Любовь - это Триумф

Габриэла.

Смотрю на себя и понимаю, что платье цвета чёрной угольной смолы уж слишком мне понравилось, чтобы отдать его обратно сестре. Тонкие лямки с маленькими, но очень дорогими камушками Своровски, которые еле удерживали мой бюст, элегантно смотрелись на мне. Длина платья была почти до колена, что совершенно оголяло мои тонюсенькие загорелые ноги. Но кожа всё равно смотрелась бледноватой на таком фоне. Ну прямо таки модель с обложки самого дорогого журнала. Дополняли этот образ величественные туфли на огромном каблуке. В моей голове уже проносились моменты, как я умираю от того, что они мне до жути натирают, но всё же красота для меня была сейчас превыше всяких неудобств.

Хоуп явно знала толк в моде и умело сочетала вещи даже на самом страшном теле. Не то, чтобы мне не нравилось моё тело, я просто не могла к нему привыкнуть. Такие обтягивающие наряды, приятно лежали на моём теле, вызывая лишь восторг и восхищение от самой себя, что было не то, что странно и непривычно, а просто волнующе и так трепетающе!

— ох, а какая улыбка на лице то заиграла! - вырвала меня из мыслей Хоуп, при этом явно уже себе что-то вырисовывая в голове.

— ничего подобного. - возразила я мельком. — и хватит на сегодня комплиментов, а то я могу и передумать!

Поймав мой злобный взгляд, Хоуп тут же выпрямилась и закатила глаза. Ох, уж эти неугомонные сёстры, слишком вот они надоедают!

— всё , заканчивай свои запугивания и спускайся вниз. - девушка взяла телефон и что-то начала высматривать. — такси уже подъехало, так что тащи свою задницу вниз! - шутливо кинула сестра и направилась бегом вниз по лестнице. — кто последний, тот какашка! - слышу я отдалённо последнюю реплику. Вот уж засранка малолетняя. Девочке почти восемнадцать лет, а она тут в такие ребяческие игры тешится. 

Ну а то что, хуже что-ли? Последний раз взглянув на своё отражение в зеркале, пытаюсь догнать сестру, но всё-таки она опережает меня. Хватаю по пути своё пальто и пока надеваю его, буквально чувствую на себе испепеляющий взгляд Линды Майклосон — матери моих сестёр и по совместительству жены моего отца. Помню, как она тогда в первую минуту нашего знакомства не взлюбила меня. Помню, как таращилась на меня своими тёмного оттенка глазами из под нарощенных ресниц, при этом делая вид, что рада меня видеть. Так и хотелось в тот момент выпустить какую-нибудь кознь в её сторону.

Она как обычно сидит на кухне и распивает чаи со своим лучшим другом — телевизором. Вечно как не зайду она всегда перед ним. Если нужно узнать что-то последнее из новостей, то это сразу к ней. Она всё всегда про всех знает, но не может элементарно следить за собой и своей жизнью.

Так что молча пробегая через парадную арку в доме, я неспеша уже спускаюсь по мраморной лестнице, которая, как мне кажется, бесконечная. Уже наблюдаю машину и рядом стоящую с огроменной улыбкой Хоуп.

Хоуп такое интересное имя. Звучит как надежда и вера во что-то. Когда слышишь имя этого человека, то мгновенно хочется покорить весь мир, полностью веря в себя и свои силы. Её улыбка просто не может не радовать глаз. Она идеально сочетается с глазами оттенка тихой спокойной воды. В этом человеке, столько любви к миру, что порой это может даже раздражать. Никогда не пройдёт мимо падшего ангела, и всегда поможет заблудшей душе на земле найти свой истинный путь и призвание. Ей всего-то семнадцать лет, а она уже такой яркий огонёк в моей жизни. И счастья моему пределу нет, насколько я благодарна жизни за такое прекрасное чудо, которые то и дело спасает меня из всех передряг. Так что даже если она окажется в беде, то я полностью уверена, что смогу отдать свою жизнь за жизнь такой маленькой, но очень стойкой Хоуп.

— и ты опять проиграла! - слышу я победный клич со стороны, вырывающий меня из моих затянувшихся раздумий. — Габи, ну честно слово, когда ты уже научишься нормально бегать в платье? Такими темпами в этом доме вообще не останется достойных противников. - смотрю на лицо этого чуда и вижу обиженную гримасу: губы надулись, брови сдвинуты к носу, а руки сложены между собой. Вот ей Богу ребёнок! Это картина вызывает у меня лишь улыбку ещё больше.

— просто в очередной раз поддаюсь тебе, вот и всё.

— аа. - устало протягивает она, продолжая. — да признай ты уже, что тебе никогда не победить меня.

— а вот и неправда!

— правда!

— нет!

— да!

Вздыхаю, смотря на сестру. Какая же она всё-таки неугомонная. В этом споре лучшим решением будет — признать поражение в нашем мини бою.

— ладно, ты права, всё едем! Иначе я действительно сейчас передумаю.

— ты неисправима, честное слово. - хмыкнув Хоуп села в машину, а я же последовала её примеру.

Белый тонированный лимузин по-прежнему выглядел так же: молочного цвета обивка, на которой буквально горела стоимость такого изящества, вечно стоящие напитки, которые так обожает моя сестра, ну и конечно неоновая подсветка. Яркие красные огонёчки мерцали, сливаясь в единое целое, создавая приятную атмосферу предстоящего веселья. Сульфус всё так же неизменно сидел за баранкой, радостно приветствуя нас по несколько раз за день. Сегодня это уже третий, потому что первые два мы всё гоняли машину, дабы выбрать "идеальный наряд для такого вечера" и сделать "сногшибательную причёску", как говорила Хоуп. Мне было искренне жаль сульфуса, потому что по его измученному лицу было всё прекрасно видно: и то как ему уже всё это надоело, и то как старые морщинки на лице стали ещё глубже от такой стрессоустойчивости.

— на главную площадь! - слегка повысив свой обычный голос крикнула Хоуп, взяв свой любимый голубой напиток с подноса (никогда не могу запомнить название этого коктейля).

Двигатель зарычал, я уловила в зеркале слабую улыбку Сульфуса, и машина наконец тронулась. Чувствую, что вернёмся мы сегодня поздно, если вообще не завтра к вечеру. Это будет весёлая ночка. Ночные огни разгораются светом, через обширные кроны деревьев просачивается едва уловимые нотки лунного света, а вот сам город только начинает свою ночную жизнь. Люди, одетые в довольно-таки откровенные наряды и собирались в самом центре города, чтобы хоть как-то сегодня насытить свой ненасытный разум и хоть на долю мгновения умерить пыл жизни, который весь год накапливался в этой суматошной рутине. Всем просто необходимо было выплеснуть адрелин, накатывавший от такого громкого слова как «Edible nightmare». Странное название, не так ли? Но в тоже время, такой привлекательный и дурманящий. Даже самые отёсанные люди приходили на праздник и показывали своё истинное Я. Пару стопок шотов никому ещё не вредило в такую ночь.

*полтора года назад*

Прошло уже несколько месяцев с моего проживания в доме моей новой семейки. И с каждым новым утром это логово ада не переставало меня удивлять.  Сейчас расскажу немного подробнее о каждой из сестёр.

Самая старшая — это Джудит. Именно с ней общение у меня заладилось меньше всего, ведь она видела во мне соперницу любимой доченьки отца. (Я не особо над этим зацикливалась, ведь мне было абсолютно всё равно). Но вот она очень настойчиво и требовательно пыталась выслужиться перед отцом в любой удобный и неудобный момент времени. Она училась уже на четвёртом курсе университета. Мечтала стать врачом и вылечить всех людей — без исключений — на свете. Ох, уж эти детские, заоблачные мечты мегамозгов врачей. Трудно даже представить на миг, сколько у них веры и трудолюбия в их мыслях.

Алекс и Хоуп младшие близняшки. Хоть они и родились в один день, однако характер и внешность у них совершенно несхожие.

Алекс — спокойная и робкая девушка, которая всегда всем готова помочь. Синдром спасателя это про неё. Внешность у неё очень светлая и неприметная. Выглядит она прямо таки как принцесса, сбежавшая из девятнадцатого века. Одевается кстати так же: незамысловатые платьишки нежных оттенков, волосы всегда собраны в аккуратный низкий хвост или же распущены до единого волоска. Само восстание из чудного века! Вот правда отношения у меня с ней не заладилось. Она уж слишком вся такая правильная и примерная.

А вот Хоуп — полная противоположность своей близняшке. В ней очень много энергии и сил на всё правсё на свете. Чтобы кто не устраивал, она всегда За. Она везде и всюду, никогда не заставит никого грустить. А её стиль — восьмое чудо света. Почти все вещички яркие, однако в этом есть свой какой-то загадочный шарм. Всё считается, не сливаясь при этом в одну единую массу ярких оттенков. Она то сразу привлекла моё внимание своим обонянием. Её рыжие волосы были прямо как сочные и свежие апельсины в новогоднюю ночь. А голубые глаза, с лёгкой дымкой так и норовились заглянуть тебе в душу и оставить там свой маленький кусочек смешинки.

Так странно получилось, что из трёх сестёр я смогла подружиться только с одной. Но мне и этого было достаточно. Хоуп на русский переводится как надежда, и я считаю, что это достойный перевод для таких людей, как это рыжеволосое чудо.

Проживя несколько месяцев в этой чудной семейке я уяснила одно и самое важное правило: если не хочешь привлекать к себе внимание, то просто веди себя тихо и соблюдай правила нашего дома. Статус оказался для отца и его жены уж очень велик, чтобы ставить его под удар новой дочери. Пресса всё пыхтела, пытаясь выяснить откуда же я такая чудная взялась. Мне категорически запретили рассказывать, что я с земли. Такое у них здесь не принимают, даже не так, за такое тебя сильно карают, ведь человек в раю — смертный грех!

«Так что если не хочешь валяться трупом где-нибудь в ближайшей канаве города, то лучше просто молчи, когда тебе зададут такой вопрос» - если дословно цитировать слова отца.

Ну а так, в целом, мне даже нравилось тут. Ничего делать не надо, однако скучно становится, что ужас. Но только не мне, ведь мне ещё очень долго придётся справляться с неисправимой мачехой. Так что дела у меня тут расписаны до конца дней, так сказать. Это меня и пугает больше всего, кстати говоря. До конца моих дней, до того момента, как моя жизнь оборвётся. До той секунды, пока моё сердце не закончит свою жизнь. Ровно до тех пор, пока мои глаза не закроются навечно. И грустно и безумно одновременно.

Но ничегошеньки! Я Габриэлла Кастен и меня это ни в коем случае не заденет. Я справлюсь и обязательно выберусь отсюда. Я даю себе обещание, что никто и ничто не сможет стать у меня на пути.