7 глава
Тошка уже был на подходе, я ждала его на улице, так как он - часть моего плана. Я ещё несколько раз прокрутила в голове весь план, убеждаясь в том на сколько он безупречен.
— Боже мой, да я просто гений! – вырвалось у меня.
— Сам себя не похвалишь, никто не похвалит, – этот хриплый голос, как я по нему скучала!
— Антон! — он расставил свои руки приглашая к себе в объятия, я побежал так быстро, на сколько только могла, несколько раз спотыкаясь об камни и чуть не упав, я всё же добежала до него и крепко обняла.
— Глупая, я бы не ушёл, а ты могла упасть, — солнце стало светить ярче, а на лице Антона была его сногсшибательная улыбка, — ну что пойдём?
—Да конечно, — я ненадолго замолчала, но потом из меня вырвалось то, что долго меня преследовало, — прости меня, я сожалею, я не знала, что так выйдет, пожалуйста.
— Чёрт возьми, закрой свой рот, —мы приостановились, меня ни капли не задели его слова, он тяжело вздохнул и продолжил, — ты не виновата, ты должна это понимать, сейчас уже всё хорошо, солнце светит, вся боль утихла, всё, нет ничего ужасного.
—Но если бы…
—Но если бы я не был бы таким петухом ничего бы не произошло. —мы оба засмеялись, вспоминая, то каким Тоша может быть, —Извини, тебе тогда тоже досталось.
— Тогда меня интересовал больше ты, — я улыбнулась, давая понять, что всё в порядке.
Воспоминание:
«—Антон, ты же на ногах уже не стоишь, —я громко говорила, пытаясь перекричать музыку.
—Тебе показалось, малышка, —он широко улыбнулся оголяя свои белоснежные зубы и показывая свои ямочки, которые я так обожала, ещё с детства.
—Что? За тебя это сейчас говорит алкоголь или что? Ты так раньше не назвал меня, —я засмеялась.
Было забавно наблюдать за пьяным, одурманеным обстановкой Антоном, то как он пытается уверить меня в своей абсолютной трезвости, то как он пытается выговорить каждое слово чётко и без запинок. Я ещё раз засмеялась.
— Чёрт возьми перестань это делать. Лучше пойдём потанцуем, —он снова улыбнулся.
Мы уже довольно давно тут тусуемся, но Ады уже нет с нами. Теряясь во времени мы танцевали под ритм музыки, руки Антона крепко держали меня за талию, а я в свою же очередь держала его за плечи.
—Ты прекрасно танцуешь, —это немного меня смутило, щёки покраснели, а руки сильнее сжали его плечи.
—Оу, Энтони, я вижу ты наконец нашёл свою добычу, —его полное имя чёрт возьми, его знают не так много людей, я не знала кто там за моей спиной и даже подозревать не могла, как плачевно закончится эта встреча.
Я почувствовала волнение и услышала не большой рык, которой обозначал, что парень потихоньку закипает, я понимала, что ещё немного и он сорвётся. Я гладила его по спине, шептала разные положительные слова.
—Тише, тише, мой мальчик. Всё будет хорошо, —его руки сильнее сжали мою талию, — пожалуйста, не нужно, мне больно.
Парень ослабил хватку,
но всё же я чувствовала его напряжённость.
—Брат, я вижу твоя тёлка печётся о тебе, —я почувствовала ту самую ухмылку, чёрт возьми, по моему телу прошлась дрожь, я выкрутилась из хватки Антона и посмотрела на того человека. Голос пропал, я внимательно наблюдала за его реакцией. Его челюсть напряглась, а кулаки сжались и он выпалил эти слова, словно учил их долгое время и ждал подходящего момента, чтобы сказать их:
—Энтони Логан Льюис, да, а ты всё такой же грязный, как и раньше! — я не могла понять, что происходило с Эроном, я не понимала, то ли его лицо искажалось от боли предательства, то ли, он чувствовал власть над своими словами, власть нам эмоциями моего родного друга, —ах, да прости, я забыл, ты теперь стал подлым трусом, скрывающим своё прошлое, скрывая ото всех своё имя и личность!
Теперь его взгляд был прикован ко мне, он смотрел на меня пронизывающим до мозга костей взглядом, как будто бы я - никто, я - пустота, я - ничтожество. Я чувствовала какую он сейчас ощущает ко мне ненависть.
—Заткнись, я не хочу слушать тебя. Я рад, я неимоверно рад, что теперь ты для меня никто, —я крепко держала руку Энтони, что бы если что я могла его остановить.
—Ты и твоя подружка, вы оба ничтожны, — обстановка вокруг накалялась, музыка стала тише, а люди находившиеся рядом, столпились вокруг нас, наблюдали за перепалкой.
—Логан, слышишь меня? Это ты, это всё ты виноват в том что случилось с Даниелем, понимаешь?
—Что ты сказал? А ты не забыл про себя? Не забывай, ты не святой, мы оба виноваты, признай это! Не смей называть меня Логаном, после того, что произошло, — Энтони за считаные секунды вырвал свою руку из моей, я не успела и глазом моргнуть, как он вмазал Эрону в челюсть.
Парни начали драться, алкоголь не позволял им воспринимать всё трезво, я стояла, не могла ничего сделать. Я подбежала к ним пытаясь разнять. Тони плохо справлялся и поэтом я видела, как он болезненно принимает удары Норела, он уже давно его повалил и бил изо всех сил, у меня началась истерика, из глаз лились слёзы, как будто бы сейчас избивали не его, а меня.
—Эрон, пожалуйста, хватит, прошу тебя, —я пыталась оттащить его от Тони, но в итоге удар попал мне по ребру, стало сложно дышать и слёзы застилали мне взор и лились не переставая от обиды на саму себя и боли. Люди стоявшие рядом, кричали и требовали продолжения драки, не один из них не задумывался о последствиях. —Хватит, ему же больно. Эрон, не надо, прекрати это.
Он наносил удары, всё сильнее и сильнее, когда он бил его по груди мне казалось, что я уже никогда не увижу своего друга живым, я села на пол и свернулась в калачик, уже не понимая, что делать, истерическикрича и прося его остановится. Я закрыла глаза, но сразу открыла их, когда услышала родной голос.
—Сильно испугалась? —я посмотрела на Тони, его лицо было в ссадинах, крови и синяках. Слёзы текли ручьём. Я видела, как Джеймс уводит Эрона. Посмотрев влево я увидела Аду, по виду которой я поняла, что она вызывала скорую. Я сразу поняла от куда здесь появился Джеймс, всё - таки она не упустит не единого шанса поговорить с ним, даже если это критическая ситуация.
—Зачем ты полез к нему! Ты довёл девушку до слёз, ты превратил клуб в дерьмо, ты это понимаешь? —Джеймс явно был в ярости, конечно, ведь ему пришлось останавливать этот дешёвый цирк и разнимать парней, а ведь он хотел всего лишь отдохнуть в последние дни летних каникул.
—Джеймс, он сам, это он виноват, он виноват…—лицо парня исказилось от внутренней боли, я как ни странно увидела это, —Мы оба виноваты… Уже не будет как раньше, брат за брата, кровь за кровь…
—Выпей, тебе полегчает, чувак, —Джеймс усадил Эрона за диванчик и протянул стакан с напитком.
—Бет, Бет! —из наблюдений за Эроном меня вывела Ада, —с тобой всё хорошо? Тебе не попало?
—Нет, не беспокойся, всё хорошо, честно, —я лживо улыбнулась, от чего я получила насмешку от Антона по прежнему лежащего и не в состоянии встать.
—Хорошо, тогда помоги мне, нужно перенести этого инвалида на диванчик, —я кивнула ей в знак согласия.
Подойдя к Тоше, мы постарались поднять его, от чего он зашипел от боли. Прости мой родной, мы не хотели. Мы с трудом усадили его на диванчик, я села рядом с ним и взяла его руку которая кровоточила, я сразу же среагировала и оторвала от футболки кусок ткани и перевязала ему руку. За что я услышала тихое спасибо. Ада подошла к нам со стаканом воды и дала его Энтони.
—Терпи инвалид, скорая уже едет. Зачем ты вообще полез к нему, ты чёртов петух, Лиз могла пострадать, ты это понимаешь? —Ада была зла, боже мой. Она тяжело вздохнула, —Одли, ты предурок.
Через некоторое время приехала скорая, которая забрала Антона и нас. Так же нас спросили почему мы не вызвали полицию, но мы ответили, что не хотим шумихи. Мы пробыли с Адой в больнице всю ночь, где мы услышали диагноз Антона,у него обнаружили перелом ключицы и перелом ребра. Я не разу не сомкнула глаз, в отличие от Ады, я не могла уснуть. Я слышала. Слышала душераздирающие крики Энтони, я несколько раз подходила к врачу, прося сделать хоть что-то, но тот говорил, что сегодня он сделать ничего не может, кроме как того, что вкалывать ему эти успокоительные. Мы только узнали, что уже завтра ему будут делать операцию.
В больнице Антон пролежал долгое время, так как кости рёбер срастались не правильно и их ломали по новой, мне было досадно, я слышала его крики, но не могла ничего сделать, кроме как сидеть на скамейке и ждать, закрывая лицо ладонями и плача. Меня не всегда пускали к нему и от этого мне становилось ещё хуже.
Норел не обращал на меня никакого внимания, только иногда кидал в мою сторону насмешки, ну вот, я всё испортила, уронив тот злосчастный дневник и теперь мне не избежать встречи с ним.»