Rêve

Ты будешь гореть вместе со мной 

Кэтрин Пирс переступает порог котельной и не спеша подходит к Елене, чье бессознательное тело притащили сюда по её приказу. На лице не так давно восставшей из мертвых женщины расцветает улыбка победительницы. Она грациозно опускается рядом со спящей колдовским сном девушкой и нежно касается ее щеки.

— Ну, здравствуй, Елена, — усмехается Кэтрин. — Я соскучилась по тебе.
Ответом ей служило лишь спокойное ритмичное дыхание.
— Можешь ничего не говорить, — продолжает Пирс, — я знаю, что ты тоже.
— Как же так получилось, а, Елена? — в её голосе проскользнула нотка сожаления. — Ты ведь так долго боролась. Сражалась с древними вампирами, оборотнями, ведьмами… со мной. Тебя пытались убить чуть ли не все в этом жалком городишке, — Кэтрин презрительно фыркнула и тряхнула головой, — но ты выживала. И даже умудрялась спасать своих глупых друзей, хоть я и пыталась вбить в твою хорошенькую голову, что они — ненужный балласт, который однажды погубит тебя… — она тяжело вздохнула. — И я, как всегда, оказалась права, — Кэтрин на минуту замолкла, задумчиво вглядываясь в умиротворенное лицо Гилберт.
— Неужели это того стоило? — наконец спросила она. — Провести шестьдесят лет в гробу и ради чего? Для того, чтобы твоя подружка Бонни прожила счастливую человеческую жизнь, которой у нас с тобой никогда не было и не будет? Никогда не понимала, какая польза от друзей, которые даже не могут тебя спасти. — Кэтрин презрительно замолчала.

— Знаешь, в аду я несколько пересмотрела свои взгляды на мироздание… и задалась одним вопросом. Ради чего я пятьсот лет бегала от своих врагов, от судьбы, от смерти? Ради того, чтобы, в конечном итоге, быть заколотой Стэфаном? Ради того, чтобы смотреть, как умирает моя дочь? Ради того, чтобы тонуть в твоей ненависти? Мы могли бы жить счастливо, если бы ты тогда, в пещере, не побоялась бросить все и стать вампиром. Тогда мое бегство от Клауса бы обрело смысл. Оно стало бы путешествием. Но ты слишком привязана к этому скучному месту, к своим друзьям. Слишком привязана к братьям Сальваторе… — Кэтрин устало прикрыла глаза и неторопливо продолжила.

— Тебе не кажется ироничным, Елена, что, несмотря на твои попытки быть не такой, как я, ты совершила ту же роковую ошибку?
Женщина легла рядом с неподвижным телом своего двойника и, невидящим взором уставившись в потолок, продолжила свой монолог.

— Твои дружки уверены, что я вернулась для того, чтобы отомстить. Сжечь Мистик-Фоллс в адском пламени, а самой остаться на свободе. Выжить. Я бы и сделала так раньше. Но сейчас все изменилось, — Кэтрин грустно усмехнулась. — Я больше не хочу жить, Елена. У меня иная цель. Я пришла за тобой.
— Кэтрин повернула голову к спящей девушке. — Сегодня будет жаркая ночь, дорогая. Все кто останутся здесь сгорят заживо в буквальном смысле… — Пирс сделала паузу и вздохнула. — Я останусь. Воплощу мечту всех жителей этого жалкого города, Клауса и остальных своих врагов. Воплощу твою мечту. Ведь ты хотела этого, Елена? — Кэтрин сжала её руку. — Знаю, что хотела. Меня мучает лишь один вопрос, ответ на который узнать уже не получится… Какое чувство было сильнее? Любовь или ненависть?

Звон колокола раздался в двенадцатый раз и земля задрожала. Кэтрин показалось, что в котельной стало жарче. Но это невозможно, ведь огонь не мог дойти так быстро. Она глубоко вдохнула и закрыла глаза.

— Я буду гореть. А ты будешь гореть вместе со мной.

Вскоре пламя поглотило двух неподвижно лежащих на полу девушек, похожих, как две капли воды. Одна из них улыбалась