Слёзы Мёртвых

  Но к счастью, он оказался дома. Лейтон отворил ей дверь и уставился на Аредэль в недоумении. Она знала, что выглядит жалко. Он ничего ей не сказал, просто пустил внутрь. Она потопталась на пороге, не спеша раздеваться. Ей необходимо было согреться.
  - Витория дома? – спросила она.
  - Нет, - он был удивлен, - Хочешь чаю?
  - Да, буду рада.
  Мысль о горячем чае успокоила её, и она сняла куртку. Её черные волосы были мокрые и неприятно липли к одежде и к лицу. Она пригладила их и прошла на кухню. Неприятное место, именно здесь Аредэль застукала Эриана с Виторией. Теперь она была здесь с Лейтоном. И собиралась сообщить ему неприятную правду. Впрочем, возможно он это и так уже знает. А она-то дура. Аредэль села за стол. Судя по пустой, но грязной, тарелке, Лейтон только что пообедал. Лейтон поставил чайник и сел напротив Аредэль, внимательно смотря на неё, нет, сквозь неё.
  - Что-то случилось? – спросил он,- У тебя такой вид…На тебя что, снова напали? – уголок его губ пополз вверх.
  - Да, - её голос, как шелест тихого ветра. Она не могла смотреть на Лейтона, он улыбнулся, и ей не хотелось портить ему настроение. Она взглянула на свои сжатые в замок руки.
  - И кто на этот раз? Ты определенно виктимна.
  - О, еще как, - неудивительно, что её хотят принести в жертву.
  Он засмеялся, и ей было радостно слышать его прекрасный переливчатый смех и горько, зная, что она сейчас сообщит. А может и не говорить? Может, позволить этой иллюзии ещё продлиться? Ага, и сейчас Витория заявится. И если Лейтон не знает, то сочинит какую-нибудь байку, где выставит Аредэль в плохом свете. Конечно, Лейтон поверит сестре.
  - Так, кто же на тебя напал, Ари? – мягко спросил он её, - У меня даже нет никаких предположений…
  - Твоя сестра, - выпалила она.
  Тут раздался свисток. Чайник вскипел. Лейтон выключил его и налил чаю. Поднёс безмолвно чашку Аредэль. От чашки поднимался густой пар. Она прикоснулась к фарфору. Горячо.
  - Так-так, - протянул Лейтон с усмешкой, отхлебывая напиток, - Это из-за твоего парня?
  - Ты об Эриане? – уточнила Аредэль.
  - У тебя ещё есть парень? – он приподнял брови удивлённо.
  - Нет, но…Это не из-за него. И мы расстались.
  - А это из-за Витории, да? – он тяжело и устало вздохнул, как будто ему всё надоело.
  - Можно и так сказать, - она не хотела, чтобы он думал, что он причина. Это ведь неправда. Аредэль не любила Лейтона…наверное. Любовь это слишком сильно сказано.
  - Она немного…стервозная, как ты могла это заметить. Так что, скорее всего, не знаю, что между вами случилось, но виновата она. Она так любит провоцировать. Но ты и сама это знаешь.
  - Да…
  Кажется он трезво воспринимает сестру. Он не будет сильно шокирован, если узнает, что она не борется с демонами, а сотрудничает с ними.
  - Тебе наверное не нравится Эриан, - вдруг выдала Аредэль.
  - Почему?
  - Ну...Он о тебе не очень хорошо отзывался. Пренебрежительно.
  - Да?
  - Назвал тебя…убийцей и геем.
  - А ещё именно он настучал на меня директору.  Я имел глупость попросить у него покурить. Но это ничего не значит. Я не осуждаю его. Он ведь ничего не знал. Он увидел, что я весь в крови, знал, что чувак, с которым у меня был конфликт, бесследно пропал. Что ему ещё оставалось думать? По поводу слухов о моей нетрадиционной ориентации…Даже не знаю, с чего они появились. Наверное потому что я никогда открыто не интересовался девушками, у меня не было подружки, не было журналов с красотками…Наверное, только поэтому. Да и вообще, я ни с кем особо не общался.
  Он подпёр рукой подбородок, локоть положил на стол. Его взгляд выражал задумчивость, погруженность в воспоминания. Аредэль допила чай, продолжая размышлять, как ей подступить к опасной теме.  В своей голове она прокручивала различные варианты развития событий, диалогов. Но ничего из этого её не устраивало.
  - Так что же? Если не из-за Эриана, так из-за чего вы…повздорили? – спросил Лейтон вновь.
  - Как бы тебе сказать… - Аредэль замялась, - Витория…Я сегодня ехала на автобусе и увидела её. Она была такой подозрительной. И я решила, что за ней нужно проследить. Что я и сделала. Сошла на остановке и последовала за ней. Она меня вроде не заметила. Но это не так. Она дошла до леса и там, - Аредэль пересказала разговор, как помнила, в неточных фразах и осекаясь. Всё это время она боялась даже взглянуть на Лейтона.
После, повисло напряжённое молчание. Аредэль осмелилась украдкой посмотреть на него. Его лицо ничего не выражало, оно было холодным и неподвижным.
  - И что это по-твоему значит? – наконец сказал Лейтон. В его голосе уже не было прежней теплоты, он был колючим, как шиповник.
  - Ну…Это значит, что Витория хочет призвать в наш мир Дьявола. Помнишь, ты говорил, что здесь вечно мотаются демоны, жаждущие открыть врата в Ад и освободить его владыку? Так вот, Витория этим тоже занимается. Она призналась, что убивала каких-то людей.
  - Бред, - резко перебил её Лейтон, она встрепенулась, - Ты ничего не понимаешь. Витория не убивала людей. Тебе она просто не нравится.
  - Я бы не стала клеветать на неё! – возмутилась Аредэль, на этот раз она решила не отводить взгляда, вдруг он подумает, что она прячется и лжёт, - Я говорю тебе, что слышала  лично от неё! И если ты с ней заодно, если ты не уничтожаешь демонов, а помогаешь с ними, то  ты должен сказать мне об этом прямо!
  - Ты что, с ума сошла? – он действительно выглядел пораженным, - Я с ними? Да никогда! - он вскочил со стула, - Они мне всю жизнь испортили! Для меня это особое удовольствие убивать их, пусть даже зная, что они вернутся.
  - Я…Не обвиняю тебя в ни в чем. Я просто хочу разобраться. Витория сказала, что ты вскоре присоединишься к ней. И типа того.
  - Давай я тебя кое-что поведаю, - сказал он, после продолжительной паузы, - Если тебе конечно интересно.
  - Да, конечно.
  Лейтон облокотился о стол, постучал пальцами о деревянную поверхность и после глубокого вздоха, устремил взор на Аредэль и начал:
  - Наша мать не могла нас прокормить двоих. Она жила очень бедно. И была практически одна. Она была вынуждена отдать Виторию в приют. Для неё там быстро нашлась благополучная семья, и ей повезло, она выросла, не зная нужды. А я же…Был беден, как Оливер Твист. Рос в трущобах и недоедал. Но матери удалось как-то накопить денег и она смогла устроить меня в этот дурацкий интернат. Вскоре, она умерла. Вернее, её убили. Демоны. Это был первый раз, когда я увидел демона. Мне было лет 13. Я не помню, как выглядела та тварь, я подошел слишком поздно. Её тело было изуродовано, некоторых органов не хватало, - он закрыл глаза на мгновение, снова переживая тот момент, - Я…Я сказал об этом врачам и полицейским. Они решили, что я видел большую собаку или какое-то сбежавшее из зоопарка большое хищное животное. Я и сам в это поверил. Но как же так…Это так нелепо. Почему именно моя мать погибла так? Она и так была не здорова. Она не заботилась о себе, лишь обо мне. После её смерти у меня никого не осталось. У меня никогда не было друзей, постоянной девушки. Я никогда не любил, мне это казалось невозможным. У меня больше не было родственников, я не знаю, кто оплачивал моё обучение. И меня это не особо интересовало. Что же касается моего отца…Я ничего о нём не знал тогда. Я не помнил его. Моя мать никогда практически не отзывалась о нём плохо. Она о нём просто не упоминала. Один раз она сказала, что он был хорошим человеком, но просто запутался. Я думал, он был наркоманом или алкоголиком. Он бросил нас, а значит, ему нет прощения. Я не хотел искать его и знать о нём что-либо.
  Лейтон склонил голову вниз, снова вздыхая. Эта история давалась ему нелегко. Аредэль решила не прерывать его. Он выпрямился и продолжил:
  - Как я сказал, мне удалось убедить себя, что я видел обыкновенного волка, демонов не бывает. Но вскоре, я встретился с настоящей тварью. Она напала на меня. До сих пор помню, как тот демон выглядел. Как тигр, только уродский, с мерзкой почти человеческой мордой, окровавленной, когти у него были как кинжал каждый. И кожа, шерсти не было, ужасная испещренная какими-то гнилыми разводами, кожа. Передвигалось это существо неестественно быстро. Я думал, что умру. Оно ранило меня, вцепилось мне в бедро. И я не знаю, как, но мне удалось одолеть эту тварь каким-то ножом. Тогда мне казалось, что я непобедим. Тварь эту я никому не мог показать, ее труп тут же исчез. Тогда я стал сомневаться в своем рассудке. Я думал, что схожу с ума. Что у меня галлюцинации. Шизофрения. Хотя на тот момент  ничего не принимал. Эти монстры стали преследовать меня всюду. Стоило мне только остаться одному…Или просто увидеть, как демон кого-то жрет. Ещё иногда мне попадались бесы. В общем, я просто сходил с ума. Я стал опускаться всё ниже и ниже. Я не только курил, пил, я даже принимал наркотики. Всё становилось только хуже. Я пытался покончить с собой. Я ни с кем не мог поделиться этой болью. Я был один на целом свете. Но попытка самоубийства не удалась. Потом ещё этот мерзкий идиот. Футболист. Меня никогда особо не принимали в обществе, оно и неудивительно. Удивительно то, что меня не исключили из интерната, несмотря на всё, что я творил. Мне было плевать на постоянные насмешки и оскорбления. Они были моими вечными спутниками, так что я к ним привык. Человек подлец, ко всему привыкает. Особенно к плохому. Но этот футболист. У него были комплексы. И он вымещал на мне свои обиды, самоутверждался.  Мне просто…пришлось его убить. Возникла типа драка. В моей комнате. Я убил столько нечисти, что человека убить было нетрудно. После того, как меня заметили, мне пришлось бежать. И это была не лучшая часть моей жизни. Демоны преследовали меня всюду. У меня не было денег. Я был нищим. У меня не было дома. У меня ничего не было. Так продолжалось до тех пор, пока я не встретил Виторию. Я конечно, не мог помнить, что у меня была сестра. Она тогда уже организовала это предприятие по охоте на демонов. Я долго не верил ей. Я уже к тому времени привык быть один, смирился с этим. Мне не хотелось…Мне вообще ничего не хотелось. Однако какое счастье было знать, что я всё же не сошёл с ума. Мой рассудок пошатнулся, но не слишком.
  Ты понимаешь, до Витории, я знал только боль и страдание. Я не знал, кто я. Я был близок к настоящему сумасшествию, к тому, чтобы самому стать убийцей. Если бы не она, я бы погиб. И кроме неё у меня нет никого. И она не может делать того, в чём ты её подозреваешь. Ты просто её не знаешь. И я не хочу слышать подобный бред, - он встал и прислонился к столу, - Вот впрочем и всё. Моя жизнь в целом, скучная и однообразная. Больше мне нечего тебе рассказать. И тебе надеюсь, тоже.
  Он что её выгоняет? Аредэль понимала, что он сильно привязан к сестре, видит в ней не только родную кровь, защиту, но и благодетельницу. У него была тяжелая жизнь, бесспорно. Но он не мог быть с ней заодно. Аредэль чувствовала это всё сильнее. Значит, она должна спасти его, убедить его, что Витория не та, за которую себя выдает. Чего бы ей, Аредэль, это не стоило. Она с трудом преодолела внутренние волнения, обуявшие весь живот, и сказала:
  - Витория…Мне кажется…Как бы объяснить, - если он узнает, что она превратилась в ненавистное ему существо, то он наверняка изменит свое мнение на её счет, - Она мне угрожала…И у неё такие жуткие красные глаза. Недаром она чуть ли не постоянно носит солнцезащитные очки. И я уверена, что тот мужчина, с которым она разговаривала, тоже демон.
  - Тоже демон? И что это значит?
  - Ну…Витория. Её глаза…И её желание пробудить какого-то Дита…
  - Дит – это Дьявол, - сухо пояснил Лейтон, - Люцифер. Так его называл Данте.
  - Ну да. Видишь? Короче, - Аредэль потупила взгляд, - Мне кажется, что она…демон. Это глупо, но…В ней же есть что-то демоническое.
  - И во мне есть, - Лейтон зловеще усмехнулся, - Это неудивительно.
  Он повернулся к ней спиной и подошёл к окну, за которым виднелся печальный пейзаж, достойный готических картин. Дождь лил, не переставая. Аредэль не представляла, как пойдёт домой, неужели снова придется мокнуть? Она обернулась к Лейтону, ожидая, что он скажет. Его последние слова ранили до глубины души, леденели и без того застывшую кровь. Неужели он всё-таки выступают за Виторию? Неужели, он всё-таки…
  - Я ведь не рассказал тебе о кое-чем. Я обманул тебя, - заявил Лейтон. Вдруг он резко повернулся, пронзил Аредэль обжигающим взглядом,- Дело в том, что наш отец был демоном. Витория считает, что это был чуть ли не сам Дит, или его мифический брат, о котором я тебе говорил. Одно точно известно, он был очень могущественным демоном, князем Преисподней, иначе бы не смог просто сделать детей. Так что, мы полукровки. Я наполовину демон, она тоже.
  - Быть этого не может, - прошептала Аредэль.
  - Ещё как может. У могущественных демонов есть ещё и человеческое обличье. Они им и пользуются. Возможно, мы такие не единственные. Хотя нет, мы такие единственные. Потому что демоны жрут своих детей. Но наш отец был особенным. Он не только нас не сожрал и дал нам вырастить, но даже снабдил оружием. Что с ним стало? Он был наказан за это самим Дьяволом. Теперь он в плену, в Аду. В его девятом круге. Там пребывают предатели. Но мне кажется, что всё это не более чем миф, которым тешит себя Витория. Мне плевать на отца. Но его наследство крайне неприятно и доставляет немало хлопот.
  - Ты действительно веришь, что ты наполовину демон? – с каждым словом её голос повышался, - Это просто обман! Витория заставляет типа просто так думать! На самом деле, ты человек. Почему ты веришь ей? Она хочет, чтобы ты…
  - О, поверь, у меня есть достаточные основания, - горькая ухмылка исказила его губы, - Просто не хочу тебя пугать.
  - Ты мне не испугаешь,- Аредэль слезла со стула и направилась к нему, - Ты не демон. И я никогда тебя не боялась.
  - Зря, - просто сказал он.
  Она приблизилась к нему настолько, что могла чувствовать его запах, она могла коснуться его груди или плеча, до которого она кое-как доставала. Она вскинула голову, желая заглянуть в его глаза. В них не было и отблеска красного цвета. В нём не было ничего демонического. Наоборот, Лейтон казался настоящим ангелом, с его белокурыми волосами и лазурными глазами, и прекрасным лицом. Нет, она никогда не поверит в эту чушь. Что только не выдумает Витория, чтобы заставить его перейти на тёмную сторону. Аредэль коснулась его гладкой щеки, провела невидимую линию пальцем. Ей хотелось обнять Лейтона, утешить его, убедить его в том, что он не останется одинок без своей подлой сестры.
  - Аредэль, - проговорил он почти шёпотом, его рука легла на левую сторону её шеи, даря приятное щекотание и нежное тепло. Она закрыла глаза, как кошка, которую гладят и она мурчит. Его ладонь легко перенеслась по шее до подбородка, как струящийся шелк. Но потом он отнял руку, внезапно отшатнулся от неё, - Тебе лучше уйти.
  - Но Витория!
  - Я больше ничего не хочу слышать об этом! – воскликнул Лейтон, его лицо посуровело, - Уходи! И лучше не приходи больше.
  - Что? Но почему?
  - Потому что ты обвиняешь мою сестру в хрен знает чём! Это недопустимо!
  Что ж, романтическая минутка прошла и её волшебная очаровательная атмосфера разрушилась. Совсем недавно, Аредэль была в таком восторженном трепете, в глазах Лейтона светилась забота и ласковое чувство, теперь же он был в гневе, как и сама Аредэль. Её бесило, что ей не верят.  Витория призналась в убийствах! Как он вообще может с ней оставаться! А если Лейтон не захочет присоединяться  к ней, то что будет с ним? Но права была Витория, когда сказала, что Лейтон любит её, а не Аредэль. Его выбор однозначно это показал. Переубеждать его бесполезно, лучше и вправду уйти.
  И Аредэль понуро направилась к выходу. Лейтон проводил её. Но он был крайней неприветлив. Его лицо было застывшей маской. Теперь он её ненавидит. Наверное, он никогда её и не любил. Подумаешь, спел песню. Это же не его песня. Это просто очень популярная песня, которую перепевали много раз. Аредэль надела куртку, сапоги. Ей было неловко. Она посмотрела на Лейтона из-под опущенных ресниц.
  - Значит, мы больше не увидимся? – спросила она с придыханием.
  - Как решит судьба.
  Она прыснула. Она подумала, что он смеётся над ней, но его лицо оставалось невозмутимым. Аредэль повернулась и ушла, громко хлопнув дверью. Дождь уже перестал идти к тому времени. Она надеялась, что Лейтон побежит за ней. Но этого не случилось. Похоже, она для него ничего не значит. Она побежала к остановке, печаль переполняла её сердце, но выразить она её не могла.