"I can lose my heart tonight..."
Отец тут же подорвался ответить,несмотря на недовольство,пронизывающее его *
—да,алло?
После нескольких секунд он бросил трубку. Сняв с крючка шинель,он зашел ко мне в комнату,кинув тихий взгляд на меня.
—завтра продолжим. Мне нужно срочно на вызов...
Застегивая лакированные пуговицы,проворчал он. Тон отца изменился с уверенного на растерянный, и в какой то степени даже смятенный. Таким его я почти никогда не видела,да и вот так,среди ночи он уезжал крайне редко. Видимо,произошло что-то действительно серьёзное...
Отец вышел,хлопнув дверью. Взяв кружку со стола,я переместилась на кухню. Там я еще долго сидела в тишине,которую дополняло лишь громкое тикание настенных часов. Обычно,этот звук меня раздражал,но сейчас будто успокаивал. Накатывала неприятная тревожность...что произошло на том вызове,куда так срочно уехал отец. Неужели, убили кого-то...Помыв кружку,я взглянула в окно. Под тусклым желтым светом фонаря можно было разглядеть медленно падающие хлопья снега. От окна исходил приятный холод,который я почувствовала,коснувшись стекла. Часы вновь заставили взглянуть на них. Половина третьего. Хоть на учёбу завтра и не надо было идти,спать все равно хотелось.
Без сил упав на прохладную подушку я тут же провалилась в сон,так и не дождавшись отца с новостями.
Утром следующего дня ,я проснулась от грохота посуды,раздавшегося с кухни.
—проснулась ? Доброе утро
Не отрываясь от приготовления яичницы бросил отец,даже не смотря на меня.
—доброе...
По выходным завтрак готовил отец,там самым позволяя мне поспать чуть дольше,я-по будним дням,значит сегодня суббота. Взглянув на него,мне сразу вспомнился вчерашний неприятный разговор и обещание,продолжить его.
—ресторан «Юлдыз» знаешь?
Спросил отец,перекладывая яичницу в мою тарелку.
—знаю
—Перестрелка вчера там ночью была. 3 трупа. Как тебе?
Пронзительный свист чайника на плите синхронизировался с гулом в моей голове после услышанной новости. Отец выключил газ,сняв чайник с плиты.
—один музыкант давал там концерт,отпел свое. Пел,кстати ужасно.
Язвительно добавил отец.
—Под раздачу попал,ну и пара таких же группировщиков,как твой знакомый,правда,чуть старше...но судьба у таких,как видишь красками яркими долго не играет.
Я закатила глаза,показывая свое недовольство к возвращению вчерашнего разговора.
—а ты глаза не закатывай. Лучше подумай,если умеешь. Оно тебе надо? Перспектива какая? Ты должна закончить школу и поступить в Москву.
Отец хотел,чтобы я по его стопам шла в правоохранительные органы и работала всю жизнь в ментуре,как он. Мне этого не очень хотелось,но пока,спросить с ним я не решалась. Алика у него не получилось туда загнать,армия,Афган. Временная официальная отсрочка,в силу обстоятельств,так сказать.
—или у тебя другие планы? Знаешь какая судьба у девушек группировщиков?
Вопрос был риторическим. Я прекрасно знала,чем в большинстве случаев заканчивается такое...
«Женщина в пацанской среде была в подчиненном положении: она не имела права бывать на сборах, состоять в мужской группировке и вообще не участвовала в ее делах, если не была сестрой или женой. В случае родства ей изредка могли доверить бухгалтерию или что-нибудь другое, легальное и незначительное. Уличные пацаны называли девушек бабами. Пацан был в ответе за свою бабу и должен был следить за ней.
К своей девушке отношение отличнейшее. К чужим по большей части просто с молодежным интересом относились. Это какая-то статья, которая особо никогда не регламентировалась. У всех были свои девушки, все встречались, провожали. Если она жила в другом районе, когда ты ее провожал, к тебе обычно сразу подходили местные, интересовались, кто че, какого х*я тут делаешь. Представляешься: парни, вот такой-то, тут вот девочка моя, короче. Все, вопросов нет, все знают, что она твоя подруга. Как только девочка-подросток превращалась в болееменее симпатичную девушку, она попадала в поле зрения преступных групп. Какой была ее дальнейшая роль в системе ОПГ или вне ее – решал случай. Никаких героических и романтических понятий среди гопников не существовало, их уважение к женскому полу – миф, ими же активно распространяемый.»
Все девушки того времени прекрасно знали это. Но как обычно бывает,думали,что это «не про меня». Как и Алиса.
—Алиса,ты меня услышала?
Переспросил отец,пытаясь приземлить мои мысли.
Так и не дождавшись от меня ответа,он даже не подозревал,что психология подростка работает так: «Чем больше тебе запрещают что-то делать,тем больше тебе этого хочется».
В кухне играло радио,отец ,поспешно собирался на работу,не обращая на меня внимания.
По радио заиграла C.C.Catch-I can lose my heart tonight.
Отца тут же смыло из квартиры,мама любила слушать эту песню...Вероятнее всего,он даже и вспоминать не хотел о этой части нашей жизни,сровняв ее с плинтусом.
—даже не попрощался.
Подумала я. Завтракать совсем не хотелось,поэтому я решила почитать от скуки. Достав с книжного шкафа в комнате,первую попавшуюся книгу,я провалилась в несуществующий мир. Занятное дело,чтобы отвлечься от реальности.
Не прошло и 15 минут,как на всю квартиру раздался пронзительный звук дверного звонка... Загнув уголок страницы,чтобы не потерять,на чем я остановилась,я отложила книгу,бесшумно дойдя до двери. Так же бесшумно я заглянула в дверной глазок...