Неприкасаемый

Под утро он понял, что может встать с кровати. На часах было около четырех. Уже не нужно было силой сдерживать содержимое желудка, тошнота прошла, как и бесконечная дрожь, волнами прокатывающаяся по телу. Необходимо было принять душ и снова почувствовать себя человеком.

Диванчик напротив всё ещё хранил присутствие недавней гостьи, Дан улыбнулся. Он думал о ней всю ночь, пока его трясло. Лика отличалась от знакомых ему девушек. Она совершенно не шарила в его интересах, но в ней был потенциал. Еще не испорченная окружением, но уже с какой-то странной, томящей душу тоской, засевшей глубоко внутри. Голодная до эмоций и настоящих чувств. Всего, что он никогда бы не смог дать ей.

Ее возвращение стало сложной загадкой. Головоломкой, требующей немедленного решения. Дан любил головоломки, но никогда не верил сам себе. Сейчас точно знал одно: он не испортит ее своим влиянием. Не разобьет эту живую хрупкую девочку.

Обмотавшись полотенцем, он вышел из комнаты. В противоположном конце коридора играла музыка. Тяжелая, мрачная электроника.

«Если бы у меня было сердце - я могла бы любить тебя,
Если бы у меня был голос - я бы пела... »

Кто-то опять поймал бэд-трип. Дан поежился, добрел до ванной комнаты и отодвинул створку душевой кабинки. Готов был уже сбросить с себя полотенце и остаться в чем мать родила, как вдруг за спиной скрипнула дверь.

- Я скучала. Думала, что ты меня забыл. У тебя так много знакомых, и так мало времени на меня.

Этот бархатный голос с легкой хрипотцой всегда сводил его с ума. Сейчас все чувства, казалось, усилились стократно. Дан нарочно лениво обернулся, но уже представлял то, как откидывает с плеч рыжие непослушные пряди, чтобы коснуться губами кожи, усыпанной веснушками. Она ненавидела свои веснушки, но Дан любил их.

Одну за другой девушка сбросила босоножки на высоких каблуках, став ниже чуть ли не на целую голову, и закрыла за собой дверь.

- Много, Светик, - Дан кивнул. - Но ты ведь знаешь, что ты вишенка на моем праздничном торте.

- Ты льстец и наглый лжец, - проворковала она.

Тепла, вот чего сейчас по-настоящему не хватало. Ослабленное болезнью тело требовало тепла и ласки. Пальчики девушки быстро пробежались по пуговкам на груди, открыв взгляду пышную грудь. Блузка упала на пол рядом с босоножками, там же оказалась и юбка.

Дан прислонился к стене, чтобы не упасть. На девушке было аккуратное белье темно-красного цвета, выгодно подчеркивающее все достоинства ее фигуры.

- Молодой человек, вы что-то обронили.

- Челюсть? - он притянул ее к себе.

Это была их старая шутка. Никто уже и не мог сказать, как давно они ее придумали. Может быть, это было год назад. А может и гораздо больше.

- Я правда скучала.

И он вдруг понял, что скучал тоже. Мысли уплывали в сладкий туман, остались только чувственные ощущения. С ней всегда было так. Так просто, так легко, и так хорошо. Кончиками пальцев он провел по бархатной коже ее рук, обхватил тонкие запястья, развел руки в стороны и снова свел у нее над головой, прижав девушку к стене. Затуманенный взгляд поймал ее полураскрытые влажные губы. Спелая вишня. Дан ненавидел губную помаду, и Светик помнила об этом. Она таинственным образом помнила всё, что ему нравится и не нравится. Это льстило.

Какое-то время он задержал внимание на ее губах, предвкушая. Ее дыхание и ее пульс учащались. Своим промедлением Дан доводил ее до истомы. Он часто так делал, испытывал ее терпение. Пока она не набрасывалась на него первой. Но сейчас он сам был на грани. Дан наклонился, ловя дыхание девушки, медля ещё немного, и ещё немного... Затем накрыл ее губы своими, встречаясь с ней кончиком языка.

Разряд. Тело в его руках едва заметно дрогнуло. Настоящее электричество.

Она отвечала, как всегда, жарко и страстно. Искушенная многими наслаждениями плоти, эта девушка никогда не давала ему скучать. Наверное, оттого так долго и тянулась нить их знакомства. Он наслаждался контролем над ее телом. И она была покорна. Всегда чувствовавшая то, что ему нужно. Умеющая легко поймать его настроение и стать для него кем угодно. Рабыней, монашкой, госпожой. Не обязательно было даже что-то говорить, она каким-то таинственным образом все понимала. Наверное, поэтому у них всегда был такой восхитительный секс.

Коленом он раздвинул ноги девушки и прижал ее к холодной стене ванной комнаты. На груди, чуть ниже ключицы, Дан увидел небольшое розовое пятнышко и улыбнулся. Потому, что сам его и оставил в прошлый раз. Ее гладкая упругая кожа всегда так волновала его воображение. Хотелось кусать ее, тянуть зубами, сильнее и сильнее. А потом ласкать, ласкать, ласкать...

- Можешь порвать, если хочешь, - прошептала она ему прямо в губы, имея ввиду свое белье.

Он едва не взвыл от одной этой фразы. Совершенство, абсолютное взаимопонимание. Жаль, только в одной сфере жизни из многих.

Подхватив на руки, он унес девушку в кабинку. Вода струилась по их горячим слившимся телам. Она будто скрывала их сейчас от всего мира плотным занавесом. Это был один из его любимых моментов. Как будто все, что окружало их, исчезло насовсем по их собственному желанию. И это была самая настоящая магия.

Вода окончательно смыла его боль. Вода и Лана.
__________
Музыка: Fever Ray - «If I Had A Heart»