~ Глава Одиннадцатая ~
"crede solum unum in cuius oculis non est sui interest, oculi numquam mentiuntur. "
Северус искал ее по всему замку, быть может на вышла погулять, проносились мысли в его голове. А Люциус уже во всю пытал ее, магией заставляя выгибаться от возбуждения, он не притронулся к ней, лишь использовал нужные заклятья, как на подопытном кролике.
— Давай, вот так, я жду твоего разрешения. – мурлыкал он, вновь глядя как она извивалась , уже рыдая навзрыд, от того, что не могла кончить, пока он сам не позволит. – давай, малышка, ты же сама себе делаешь больно. Признай тебе же нравится.
Наконец он оставил ее истязания магией и припал губами к ее груди, кусая один сосок, что уже наливался кровью и щипал пальцами второй. Ему нравилось, видеть, как она уже обессилила не в силах сопротивляться и не надеясь на помощь. Она уже полностью была обнажена, белоснежная бархатная кожа покрылась испариной от жара и магического воздействия. Люциус ехидно усмехнулся, вынимая из ее рта кляп и услышав сдавленный и жалобный стон, что сорвался с алых и слегка пухлых губ блондинки.
Он вновь отошел смотря на своё творение, девушка прикованная к стене, за руки и ноги, была уже на пике возбуждения, все ее тело извивалось вопреки разуму, она хотела просто проснутся от этого кошмарного сна, открыть глаза и этого всего не было и в помине. Малфой вновь приблизился к ней, рукой скользя его горячему тельцу от груди и до самых бедер, лаская и дразня девьчье невинное тельце.
— Тебе же нравится? Не сопротивляйся, тебе не будет больно. - промурлыкал он, опаляя его шею горячим дыханием и нежно коснулся пальцами ее напряжённого и уже мокрого пучка нервов. В какой-то момент клыки прокусили ее тонкую кожу, чувствуя терпкий и горячий привкус крови на губах. Девушка дернулась, пытаясь вскрикнуть, но голос ее уже подвел: вместо этого она лишь сдавленно проскулила, закрывая глаза и отдаваясь ему.
— Вот так, умница. - улыбнулся Малфой, вводя пальцы в ее горячее влагалище и медленно двигая чуть по кругу. Длинные и ровные пальцы входили почти полностью, касаясь всех нужных точек, изводя девушку. Из глаз Келли вновь брызнули слезы, а Люциус лишь наслышался глядя ей в лицо и прижимаясь обнаженным торсом её нежной груди.
— Не плачь, я же нежно. – прошептал он, залечив рану на ее шее, на которой уже не осталось и следа его клыков.– можешь кончить сейчас.
Грин-де-Вальд глухо простонала, все ее тельце задрожало и она кончила прямо на пальцы блондина, что чуть размазал смазку по ее половым губам и облизал остатки. Грудь блондинки вздымалась от напряжения и частого дыхания, она уже чуть ли не умоляюще смотрела на него, прося не продолжать, но Люциус только завелся.
Он отцепил оковы со стены, приковывая ее к постели, так что она стояла раком, прижатая головой к подушке, не в силах никуда бежать и даже двинуться.
— Какой шикарный обзор. - усмехнулся Малфой, доставая ремень из брюк, что уже ненужными вещами гардероба лежали на полу. Дверь в комнату была заперта и наложено заглушающее заклятье, чтобы никто не мог ему помешать. В какой-то момент послышался свист в воздухе и звонкий щелчок, это ремень опустился на правую ягодицу девушки, заставляя ее выгнуть спину и вскрикнуть от неожиданности, ведь заклятье еще действовало на нее, возбуждая ещё сильнее.
— Нравится? Хорошо. – второй щелчок и уже вторая ягодица покрылась ярко малиновым цветом. Так он повторил четыре раза, наконец бросая ремень на пол и чуть касаясь уже возбуждённым членом ее влагалища, наклонился целуя спину и оставляя небольшие следы от засосов. Он был и нежен, и груб с ней. Это была не любовь, лишь похоть, не более. Он хотел обладать ее телом, а душа ему была не нужна. Через пару минут он чуть резко вошел в ее влагалище, не полностью, наполовину, давая девушке привыкнуть к себе и своему немаленькому размеру.
— Это только начало, - прошептал блондин, наматывая ее волосы на свою ладонь и притягивая к себе, делая ей больно и вновь впиваясь уже губами в ее шею, вошел полностью, до самой матки. На лице его появилась усмешка, когда с уст полукровки сорвался жалобный и возбужденный стон. Ее пальчики вцепились в белую ткань простыни, не в силах освободится от заколдованных наручников. Спина выгнулась, все тельце уже пылало его действий, ягодицы горели от воспоминания тяжелого кожаного ремня.
— Вот, тебе же нравится. – усмехнулся Малфой, начиная двигаться и трахать девушку, чуть ли не вдалбливая Келли в постель.
Белла потеряла след Малфоя, поэтому пошла следом за Снейпом, поглядывая на то, как он уже судорожно искал хозяйку. К нему даже присоединилась Арис, мяукая и бегая по замку с множеством комнат.
— Странно. Люциус испарился, а этот ищет Грин-де-Вальд. Зачем интересно? - спросила Блэк у Долохова , что стоял рядом.
— Быть может Люциус не таков какого мы его знаем? И что-то задумал. Мне тоже это не очень нравится. – ответил брюнет, – пойдем тоже поищем...