Глава 8 СНЕЖНЫЕ ОБЪЯТИЯ

За го­родом очень мно­го сне­га. Все до­роги за­мело. Еле про­еха­ли!

Дом ока­зал­ся боль­шим, бре­вен­ча­тым, с ман­сардой. Кры­шу пок­ры­вал тол­стый слой сне­га. И де­ревья в сне­гу. Кра­сиво, прям ска­зоч­но.

Све­та пос­та­вила «Форд» в га­раж, а Ро­ме приш­лось при­пар­ко­вать­ся у де­ревян­но­го за­бора, пок­ры­того бе­лыми ша­поч­ка­ми сне­га.

Мои под­ру­ги, ви­жу, уже под­ру­жились с Ро­мины­ми друж­ка­ми. Бол­та­ют о чем-то, сме­ют­ся. Не до кон­ца по­нимаю, ка­кие чувс­тва ис­пы­тываю по это­му по­воду.

Их зо­вут Ко­ля и Ле­ша. Ко­ля с го­лубы­ми-го­лубы­ми гла­зами, рос­лый, вы­ше Ром­ки, бри­того­ловый, в шап­ке-ушан­ке и с тон­ки­ми гу­бами. Как раз та­кими, ка­кие мне не нра­вят­ся. Он треть­им ме­ня це­ловал и хо­тел уда­рить, ког­да я плю­нула ему в ли­цо.

Ле­ша ло­по­ухий кре­пыш с коп­ной ру­сых во­лос и до­воль­но сим­па­тич­ным ли­цом. У не­го вес­нушки, но они его не пор­тят. Са­мый низ­кий из тро­их дру­зей. Его я уку­сила за гу­бу. Но его это не очень-то ос­та­нови­ло, а мо­жет, да­же и пон­ра­вилось.

Све­та со сво­им же­нихом сра­зу уш­ла в дом, мои под­ру­ги сто­яли на ули­це с пар­ня­ми, а я все си­дела в ма­шине, прис­тегну­тая.

Ро­ма вер­нулся за мной и от­стег­нул. А по­том так дол­го на ме­ня смот­рел, что мне сде­лалось не по се­бе.

Я спро­сила:

— По­чему ты так смот­ришь?

Он ска­зал:

— Тро­гать нель­зя, ос­та­ет­ся толь­ко смот­реть.

Вый­дя из ма­шины, я по щи­колот­ку про­вали­лась в снег.

Ро­ма под­вел ме­ня к ком­па­нии.

Га­ля ве­село гля­нула на ме­ня и пред­ста­вила:

— А это Да­ша.

Ко­ля с Ле­хой пе­рег­ля­нулись.

— Да зна­комы мы! — ус­мехнул­ся Ко­ля, по­кусы­вая гу­бу.

— Ког­да ус­пе­ли? — изу­милась Га­ля и по­коси­лась на ме­ня. — Ты не го­вори­ла.

— Да вот ус­пе­ли, — зас­ме­ял­ся бри­того­ловый, — мы…

— Мель­ком ви­делись, и все, — рез­ко обор­вал Ро­ма и так пос­мотрел на дру­га, что тот зах­лопнул рот и пе­рес­тал улы­бать­ся.

Ро­ма взял ме­ня за ру­ку.

— Пой­дем­те в дом.

Все пос­лушно дви­нулись за ним, а я под его за­щитой по­чувс­тво­вала се­бя так хо­рошо и спо­кой­но, что да­же ра­зулы­балась.

До че­го же он слав­ный. Мой.

Собс­твен­ные мыс­ли по­рази­ли. Не­уже­ли я уже счи­таю его сво­им? А он ме­ня?

В до­ме хо­рошо. Внут­ренняя де­ревян­ная от­делка ме­бели то­же вся де­ревян­ная. Без осо­бого ши­ка, но у­ют­но и со вку­сом.

Ро­ма про­вел ме­ня и де­вочек по ле­сен­ке в ман­сарду — там на­ходи­лась его ком­на­та с прос­то гро­мад­ной кро­ватью, зас­те­лен­ной мох­на­тым пле­дом. Так­же тут на­ходил­ся уг­ло­вой сто­лик с компь­юте­ром, мяг­кое вы­сокое крес­ло, ди­ван и шкаф. На по­лу ко­вер. А на боль­шом ок­не да­же за­навес­ки.

— Спать бу­дете здесь, — ска­зал Ро­ма, ука­зал на крес­ло. — Оно раз­би­ра­ет­ся.

Ми­ра хи­хик­ну­ла.

— Да мы втро­ем на од­ной кро­вати по­мес­тимся.

Он улыб­нулся, а я неп­ро­из­воль­но по­мор­щи­лась, пред­ста­вив, сколь­ко дев­чо­нок гре­лись в его объ­яти­ях на этой кро­вати.

Нель­зя об этом ду­мать! Злюсь на се­бя. Ес­ли ду­маю о каж­дой его быв­шей под­ружке, так сой­ти с ума мож­но.

Я при­села на крес­ло и про­вела ру­кой по кла­ви­ату­ре.

— Ра­бочий?

— Да, толь­ко Ине­та нет.

Мы еще не­дол­го по­были на­вер­ху и спус­ти­лись в кух­ню, где у пли­ты хло­пота­ла Све­та, рас­ка­тыва­ла на про­тив­не тес­то. Ка­жет­ся, она соб­ра­лась что-то печь.

— Пиц­цу сде­лаю нам на ве­чер, — объ­яс­ни­ла она.

Пар­ни ра­дос­тно за­гуде­ли. Ее же­них со­об­щил:

— Схо­жу за дро­вами.

Ро­ма ута­щил друж­ков в га­раж, ра­зоб­рать­ся с лы­жами.

Мы с де­воч­ка­ми ос­та­лись со Све­той. Та сра­зу же бро­сила свое за­нятие, уса­дила ме­ня за стол и, с ши­рокой улыб­кой рас­смат­ри­вая ме­ня, пог­ла­дила по ще­кам.

— Ты та­кая хо­рошень­кая, — с ви­дом за­говор­щи­цы ска­зала она.

— Спа­сибо, — про­лепе­тала я.

— Ой, да лад­но, ты уж се­бе це­ну яв­но зна­ешь, — зас­ме­ялась Све­та. — Ли­хо ты за­кад­ри­ла мо­его брат­ца.

— Да я не кад­ри­ла…

— Не скром­ни­чай, — от­махну­лась та. — Я ни­ког­да его еще не ви­дела та­ким дур­ным. В хо­рошем смыс­ле. — Она по­низи­ла го­лос: — Ча­сами про­сижи­ва­ет в «ВКон­такте», тво­ими фот­ка­ми лю­бу­ет­ся. Од­на да­же есть у не­го в те­лефо­не. Не ве­ришь? Са­ма спро­си!

Све­та пог­ла­дила ме­ня по го­лове.

— Ты не оби­жай его. Он бы­ва­ет зас­ранцем, но все влюб­ленные ужас­но ра­нимые. — Она вер­ну­лась к про­тив­ню и до­бави­ла: — Ты та­кая юная, а он… он из­ба­лован­ный, по­нима­ешь, и я пе­режи­ваю за вас.

Не знаю, нас­коль­ко ис­крен­на она бы­ла, но я по­вери­ла. Све­та мне пон­ра­вилась. Как-то сра­зу рас­по­ложи­ла к се­бе.

С дро­вами вер­нулся ее же­них, за ним и пар­ни вва­лились.

— Ай­да ка­тать­ся! — крик­нул от две­рей Ле­ха.

Ро­ма по­доб­рал мне хо­рошие плас­ти­ковые лы­жи, дал удоб­ные пал­ки.

— Я не очень хо­рошо ка­та­юсь, — сра­зу пре­дуп­ре­дила.

Галь­ка от­лично ка­та­ет­ся, она са­мая пер­вая вы­еха­ла за во­рота и зас­коль­зи­ла по лыж­не, про­ложен­ной в по­сел­ке. За ней сор­вался Коль­ка, сле­дом Мир­ка — она то­же неп­ло­хо ка­та­ет­ся.

Ле­ха ос­та­вал­ся с на­ми и как буд­то че­го-то ждал.

Ро­ма взгля­нул на не­го, ска­зал: «По­том» — и мах­нул пал­кой, что­бы тот ехал за ос­таль­ны­ми.

Мы ос­та­лись вдво­ем. Я опер­лась на пал­ки, про­бор­мо­тав:

— Ес­ли ты по­едешь с мо­ей ско­ростью, то очень ско­ро по­жале­ешь, что во­об­ще приг­ла­сил ме­ня.

— Сом­не­ва­юсь, — за­верил он.

Ког­да мы вы­еха­ли за во­рота, Ро­ма нап­ра­вил лы­жи в дру­гую сто­рону, по­яс­нив:

— Ес­ли ты не очень хо­рошо ез­дишь, сок­ра­тим путь. Ре­бята по­едут на го­ру, мы всег­да там ка­та­ем­ся, на го­ре и встре­тим­ся с ос­таль­ны­ми.

Я пос­ле­дова­ла за ним.

Конь­ки мне все же бли­же. На лы­жах мне ред­ко при­ходи­лось сто­ять. Чувс­твую се­бя не­уве­рен­но.

Ро­ма пос­то­ян­но ог­ля­дывал­ся и под­бадри­вал ме­ня. Так что вско­ре мои дви­жения ста­ли ме­нее ско­ван­ны­ми.

Мы еха­ли по ле­су, то под­ни­ма­ясь в го­ру, то спус­ка­ясь. Я нес­коль­ко раз на спус­ке па­дала. Ро­ма ме­ня тер­пе­ливо под­ни­мал, от­ря­хивал.

Ой, ка­кой же не­ук­лю­жей, на­вер­но, я ему ка­жусь!

На­конец впе­реди по­каза­лась го­ра. У ме­ня ни­каких сом­не­ний не воз­никло, что это она — ее раз­ме­ры ужа­сали.

И на са­мом вер­ху бы­ла моя Га­ля. Го­тови­лась съ­ехать вмес­те с Мир­кой, Ле­хой и Ко­лей. Су­мас­шедшие!

Я смот­ре­ла, как все чет­ве­ро мчат­ся нам навс­тре­чу с ог­ромной ско­ростью — у ме­ня дух пе­рех­ва­тило от вос­торга.

— Хо­чешь? — спро­сил Ро­ма.

— Не-а…

— А я ска­чусь ра­зок и вер­нусь.

Га­ля с Ми­рой сно­ва на­чали подъ­ем, я ос­та­лась на мес­те, опер­шись на пал­ки. Ко мне подъ­еха­ли Ле­ша с Ко­лей.

— Ну как ты? — спро­сил Ле­ша. Он ка­жет­ся бо­лее дру­желюб­но нас­тро­ен­ным по от­но­шению ко мне, чем Ко­ля.

— Нор­маль­но.

Но с из­ви­нений на­чал имен­но Ко­ля. Он про­вел пер­чаткой по шап­ке и нег­ромко ска­зал:

— Слу­шай, Даш, про тот слу­чай… — Он за­мял­ся.

Под­хва­тил Ле­ха:

— Из­ви­ни, лад­но? Ром­ка бе­сил­ся, он пред­ло­жил при­коль­нуть­ся, мы и сог­ла­сились. А так про­тив те­бя ни­чего не име­ем.

— Пред­ла­га­ем за­быть, — при­бавил Ко­ля.

За­быть? Да, ска­зать лег­ко, сде­лать труд­нее…

— Хо­рошо, — кив­ну­ла я.

— Ну и от­лично, — хлоп­нул в ла­доши Ко­ля и, от­тол­кнув­шись, по­катил­ся к подъ­ему на го­ру. Ле­ша по­мед­лил, изу­ча­юще гля­дя на ме­ня. Мне ка­залось, он хо­чет еще что-то ска­зать, но вер­нулся Ро­ма, и его друг у­ехал.

Я сня­ла лы­жи и раз­мя­ла но­ги. Вер­ну­лись дев­чонки, они бы­ли та­кими до­воль­ны­ми, сме­ялись и ки­дались снеж­ка­ми.

Од­на я с кис­лой фи­зи­оно­ми­ей. Ну по­чему я не мог у ра­довать­ся? Ведь вро­де бы все хо­рошо! И пар­ни из­ви­нились, и под­ру­ги ря­дом, и Ро­ма та­кой за­меча­тель­ный!

— По­иг­ра­ем в снеж­ки?! — пред­ло­жила Га­ля, пу­ляя бе­лый ко­мок в Ко­лю.

Не­уже­ли он ей нра­вит­ся? От этой мыс­ли у ме­ня неп­ри­ят­ный хо­лодок по спи­не.

А па­рень тут же ски­нул лы­жи, сле­пил снеж­ный ком и за­пус­тил в Галь­ку.

— По­делим­ся на ко­ман­ды, — пред­ло­жила Ми­ра, ух­ва­тывая за ру­ку Ле­ху.

Вот так, они, зна­чит, уже по­дели­ли пар­ней. Прыт­кие.

Я ока­залась в ко­ман­де с Ро­мой и Галь­кой.

Я ед­ва ус­пе­вала уво­рачи­вать­ся от ле­тящих в ме­ня снеж­ков. А ес­ли чес­тно, то Ро­ма ме­ня пос­то­ян­но прик­ры­вал.

У ме­ня под­ня­лось нас­тро­ение. Здо­рово бы­ло иг­рать. Все сме­ялась, ле­пили и ки­дались.

Но вот Ко­ля про­бежал сов­сем ря­дом со мной и со всей си­лы за­лепил твер­дый ком пря­мо в ли­цо, я вскрик­ну­ла и, пос­коль­знув­шись, упа­ла.

Ро­ма тут же под­ско­чил ко мне, и при ви­де вы­раже­ния его ли­ца мне ста­ло страш­но. Он под­ско­чил к дру­гу и, схва­тив за груд­ки, тол­кнул.

— Урод, ты во­об­ще смот­ришь, ку­да ки­да­ешь?

— Да все ки­да­ют! — зло крик­нул тот.

Ро­ма вер­нулся ко мне и при­нял­ся ос­то­рож­но счи­щать с мо­его ли­ца снег. Лишь тог­да я уви­дела на бе­лых хлопь­ях ро­зовые пят­на.

Сне­жок по­пал мне в нос, и пош­ла кровь.

Все соб­ра­лись вок­руг ме­ня. Толь­ко Ко­ля сто­ял чуть в сто­роне.

Га­ля да­ла мне пла­ток. Я при­ложи­ла его к ноз­дрям.

— Даш, он не спе­ци­аль­но, — вздох­ну­ла под­ру­га.

Ро­ма раз­дра­жен­но пос­мотрел на Ко­лю, про­шипев:

— Иди­от.

Я ни­чего не ска­зала. Не знаю по­чему, я чет­ко осоз­на­ла — он спе­ци­аль­но. Боль­шинс­тво его снеж­ков толь­ко в ме­ня и ле­тели. Прос­то этот стал ре­ша­ющим.

А не­бо меж­ду тем по­тем­не­ло, и де­воч­ки на­чали по­ежи­вать­ся.

— Мо­жет, уже к до­му? — пред­ло­жила Ми­ра.

Я си­дела на сне­гу, при­жав к но­су пла­ток. Ро­ма си­дел ря­дом.

— Возь­ми­те на­ши лы­жи, мы вас до­гоним.

Ре­бята соб­ра­ли лы­жи, пал­ки и уш­ли. Ко­ля да­же не из­ви­нил­ся, как буд­то ни при чем.

Ро­ма под­нял ме­ня на но­ги, от­ряхнул с ко­леней снег и ос­то­рож­но уб­рал мою ру­ку с плат­ком от ли­ца.

— Кровь уже не идет.

У не­го выр­вался вздох об­легче­ния, но ли­цо по-преж­не­му выг­ля­дело оза­бочен­ным и хму­рым.

— Он не спе­ци­аль­но, — ска­зал Ро­ма и не­ожи­дан­но об­нял ме­ня. За­тем снял пер­чатку и теп­лой ла­донью пог­ла­дил по мо­ей хо­лод­ной ще­ке.

— Я уми­раю, как хо­чу те­бя по­цело­вать, — приз­нался он.

Я вздрог­ну­ла и нап­ряглась. Ду­мала, он сей­час нак­ло­нит­ся ко мне и…

Но Ро­ма от­сту­пил и хрип­ло­вато про­мол­вил:

— Пой­дем, до­ма бу­дет те­бе боль­шая круж­ка чая с ли­моном и са­мый боль­шой ку­сок пиц­цы.

Мы мол­ча дви­нулись в об­ратный путь. Нос нем­но­го по­бали­вал, и ко­жу жгло от сне­га, в ос­таль­ном я чувс­тво­вала се­бя хо­рошо. Об­ду­мыва­ла сло­ва Ро­мы о его же­лании по­цело­вать ме­ня. По­чему я вздрог­ну­ла и внут­ри все так сжа­лось, как буд­то от­верга­ло, не хо­тело? Мне ведь он нра­вит­ся!

А до­ма и прав­да жда­ла пиц­ца. Все уже си­дели за нак­ры­тым сто­лом, пи­ли ды­мящий­ся чай с ли­моном и уп­ле­тали.

Све­ча уви­дела мою кен­гу­руху и вос­клик­ну­ла:

— Я то­же фа­нат­ка «Су­мерек»!

— Дет­ский сад, шта­ны на лям­ках, — про­ком­менти­ровал Ко­ля, за­каты­вая гла­за, и по­тянул­ся за оче­ред­ным кус­ком пиц­цы.

— Вот как? — Све­та шлеп­ну­ла его по ру­ке, не поз­во­лив мять ку­сок. — Но­вое пра­вило: пиц­цу бе­рет толь­ко тот, кто пра­виль­но от­ве­ча­ет на воп­рос по филь­му «Су­мер­ки».

Ро­ма зас­ме­ял­ся.

Его сес­тра за­дум­чи­во об­ве­ла всех взгля­дом.

— Ну-ка, кто ска­жет, ка­кая фа­милия у Бэл­лы?

— Свон, — быс­трее всех от­ве­тила я, и на та­релоч­ку ря­дом с мо­ей чаш­кой при­зем­лился за­жарис­тый ку­сок пиц­цы.

— Про­дол­жа­ем. — кив­ну­ла Све­та. — Кто ска­жет, ка­кое наз­ва­ние но­сил пляж, ку­да ез­ди­ла Бэл­ла с друзь­ями?

— Ля-Пуш, — Ро­ма схва­тил с та­рел­ки ку­сок и улыб­нулся друзь­ям. — Да-да, я смот­рел.

— Че-е-ерт, так не­чес­тно, — оби­дел­ся Ко­ля, — я не смот­рю та­кую ла­жу. И че­го мне те­перь — го­лодать?!

Све­та вздох­ну­ла.

— Го­ре ты мое, — по­чеса­ла она его лы­сую го­лову. — Ни­как нель­зя те­бе го­лодать, а то ты бу­дешь злой и не­из­вес­тно сколь­ко но­сов ра­зобь­ешь снеж­ка­ми! — В ее мяг­ком го­лосе прос­коль­зну­ла уко­риз­на.

Па­рень про­иг­но­риро­вал, впил­ся зу­бами в ку­сок пиц­цы, про­мычав:

Вкус­ня­тина.

Пос­ле ужи­на Ро­ма пред­ло­жил:

— Ис­ку­па­ем­ся?

И все вслед за ним по­бежа­ли по уз­кой ле­сен­ке в цо­коль­ный этаж, на­ходя­щий­ся ни­же уров­ня га­ража. Там рас­по­лагал­ся не­боль­шой бас­сейн с на­тяну­той сет­кой для во­лей­бо­ла. Тут же бы­ла бе­говая до­рож­ка и еще нес­коль­ко ста­рых тре­наже­ров.

Мы пе­ре­оде­лись в спе­ци­аль­ной ком­натке, каж­дый спо­лос­нулся в ду­ше.

На мне кра­сивый раз­дель­ный ро­зово-го­лубой ку­паль­ник. До­ма пе­ред зер­ка­лом я при­меря­ла — и ос­та­лась до­воль­на со­бой.

У Ро­миной сес­тры не очень боль­шая грудь, по­это­му на ее фо­не мы не выг­ля­дим сов­сем уж не­дораз­ви­тыми, что весь­ма ра­ду­ет.

А у ее же­ниха ужас­но тще­душ­ное те­ло. И че­го она наш­ла в этом Ар­ноль­де? Он ка­кой-то не­лепый. А Ле­ха пол­но­ват.

Мы выш­ли к бас­сей­ну, и я уви­дела, что Ро­ма в чер­ных плав­ках сто­ит на краю, рас­ста­вив ру­ки и под­ста­вив грудь про­жек­то­ру.

Я сра­зу все по­няла и за­хохо­тала. Он изоб­ра­жал Эд­варда Кал­ле­на, ког­да тот по­казы­вал Бэл­ле, как он си­яет на сол­нце.

А грудь у Ро­мы сов­сем не во­лоса­тая, глад­кая и нем­но­го рель­еф­ная. В от­ли­чие от его друж­ка Ко­ли, у то­го прос­то за­рос­ли. Фу.

Мы пох­ло­пали Ро­мино­му ак­тер­ско­му та­лан­ту, и па­рень кра­сиво ныр­нул. Ос­таль­ные плюх­ну­лись в во­ду, кто как смог, сол­да­тиком, бом­бочкой, плаш­мя — все очу­тились в во­де, под­няв брыз­ги.

А она не очень-то теп­лая. Та­кая бод­ря­щая.

Ле­ха под­ки­нул мяч.

— Да­вай­те сыг­ра­нем, по­ка не око­лели?

Мы раз­де­лились на ко­ман­ды.

В этот раз ме­ня оп­ре­дели­ли в ко­ман­ду с Ко­лей, как ска­зал Ро­ма: «На вся­кий слу­чай!» Еще с на­ми бы­ла Га­ля. Про­тив нас Све­та, Ми­ра, Ле­ха и Ар­нольд.

Я хо­рошо иг­раю в во­лей­бол, на­ша школь­ная ко­ман­да да­же как-то на рай­он­ные со­рев­но­вания ез­ди­ла.

Пер­вый мяч за­била имен­но я.

По­том нам за­бил Ар­нольд, Га­ля не су­мела пой­мать.

Все уже за­мер­зли, но мы про­дол­жа­ли иг­рать. Счет был 7:5 в на­шу поль­зу, ког­да Ко­ля ото­шел в ко­нец бас­сей­на для по­дачи и за­лепил кру­ченый не че­рез сет­ку, а мне пря­мо в го­лову. Удар в ухо ме­ня ог­лу­шил, в гла­зах на миг по­чер­не­ло, я схва­тилась за бор­тик бас­сей­на.

Крик Ро­мы до­нес­ся до ме­ня как буд­то из­да­лека. А по­том я уви­дела, что Ро­ма с Ко­лей де­рут­ся пря­мо в во­де. Ро­ма что-то орет ему пря­мо в ли­цо. Све­та пы­та­ет­ся их вра­зумить:

— Маль­чи­ки, прек­ра­тите! Не­мед­ленно прек­ра­тите!

Я вы­лез­ла из бас­сей­на и, ед­ва сдер­жи­вая сле­зы, бро­силась прочь.