночь без неё.
И вот теперь, я точно знал, как это - провести ночь вдалеке от Ланы. Дейм не разрешил мне приезжать каждую ночь домой, потребовав, чтобы я находился и на неофициальных мероприятиях, которые начинались вечером. Я понимал, почему он это потребовал - по миру катился экономический кризис, курс евро стремительно падал, а цены на продукты и энергоресурсы росли. Только я мог заставить главу корпорации или концерна, принять решение поступить не себе во благо, а для блага всего человечества. Но именно эти вечерние мероприятия и раздражали меня больше всего. Если на официальных мероприятиях я был сосредоточен на своей работе, то на этих вечеринках, где оговаривались основные условия будущих соглашений, мне было отвратительно находиться.
Мужчины любят украшать своё общество большим количеством красивых женщин, а женщины любят красивых, богатых мужчин. И любая их них, увидев нашу компанию, просто теряла голову. На этих вечеринках мы больше отбивались от женщин, чем работали. Хуже всего было Яромиру. Он, помимо своей воли, читал их мысли, и его просто перекашивало от презрения, когда он читал их фантазии и понимал, какие меркантильные интересы ими двигают. Эти женщины рассматривали находящихся рядом мужчин, как ходячие кошельки. А в нас они видели не просто кошельки, а очень красивые кошельки, которые никто другой не смог получить. Раньше я этого не понимал, и относился со снисхождением к попыткам привлечь моё внимание, но сейчас, встретив Лану, я понял Яромира. Он любил Донату и никто другой ему не нужен был, так же было и со мной. В моём сердце жила Лана, а внимание остальных женщин раздражало.
Тем более - сейчас. То, что происходило на этом форуме, заставило меня нервничать, не только из разлуки с Ланой. «Пора поднимать вопрос о Бельведерском клубе на нашем Форуме. Эти люди уже начали действовать во вред человечеству, а не во благо» - подумал я. То, что я прочитал в их мыслях, возмутило меня. Представителям этого клуба уже не нужен был средний класс людей. Они хотели править, а остальные должны были служить им и быть их рабами. История ничему их не учила. Но мы то, вампиры знали, что люди покоряются только на определённое время, а потом опять свергают власть деспотов и тиранов. Да, за свои короткие жизни, эти «властители мира», как они себя называли, успеют насладиться властью, а то, что будет после их смерти, их не волновало. Зато волновало нас. Мы помнили, к каким последствиям приводят эти восстания людей против власть имущих, и какой экономический вред это наносит государствам.
На этом Давосском форуме мне пришлось немало поработать, направляя мысли людей в нужное нам русло и не причиняя им вреда. «У нас много козырей в рукавах, и если не получиться изменить их мнение, мы сможем разорить их и поменять на людей, которые не испытывают такой жажды власти и денег» - решил я, но сейчас меньше всего хотелось думать о происходящем вокруг.
«Я еду к Лане, и Дейм сам позвонил мне, чтобы я вернулся раньше. Это сейчас самое главное для меня». Мы должны были выехать только завтра после обеда, но Лорд приказал, чтобы я вернулся сегодня ночью. Лане опять стали сниться кошмары и, судя по его словам, она была очень грустной. «Очень надеюсь, что именно моё отсутствие причина её грустного настроения, а не кошмары» - с надеждой подумал я.
Если раньше, я просто любил Лану, то сейчас она стала для меня смыслом жизни. Мне нравилось в ней всё - её манера говорить, как она улыбалась, её походка, её умение радоваться простым вещам. «Ей так легко было доставить радость» - я улыбнулся, но вспомнив новогодний праздник, который она для нас устроила, и тут же нахмурился.
Мы никогда не отмечали человеческих праздников. А то, как она устроила нам этот Новый год, я до сих пор, как и все обитатели замка, не мог забыть, хотя прошёл уже почти месяц. Мы радовались как дети её подаркам и конкурсам. И никто не подумал, что ей мы ничего не подарили. Мне было вдвойне стыдно,ведь я хотел положить к её ногам весь мир, а о простом подарке на праздник не подумал. Она отдавала нам свою кровь, делала наш клан одним из самых могущественный в мире, радовала нас, устраивая нам праздники, а мы ничего не давали ей взамен.
«А я бы с большим удовольствием подарил ей свою любовь и себя, потому что чем больше я узнаю её, тем сильнее люблю. Но что делать со своей любовью я не знаю». Ночами, находясь рядом с ней, и обнимая, я думал о том, сколько я ещё выдержу, притворяясь, что она мне просто друг.
Наконец-то вдали показался замок, а спустя десять минут я въехал во двор. Часы показывали три часа ночи и, бросив машину возле главного входа, я вбежал в двери.
На ступенях лестницы меня встречал Дейм, по-видимому, услышавший, как я въехал во двор. Кивком он пригласил меня следовать за ним, и мы направились в его кабинет. Вкратце обрисовывая ситуацию на форуме, и проблемы, которые нам необходимо будет решить в дальнейшем, мне не терпелось подняться в комнату Ланы и прижать её к себе. В конце концов, спустя двадцать минут он сжалился и отпустил меня, сказав:
-Ты помнишь основные условия нашего договора?
-Да, - ответил я. - Я никогда не причиню вред Лане, и не буду на неё давить. Только от её свободной воли зависит, быть мне с ней, или нет, - это стало уже мантрой для меня.
Когда мы приехали с Форума в замок, и Яромир, прочитал мои мысли насчёт Ланы, он всё рассказал Лорду, и у нас с ним состоялся очень серьёзный и неприятный разговор. Мне стоило большого труда убедить Дейма, что Лана, для меня не просто очередное завоевание или новая интересная игрушка, а нечто намного большее. Яромир помог мне на первом этапе сломить сопротивление Дейма, а окончательно убедила его Лана, сама этого не понимая. Её кошмар, приснившийся ей, той первой ночью убедил Лорда не препятствовать моему нахождению рядом с ней. Но он сразу предупредил меня о том, что если я брошу её первый, потеряв к ней интерес, или буду давить на неё, меня ждут большие неприятности. Я с ним согласился, потому что знал - первого не случится, а второго я сам не хотел.Поднявшись на третий этаж, я тихонько открыл дверь в спальню и вошёл. Доната поднялась из своего кресла и, подойдя, тихо сказала:
-Макс, наконец-то ты вернулся. Она места не находила себе последние четыре дня и очень плохо спала. Она не говорила, но ей, наверное, снились кошмары, потому что она металась во сне.
Доната полюбила Лану всем сердцем, и я был рад, что она стала её главной хранительницей. Сначала я не понимал, почему она так относится к Лане, но потом всё встало на свои места. Дело было в Яромире. Он читал мысли Ланы и знал про неё абсолютно всё. И, скорее всего, рассказал Донате всё про жизнь её подопечной, поэтому она так относилась к ней и любила её. Но сколько я не уговаривал Яромира или Донату хоть что-нибудь рассказать мне, они всегда держали язык за зубами, и повторяли одно и то же - если она захочет, то сама всё расскажет. А Лана ничего не рассказывала толком, и только один раз мне удалось разговорить её. Она рассказала, что попыталась убить себя, но причин так и не назвала, чем ещё больше разожгла моё любопытство.
Я не мог представить себе, что заставило четырнадцатилетнего ребёнка наложить на себя руки, и уже подумывал нанять детектива, который предоставит мне полный доклад про жизнь Ланы, раз уж она не хочет рассказать мне о ней сама. Мне казалось, что если я не пойму, как она жила до этого, и что происходило в её жизни - я не смогу заставить её доверять мне.
-Я знаю, Дейм рассказал мне всё, - ответил я Донате.
-Ну, раз ты здесь, я пойду к себе, - и она тихо вышла из комнаты, оставив нас одних.
Подойдя к кровати, я сбросил с себя рубашку и снял обувь. Это максимум, что я позволял себе. Мне нравилось, когда Лана, поворачиваясь и обнимая меня, упиралась лбом в мою обнажённую грудь, и я чувствовать её дыхание и её тепло на своей коже. Иногда мне хотелось сбросить и штаны, но я не решался этого сделать, потому что не знал, как поведу себя.
В камине горел огонь, играла какая-то спокойная музыка, и Лана спала на спине, практически раскрывшись. Её маленькие шорты и топик не скрывали тела, что было самым тяжёлым испытанием для меня. Я не один раз мечтал, лёжа рядом с ней, как провожу по её груди и животу ладонью, но всегда сдерживал себя.
Я аккуратно прилёг на кровать, зная, что она, скоро почувствовав моё присутствие, повернётся и обнимет меня. Но хотел этого как можно быстрее, поэтому прикоснулся к её руке, чтобы она знала, что я рядом.
-Макс, ты вернулся, - ласково прошептала она, поворачиваясь ко мне, и я оцепенел, не зная, что делать.
Проснувшись, Лана смотрела на меня, но в глазах не было недовольства, что я лежу в её постели, а скорее наоборот радость. Но я судорожно пытался хоть что-то придумать, чтобы не испугать её.
А она, похоже, и не собиралась пугаться. Протянув руку, она провела по моей щеке кончиками пальцев и с безграничной нежностью произнесла:
-Я так скучала по тебе.
А потом сделала то, о чём я даже запрещал себе мечтать. Приподнявшись и оперевшись на локоть, она потянулась ко мне, и в следующее мгновение я почувствовал лёгкое прикосновение к своим губам. Она как бы спрашивала: «можно? хочу ли я этого?». Я замер, испытывая наслаждение от её легкого поцелуя, а когда она отстранилась, испытал самую настоящую боль. Я хотел большего, причём намного большего, чем этот лёгкий поцелуй. Поэтому сам приподнялся и, посмотрев Лане в глаза, припал к её губам.
Осторожно касаясь их, я внимательно наблюдал за её реакцией и молил, чтобы она ответила на поцелуй. И когда она откинулась на спину и обняла меня за шею, притягивая к себе, чуть не закричал от радости.
Больше мне не требовалось никаких приглашений, потому что Лана хотела этих поцелуев. Обведя её губы языком, я пробовал их по-настоящему на вкус и не мог остановиться. А она, отвечая на поцелуи, прижималась ко мне, даря наслаждение, которое ещё никогда не испытывал.
Чувствуя от желания уже головокружение, я жаждал продолжения, но не знал - готова ли она идти до конца, или только привыкает ко мне. Ответ хотелось знать прямо сейчас, поэтому я опустил руку и провёл ладонью по изгибу её талии, а потом погладил её по обнажённой коже живота. Лана не отстранилась, продолжая с жаром отвечать на мои поцелуи, и я решил пойти дальше. Продолжая её целовать, я переместил свою руку ей на грудь, и нежно сжал её, и когда услышал её стон, понял, что она готова идти до конца. «Это будем моя лучшая ночь» - пронеслось в голове.
Дальше я уже плохо контролировал себя и хотел получить того, о чём так долго мечтал. Целуя её, я исследовал руками каждый миллиметр её тела и сходил с ума от её прикосновений. Отпустив мою шею, она провела своей горячей ладошкой по моей спине, и мне показалось, что у меня по коже пустили разряд тока. Меня затопила такая волна желания, что, не выдержав, я просунул свою руку под топик. Мне хотелось почувствовать на руках огонь её обнажённого тела и обладать ею прямо сейчас.
И я ощутил огонь. Лана горела и обжигала меня своим теплом. Её губы и тело были настолько горячими, что меня это пугало. Но я не мог оторваться от неё, и готов был сгореть в огне, только чтобы быть как можно ближе к ней.
-Хочу тебя, - прошептала она и, протянув руки к моим брюкам, начала расстёгивать пояс.
Чтобы ни секунды не медлить, я быстро снял с себя одежду и, прижавшись к Лане, снова начал терзать её губы. Но хотелось попробовать на вкус каждый сантиметр её кожи и, опустившись ниже, я поцеловал её в шею, там, где бился пульс, и почувствовал ещё большее желание. Она была такая мягкая, такая горячая и такая нежная, что как бы я не уговаривал себя не спешить, я уже не мог остановиться.
Приподнял Лану, я снял с неё топик и зарычал от удовольствия, глядя в её глаза. В них было обещание такого наслаждения и столько страсти, что мне уже начало казаться, что я сам горю.
Проведя ещё раз рукой по обнаженной коже живота, и поднимая руку вверх, я, услышав её стон, и наклонившись, поцеловал её грудь. Застонав ещё громче, она выгнулась мне навстречу, запустив руки в волосы, прижала к своей груди.
Перед глазами всё поплыло, и сдерживаться я больше не мог. Хотелось обладать ею прямо сейчас, поэтому я стянул с неё шортики и замер, наслаждаясь зрелищем. «Прекрасная, манящая, соблазнительная и только моя» - подумал я и лёг на Лану, зная, что получу всё.
Наклонившись, я начал медленно входить в неё и по телу прошла дрожь удовольствия.
-Лана... - выдохнул я, не в силах справиться с эмоциями. - Люблю тебя...
-И я тебя, - раздался жаркий шёпот в ответ.
Каждый толчок пускал по телу волны наслаждения, и казалось, что я задыхаюсь от переполнявших меня ощущений.
Хотелось быть как можно ближе к Лане, и глубже в ней, поэтому просунув ей руку под ягодицы я прижал её к себе. Она моментально обхватила мою поясницу ногами и, постанывая, двигалась мне навстречу. От жара её тела, нежных прикосновений, страстных стонов внутри всё кипело, и я понял, что долго не смогу сдерживаться. «Это невероятно, и я пропал» - успел подумать я, прежде чем провалился в слепящую невесомость, где были только мы с Ланой и наша любовь...
Она тихонько спала у меня под боком, а я до сих пор не мог прийти в себя. За триста восемьдесят один год моей жизни я спал со многими женщинами. Среди них были и прославленные куртизанки, и знатные дамы, и обыкновенные женщины, но то удовольствие, которое я испытал с Ланой, я не испытывал никогда. Я не мог сдерживать себя и не мог остановиться, потому что хотел её всё больше и больше. «И пусть чувствуется, что у неё маленький опыт, но она компенсирует это темпераментом и страстью, от которой я схожу с ума».После первого раза, я не захотел делать перерыва и начал всё сначала. Мне не понравилась моя спешка в первый раз. Надо было действовать мягче и нежнее, а я вёл себя как неопытный юнец, который сгорает от желания, и не заботиться об удовольствии своего партнёра. А я очень сильно хотел доставить Лане не просто удовольствие, а заставить чувствовать её то же самое, что и чувствую я. Но и второй раз меня хватило ненадолго. Целуя её, я как будто погружался в океан желания, и не мог оттуда выплыть по своей воле. Я хотел её и думал только об этом. И сейчас глядя на неё, более рациональная часть меня уговаривала дать ей поспать, а вторая, не менее настойчиво требовала её разбудить и продолжить.
«Пусть поспит ещё тридцать минут, а потом разбужу её» - решил я и начал сверлить взглядом часы на каминной полке. Как назло время тянулось мучительно долго, но я всё же выдержал.
Улыбнувшись, я принялся осторожно водить рукой по её телу. Она моментально откликнулась и, открыв глаза, прошептала:
-Это был не сон. Ты рядом, Макс...
Я уже начинал сходить с ума, когда она так произносила моё имя - медленно, нежно и с придыханием. В её голосе уже было обещание неимоверного удовольствия.
-Если это сон, то я хочу спать вечно, - ответил я и, наклонившись, стал целовать её, пытаясь себя сдерживать.
Но в отличие от меня, Лана уже не сдерживала себя. Она требовательно притянула меня к себе и поцеловала, путешествуя своими нежными пальчиками по моему телу. И там, где она прикасалась, кожа снова начинала гореть, и этот жар проникал внутрь, заставляя меня сгорать от желания. «Наверное, пройдёт не один месяц, пока я научусь сдерживать себя» - это была последняя мысль, которую я уловил, перед тем, как забыть обо всём на свете и просто любить.

Но прошло три месяца, а я так и не научился сдерживать себя. С Ланой, сколько бы мы не занимались любовью, всегда было, как в первый раз, и я сходил с ума от блаженства, не в силах контролировать свои эмоции и желания.
«Нет, с этим надо что-то делать. Я хочу заниматься с ней любовью ночами напролёт и доставлять ей такое удовольствие, какое больше никто не сможет. Надо собрать всю волю в кулак и держать себя до последнего» - решил я, поглядывая на входные двери.
Сегодня Лана первый раз уехала в город без меня, взяв Анну, Донату и своих телохранителей, и я с нетерпением ждал её возвращения, не зная, чем себя занять. «Надо было ехать с ними и не слушать Анну, которая требовала, чтобы я остался в замке. Она, видите ли, не хотела, чтобы я видел платье Ланы до бала» - я недовольно поморщился, жалея, что пошёл на поводу у Анны. «Да мне плевать на платье Ланы! Я предпочитаю смотреть на неё без одежды».
«Будь вообще неладен этот бал! Через два дня в замок съедутся более пятисот вампиров, на ежегодный клановый бал, и все, конечно, захотят познакомиться с нектэрией». Меня это раздражало, потому что я не хотел ни с кем делить Лану даже пять минут, желая, чтобы она была только рядом со мной и только моя.
Сидя в холле, я ждал, когда Лана, наконец-то, вернётся из города, а мимо туда-сюда сновали обитатели замка. У меня было ужасное настроение, а все вокруг радовались и веселились. Я понимал, что злюсь только потому, что Ланы нет рядом, и когда она вернётся, моё плохое настроение исчезнет, но всеобщее воодушевление сейчас меня злило.
Я задумался над этим всеобщим весельем. Последние три месяца настроение обитателей замка кардинально поменялось. Из-за долгой жизни мы, вампиры, часто впадаем в депрессии. Проходят годы и столетия, мир вокруг меняется, а мы нет. Мы придумывает себе различные развлечения, постоянно учимся и читаем, много путешествуем, но однажды начинаем понимать, что мы уже всё видели, всё попробовали, и тогда-то впадаем в депрессию. Интерес к жизни теряется и наваливается скука. Это было частым явлением в замке, но последние три месяца никто не страдал депрессией. Все обитатели замка просто лопались от счастья, как и я. «Но со мной-то всё понятно, я счастлив с Ланой. В чём причина всеобщего счастья остальных? Они просто кипят от переполнявшей их энергии и радости. У нас в замке никогда так много и искренне не смеялись, как сейчас».
-Макс! - мои мысли прервал голос Яромира.
Стоя на лестнице, он смотрел на меня и улыбался. «И этот туда же! Это всеобщее веселье уже раздражает».
-Пойдём в библиотеку, я хочу поговорить с тобой.
Поднявшись, я нехотя пошёл следом за ним, чтобы как-то скоротать время до приезда Ланы. А в библиотеке сел возле окна, чтобы не пропустить её приезда.
-Ты злишься, - Яромир не спрашивал, а констатировал факт. - Лана скоро вернётся, и твоё плохое настроение, как рукой снимет.
-Знаю, - пробурчал я в ответ.
-Ты в самом деле не понимаешь, что происходит с обитателями замка? - удивлённо спросил он.
-Нет, - меня заинтересовала эта тема. Яромир то уж точно знал, почему все так ведут себя.
-Макс, всё дело в Лане. Она счастлива.
Я не понимал, как счастье Ланы касается счастья обитателей замка и вопросительно на него посмотрел.
-Хорошо, - он опять улыбнулся. - Я тебе объясню. Вспомни тот случай в Чехии, когда на вас напали.
Меня передёрнуло от воспоминаний.
-Так вот, - продолжил Яромир. - Это говорит о том, что она не только чувствует людей, но может и передавать свои эмоции. Так почему ты не подумаешь о том, что раз она способна свалить с ног своей злостью и яростью, то она способна также излучать и счастье с радость?
-Но ведь ей было очень плохо после того. А сейчас как раз всё наоборот, - усомнился я.
-Ей было плохо не из-за потраченных сил на то, чтобы свалить противников с ног, а из-за того, что она чувствовала их боль. Она их свалила с ног своей яростью, и одновременно почувствовала на себе, что чувствуют они. Поэтому ей и стало плохо. А сейчас она счастлива, и излучает это счастье на всех находящихся рядом, и чувствует это же счастье, которые сама отдаёт и которое опять возвращается к ней, - он на секунду задумался, а потом продолжил. - Представь взрыв бомбы в закрытом помещении. Сначала ударная волна, от эпицентра взрыва расходиться в разные стороны, а потом, ударившись о стены, возвращается назад. Поэтому все так счастливы - мы все находимся в этом закрытом пространстве, и чувствуем волны счастья, которые исходят от неё. А ты находишься в самом эпицентре этого взрыва, - он опять улыбнулся.
-Всё может быть, - отозвался я, понимая, что он, скорее всего, прав.
-Макс, я хочу ещё кое-что тебе сказать, - тон Яромира стал серьёзным и каким-то нерешительным.
-Продолжай, - так он себя никогда не вёл, и мне стало интересно, про что он хочет мне сказать и не решается.
-Ты же знаешь, что я читаю мысли, - он опять запнулся.
Я уже не просто был заинтересован, а изнывал от желания узнать, про что он стесняется поговорить со мной, поэтому вопросительно поднял брови и он тихо сказал:
-Я тут нечаянно подслушал твои мысли, о твоей несдержанности...
Услышав это, я сжал зубы от злости, потому что это было слишком личным, чтобы обсуждать это с кем-нибудь и уже хотел встать, как он остановил меня жестом и добавил:
-Подожди, не кипятись. Дело не в тебе. Не надо себя мучить этим. Дело в Лане. Ты не сможешь с этим бороться и противостоять этому. Когда ты с ней, ты чувствуешь не только своё желание, а и её тоже. Вспомни про взрыв, и про то, что ты в эпицентре. Она делится всеми своими эмоциями с тобой. Страстью, желанием, наслаждением - абсолютно всем. Понимаешь, о чём я говорю? Ты чувствуешь, помимо своих эмоций, ещё и её эмоции. И ты не сможешь сдерживать себя, пока она будет хотеть тебя.После первого раза, я не захотел делать перерыва и начал всё сначала. Мне не понравилась моя спешка в первый раз. Надо было действовать мягче и нежнее, а я вёл себя как неопытный юнец, который сгорает от желания, и не заботиться об удовольствии своего партнёра. А я очень сильно хотел доставить Лане не просто удовольствие, а заставить чувствовать её то же самое, что и чувствую я. Но и второй раз меня хватило ненадолго. Целуя её, я как будто погружался в океан желания, и не мог оттуда выплыть по своей воле. Я хотел её и думал только об этом. И сейчас глядя на неё, более рациональная часть меня уговаривала дать ей поспать, а вторая, не менее настойчиво требовала её разбудить и продолжить.
«Пусть поспит ещё тридцать минут, а потом разбужу её» - решил я и начал сверлить взглядом часы на каминной полке. Как назло время тянулось мучительно долго, но я всё же выдержал.
Улыбнувшись, я принялся осторожно водить рукой по её телу. Она моментально откликнулась и, открыв глаза, прошептала:
-Это был не сон. Ты рядом, Макс...
Я уже начинал сходить с ума, когда она так произносила моё имя - медленно, нежно и с придыханием. В её голосе уже было обещание неимоверного удовольствия.
-Если это сон, то я хочу спать вечно, - ответил я и, наклонившись, стал целовать её, пытаясь себя сдерживать.
Но в отличие от меня, Лана уже не сдерживала себя. Она требовательно притянула меня к себе и поцеловала, путешествуя своими нежными пальчиками по моему телу. И там, где она прикасалась, кожа снова начинала гореть, и этот жар проникал внутрь, заставляя меня сгорать от желания. «Наверное, пройдёт не один месяц, пока я научусь сдерживать себя» - это была последняя мысль, которую я уловил, перед тем, как забыть обо всём на свете и просто любить.

Но прошло три месяца, а я так и не научился сдерживать себя. С Ланой, сколько бы мы не занимались любовью, всегда было, как в первый раз, и я сходил с ума от блаженства, не в силах контролировать свои эмоции и желания.
«Нет, с этим надо что-то делать. Я хочу заниматься с ней любовью ночами напролёт и доставлять ей такое удовольствие, какое больше никто не сможет. Надо собрать всю волю в кулак и держать себя до последнего» - решил я, поглядывая на входные двери.
Сегодня Лана первый раз уехала в город без меня, взяв Анну, Донату и своих телохранителей, и я с нетерпением ждал её возвращения, не зная, чем себя занять. «Надо было ехать с ними и не слушать Анну, которая требовала, чтобы я остался в замке. Она, видите ли, не хотела, чтобы я видел платье Ланы до бала» - я недовольно поморщился, жалея, что пошёл на поводу у Анны. «Да мне плевать на платье Ланы! Я предпочитаю смотреть на неё без одежды».
«Будь вообще неладен этот бал! Через два дня в замок съедутся более пятисот вампиров, на ежегодный клановый бал, и все, конечно, захотят познакомиться с нектэрией». Меня это раздражало, потому что я не хотел ни с кем делить Лану даже пять минут, желая, чтобы она была только рядом со мной и только моя.
Сидя в холле, я ждал, когда Лана, наконец-то, вернётся из города, а мимо туда-сюда сновали обитатели замка. У меня было ужасное настроение, а все вокруг радовались и веселились. Я понимал, что злюсь только потому, что Ланы нет рядом, и когда она вернётся, моё плохое настроение исчезнет, но всеобщее воодушевление сейчас меня злило.
Я задумался над этим всеобщим весельем. Последние три месяца настроение обитателей замка кардинально поменялось. Из-за долгой жизни мы, вампиры, часто впадаем в депрессии. Проходят годы и столетия, мир вокруг меняется, а мы нет. Мы придумывает себе различные развлечения, постоянно учимся и читаем, много путешествуем, но однажды начинаем понимать, что мы уже всё видели, всё попробовали, и тогда-то впадаем в депрессию. Интерес к жизни теряется и наваливается скука. Это было частым явлением в замке, но последние три месяца никто не страдал депрессией. Все обитатели замка просто лопались от счастья, как и я. «Но со мной-то всё понятно, я счастлив с Ланой. В чём причина всеобщего счастья остальных? Они просто кипят от переполнявшей их энергии и радости. У нас в замке никогда так много и искренне не смеялись, как сейчас».
-Макс! - мои мысли прервал голос Яромира.
Стоя на лестнице, он смотрел на меня и улыбался. «И этот туда же! Это всеобщее веселье уже раздражает».
-Пойдём в библиотеку, я хочу поговорить с тобой.
Поднявшись, я нехотя пошёл следом за ним, чтобы как-то скоротать время до приезда Ланы. А в библиотеке сел возле окна, чтобы не пропустить её приезда.
-Ты злишься, - Яромир не спрашивал, а констатировал факт. - Лана скоро вернётся, и твоё плохое настроение, как рукой снимет.
-Знаю, - пробурчал я в ответ.
-Ты в самом деле не понимаешь, что происходит с обитателями замка? - удивлённо спросил он.
-Нет, - меня заинтересовала эта тема. Яромир то уж точно знал, почему все так ведут себя.
-Макс, всё дело в Лане. Она счастлива.
Я не понимал, как счастье Ланы касается счастья обитателей замка и вопросительно на него посмотрел.
-Хорошо, - он опять улыбнулся. - Я тебе объясню. Вспомни тот случай в Чехии, когда на вас напали.
Меня передёрнуло от воспоминаний.
-Так вот, - продолжил Яромир. - Это говорит о том, что она не только чувствует людей, но может и передавать свои эмоции. Так почему ты не подумаешь о том, что раз она способна свалить с ног своей злостью и яростью, то она способна также излучать и счастье с радость?
-Но ведь ей было очень плохо после того. А сейчас как раз всё наоборот, - усомнился я.
-Ей было плохо не из-за потраченных сил на то, чтобы свалить противников с ног, а из-за того, что она чувствовала их боль. Она их свалила с ног своей яростью, и одновременно почувствовала на себе, что чувствуют они. Поэтому ей и стало плохо. А сейчас она счастлива, и излучает это счастье на всех находящихся рядом, и чувствует это же счастье, которые сама отдаёт и которое опять возвращается к ней, - он на секунду задумался, а потом продолжил. - Представь взрыв бомбы в закрытом помещении. Сначала ударная волна, от эпицентра взрыва расходиться в разные стороны, а потом, ударившись о стены, возвращается назад. Поэтому все так счастливы - мы все находимся в этом закрытом пространстве, и чувствуем волны счастья, которые исходят от неё. А ты находишься в самом эпицентре этого взрыва, - он опять улыбнулся.
-Всё может быть, - отозвался я, понимая, что он, скорее всего, прав.
-Макс, я хочу ещё кое-что тебе сказать, - тон Яромира стал серьёзным и каким-то нерешительным.
-Продолжай, - так он себя никогда не вёл, и мне стало интересно, про что он хочет мне сказать и не решается.
-Ты же знаешь, что я читаю мысли, - он опять запнулся.
Я уже не просто был заинтересован, а изнывал от желания узнать, про что он стесняется поговорить со мной, поэтому вопросительно поднял брови и он тихо сказал:
-Я тут нечаянно подслушал твои мысли, о твоей несдержанности...
Услышав это, я сжал зубы от злости, потому что это было слишком личным, чтобы обсуждать это с кем-нибудь и уже хотел встать, как он остановил меня жестом и добавил:
-Подожди, не кипятись. Дело не в тебе. Не надо себя мучить этим. Дело в Лане. Ты не сможешь с этим бороться и противостоять этому. Когда ты с ней, ты чувствуешь не только своё желание, а и её тоже. Вспомни про взрыв, и про то, что ты в эпицентре. Она делится всеми своими эмоциями с тобой. Страстью, желанием, наслаждением - абсолютно всем. Понимаешь, о чём я говорю? Ты чувствуешь, помимо своих эмоций, ещё и её эмоции. И ты не сможешь сдерживать себя, пока она будет хотеть тебя.-Я никогда не пойду на это, - выдавил я из себя.
-Но почему? - она непонимающе смотрела на меня.
Я знал, что попробовав её кровь, занимаясь с ней любовью, я испытаю действительно ещё большее наслаждение. Но боялся, что это окончательно подчеркнёт ту пропасть, которая между нами. Она никогда не видела, как я пью кровь, и я мог тешить себя надеждой, что за счёт этого она не воспринимает меня как вампира. Если же она увидит свою кровь у меня на губах, её отношение ко мне может измениться, а я не хотел её пугать и терять.
-Макс, - она провела по моей щеке ладошкой. - Почему ты не хочешь попробовать?
-Я не могу.
-Но почему? - спросила она и, потянувшись ко мне, прошептала на ухо: - Скажи мне, почему ты не хочешь этого?
У меня по кожи бежали мурашки, когда она начинала говорить таким тоном, и почувствовал, что могу сдаться. «Нельзя!» - скомандовал я себе, и пересадил Лану опять на диван. Встав, я отошёл к камину и замер, уговаривая себя даже не думать об этом.
-Макс?! - настойчиво произнесла она.
И я решил сказать правду, почему я не хочу этого.
-Я не знаю, как ты поведёшь себя, когда почувствуешь, как я пью твою кровь и увидишь её у меня на губах.
С дивана раздался облегчённый вздох, а потом она поднялась и, подойдя сзади, обняла меня, после чего ласково прошептала:
-Макс, ты так говоришь, как будто я не знаю, что ты вампир. Пить кровь для тебя так же естественно, как для меня принимать пищу. Не надо бояться моей реакции, поверь, это меня не испугает.
Во мне боролись страх и желание и, похоже, второе побеждало. Развернув меня к себе, и поднявшись на цыпочки, она стала целовать меня, и я понял, что не сдержусь и обязательно попробую сегодня кровь.

Лана уже спала, а я всё не мог прийти в себя, до сих пор ощущая волшебный вкус её крови на своих губах. Но дело было не только в этом. Я испытал такое, что никогда не испытывал раньше. Как только я почувствовал на своих губах её кровь и слизал первую каплю, по моему телу прошла мощная волна наслаждения, а по венам побежала не кровь, а расплавленный огонь. Я даже не представлял, что такое бывает.
Когда я пил её кровь раньше, взятую шприцом, то испытывал небывалый прилив сил и наслаждение, но сейчас, попробовав её кровь, когда мы занимались любовью, я понял, насколько разный у неё вкус. Это была не просто кровь - это был нектар в чистом виде, наркотик для меня, от которого я уже не смогу отказаться никогда. И радовало меня больше всего то, что Лана совершенно спокойно отнеслась к тому, что я пил её кровь, и мне кажется, сама испытывала от этого наслаждение. «А может Яромир прав?» - мне вспомнились его слова о том, что она делится своими эмоциями со мной. «Мне было хорошо, как никогда, и если я действительно чувствую то, что чувствует она, значит, она испытала такое же наслаждение, как и я» - с радостью подумал я, и прижал её к себе.