Часть 15
— Чистейшая кровь младенца. Еще утром была теплой...
Юнги сжимает кулаки, клыки уже прорезались. Щинэ смотрит на него, как бы останавливая.
— Вот такой должен быть мужчина, Щинэ, — смеётся Риокка и запихивает себе в рот трубочку, — А тебе полудохлики какие-то нравятся... Кстати, Минхо не плох в постели, — она снова смеётся.
Девушка только ступает шаг, но ее останавливает Мин, хоть и недавно только и желал ее отдать всем на растерзание.
— Зачем тебе понадобился Ёнсан... Что ты творишь?
Риокка допила кровь и улыбнулась:
— Мне нужен был человек, — включается свет по левую сторону от нее. На стуле весь в крови, с перегрызаной шеей сидит Минхо, — Также нужен был молодой вампир, что готов отдать свою жизнь, забыв о бессмертии, — указывает она ладонью, а после вытирает губы, — Ещё нужен вампир. Мечусь между тобой и тобой.
Она смотрит на Чой и на Мина.
— Молодая кровь намного лучше, чем старая, согласись?
На этих словах Чой парализует током, и она падает. Смотрит на Юнги, как на свое спасение, но он не движется. Девушку относят куда-то в комнату и режут артерию, пуская кровь в сосуды. Она крикнула, но не могла двинуться.
— Красивый голос, — снова смеётся Риокка и садится на стул. — Его все равно и без меня бы воскресили. Но любовь даёт больше возможностей на возвращение жизни, Юнги.
— Риокка... Любовь моя... — Намджун подходит к ней и протягивает руку, смотря даже как-то заботливо. — Скоро весь город опустится перед тобой на колени.
Он склоняется к ней, целует кратко в губы.
— Или... Ты перед ним. — шепчет в них. Взгляд становится равнодушным. — годы идут... А ты все такая же наивная дура...
— Ч... Что? Намджун? — Женщина держится за грудь и начинает кашлять ужасно темной кровью. Дрожащими пальцами проходится по губам и смотрит на них, а затем на Кима:
— Ты...
Юнги не мог скрыть ухмылки:
— А я уже успел подумать, что все идёт по гладкой заднице, — Мин рассмеялся и стал смотреть на согнутую женщину, — Даже притрагиваться к тебе не буду. Сама загнешься, — смеётся Мин и подходит к ней, обвивая ее своим телом, словно танцует.
Мужчина берет останки отца и касается их пальцами. Смотрит на них, растирая пыль:
— Отдам в приют, собакам. Пускай грызут, зубки точат.
Женщина падает на колени, как и сказал Намджун. Молит о пощаде, хватаясь за брюки Мина, Кима, но те ее как шавку откидывают.
Услышав крики Риокки, все, кто было в комнате с Щинэ — пустились к ним. Но что сделают охотники против сильных вампиров? Юнги стоило только ладонью притрагиваться к ним, чтобы те загибались и умирали мучительной смертью.
Он стоял и хлопал ресницами, высматривая остальных. Те бежали на него, словно не понимали, с кем имеют дело. Ему легко удавалось выбить оружие с их рук, сломать им шею, и все это он делал, даже не используя скорости.
" Юн... Ги...» — голос Ёнджу разносится в его голове. Она близко, где-то рядом... Но что она тут делает?
Риокка засмеялась, смотря на Юнги.
— Все равно я выиграла... Думал, я тебя не переиграю Мин Юнги? Так опрометчиво. Кха... Оставил свою малышку одну. Я успела... Кха... Вдоооволь с ней нарезвиться...
Мин сворачивает шею, даже не глядя на противника и бежит по голосу девушки. Он открывает одну лишь дверь и видит ее... уже умирающую. Она лежит в большой луже крови и смотрит на него так жалобно.
— Ёнджу, говори со мной, — он сажает ее у стены и рассматривает вдоль и поперек, — Черт!
Если ее не спасти таким образом, как он зарекался никогда не не спасать — она умрет. Он поджимает губы и сводит брови вместе:
— Дорогая... Другого выхода нет. Прости.
Он кусает ее, а после раздирает себе руку почти в клочья, чтобы не терять времени на спуск крови:
— Пей, Ёнджу, пожалуйста...
Она делает единственный только глоток, а после ее взгляд гаснет.
— Опоздал? — Намджун держит Щинэ на руках, стоя позади друга. Он волнуется, поджимает губы. Теперь можно не притворяться, что переживает. Мин поднимает глаза и прикрывает их, когда его ладони касаются головы Ёнджу. Он сворачивает ей шею, кривляясь от одного звука. Был бы кто-то другой — наплевал бы.
Он берет ее на руки и подходит к Намджуну:
— Нет. Не опоздал... Надеюсь...
Мужчина пулей выметается из дома, сажает девушку в машину и едет неприлично быстро до особняка. Он врывается в дом и несёт ее в комнату. Обтирает ее, вытирая кровь и садится рядом, поглаживая ее руку.
Пакетик крови, он попросил принести одного из ребят, чтобы не отходить ни на шаг от девушки. Все собрались внизу. Все молчали, никто не издавал ни звука. Тело Ёнсана лежало в соседней комнате, подготовленное к похоронам.
Есон вздохнул.
— Дольше обычного... — произносит.
Мин переводит взгляд на парня и сглатывает.
— Черт... Хотел же, чтобы жила нормально жизнью...
Мужчина прикрывает глаза. Если бы не его хотелки, игры — была бы жива. Он кладет два пальца на шею и ощущает еле уловимый пульс.
— Она жива...
Мин отбирает пакет с кровью у парня и готовиться к тому, что она очнётся.
Девушка вздохнула глубоко, а после открыла глаза. Она сначала скользит взглядом по потолку, пытаясь понять ощущения, после слышит шевеление и поворачивает голову, даже слишком резко.
— Юнги... — произносит хрипло с улыбкой на губах.
— Пей, — смотрит на нее, видит, что не понимает. Тошно от самого себя. Забрал у нее жизнь без ее спроса, но по-другому никак. Он приоткрывает ей рот пальцами и засовывает трубочку.
— Пожалуйста, пей.
Девушка посмотрела на него жалобно, а после сделала глоток. Во рту пересохло. Она поводила языком, разгоняя кровь.
— Вкусно... — произносит с улыбкой, а после делает ещё несколько глотков, не торопясь, вкушая каждый глоток, смотрит ему в глаза.
— Чем ты расстроен? — спрашивает, отстранившись от «напитка». Переживания вроде стихли, но так ему стыдно.
— Без твоего желания обратил тебя, Ёнджу. Я забрал у тебя человеческий век, — он грустно пустил смешок и прижался к ее груди щекой.
— Глупый ты... Вроде и такой старый грозный вампир... А такой глупый... Или ты хотел меня бросить? Ах ты негодник! — она шлепнула его по руке, но не рассчитала силы. Юнги глянул на руку и улыбнулся. Он привстал и коснулся рукой ее щеки, нежно рассматривая ее лицо.
— Каким бы старым и грозным ни был, для меня желание женщины закон, Ёнджу. Если тебя это не злит, то я только счастлив, что ты проведешь со мною вечность.
— Вот то то же, а то ишь какой! Думал от меня отделаться? — она посмеялась, притянула его за лицо и нежно поцеловала.
— Я люблю тебя, Юнги... И мне все равно, прожили бы мы вместе десять человеческих лет или вечность бок о бок. Но... Признаться, мне больше нравится второй вариант.
Она прислушалась. — Хей, настолько все слышно? Бо-ожечки, это ж я кричала так громко?!
— Научишься контролировать... — он сглатывает и причмокивает губами, — Ёнджу. Я люблю тебя.
Он поднимает на нее взгляд и смотрит в глаза, рассматривая в них свое отражение. Она теперь тоже холодная, тоже вампир, и тоже хочет с ним остаться.
— Вау. А я думала ты никогда уже не скажешь... — она снова тихо смеётся. — Ой! А как же Ёнсон? Он... Он живой? Он был там. Его пытали... И... Я больше ничего не помню...
Юнги отлип от нее и поменялся в лице. Не был он ему отцом, но Мин считал его своим сыном:
— Умер.
— Жаль, что вы не успели помириться, но... Не знаю, как это делается, но я попробую...
Девушка берет его руку в свою, а после закрывает глаза, пытается сосредоточиться на воспоминаниях.
***
— Хей, Ёнджу, ты не кисни, ладно? — Парень сидел напротив, истекая кровью. — давай поболтаем?
— О чем?
— Хочешь, о подружке твоей? — спрашивает, — Или... Я вот знаешь о чем жалею?
— О чем?
— Что с Юнги не помирился. Он мне семью заменил. Слушай, мне уже точно конец, это как пить дать... А тебя спасут. Можешь передать ему, что я не злюсь? Он ведь по делу сказал.
— Ёнсон...
— Тихо... Идут.
***
Мин тяжело и медленно вздохнул. Отвёл голову в сторону и закивал.
— Не люблю эту фразу... Но мы ценим, когда теряем, — поджал он губы. Решил, что выйдет на охотников, раз знает, где живёт отец Щинэ. Убьет его, а затем и всех по рангу ниже.
— Тебе нужно отдыхать, как минимум сутки.
Он уже не спрашивает, ложится рядом и прижимает ее к себе. Быстрее заснет — быстрее восстановится.
— А я не хочу спать... Давай сначала дела сделаем? Устроим прощальный вечер. Чувствую себя намного лучше, чем там, ничем не отличается от человеческого состояния.
Девушка привстала.
— Я же не отстану...
— Мы не устраиваем прощальные вечера. Его похоронят, а после сходим на кладбище.
Он укладывает ее обратно, рассказывая обо всех традициях, гладит ее по голове, усыпляя и сам прикрывает глаза, делая вид, что засыпает.
Как она заснула и стала сопеть, он стал ее рассматривать, поглаживая щеку.
***
Намджун разливал алкоголь по стаканам, смотря на хмурые лица.
— Как бы то ни было, одну проблему мы решили хоть и не без потерь. — амулет был у него. Юнги восстановил доверие былого друга, — но у них ещё есть рецепт «лекарства», и никто не знает, сколько порций было уже изготовлено.
— Нужно все спустить в унитаз, — спускался по лестнице Мин, — Мы выйдем на отца Щинэ, когда она придет в себя. Спросим, где он может быть. Он же работал с Риоккой, да?
Мин садится за стол, напротив друга, и забирает стакан.
— Не знаю. Она не вдавала меня в подробности, может не доверяла настолько, или сама точно не знала. Я и Есона нашел, только потому что наблюдал за Щинэ. Хотел ее забрать, но обстоятельства поменялись. Да и опасно было бы с Риоккой ее держать.
Юнги приложил пальцы к подбородку и закивал, выпячивая губы.
— Если же он спускал кровь с вампиров, хоть и мог их сразу убить, значит, он работал с ней. Могу поставить все деньги, которые у меня есть на это, — он хмыкнул носом и пустил смешок.
Мин осушил стакан и поставил его на стол, вытирая рукой губы. Волосы зачесал назад, и откинулся на спинку стула.
— Пока засядем, — он смотрит на остальных ребят, — С территории — ни на шаг.
Парни кивнули. Они рассматривали обоих парней.
— Что так пялитесь? — сделал им замечание Намджун.
— Сори, никогда не видели вас вместе не дерущихся. — выдал Есон.
— Ты смотрю уже окреп? Быстро ты в себя пришёл. Может тебя попытать?
— Не-не-не... — тот махнул руками.
— Хочу похоронить его как вампира. Сожжем тело. — произнёс Шин, поставив свой стакан на стол.
— Так это можно и на заднем дворе. — говорит Джун, — он же здесь жил. Развеем прах по ветру.
— Оставим прах, — Мин не желал прощаться с Ёнсоном именно так. Он поставит его в красивый фарфор рядом с остальными. — И как всегда... Закопайте его вещи на нашем кладбище.
Юнги поднялся из-за стола и подошёл к ступеням, а затем стал подниматься в комнату к Ёнджу.