Это только начало
Два года назад.
Они познакомились... нет, вернее — снова встретились — совершенно случайно.
Алекса мчалась по школьному коридору, опаздывая на урок, когда случайно заглянула в открытую дверь 9-го «А». И увидела его.
Он сидел, развалившись на стуле, жевал жвачку и что-то рисовал в тетради. Солнечный луч из окна падал на его светлые волосы, создавая эффект нимба. В этот момент он поднял голову, и их взгляды встретились. Голубые глаза, такие знакомые... Но откуда?
Когда их взгляды встретились, он приподнял один уголок губ – не то улыбка, не то усмешка.
Она резко отвернулась, чувствуя, как горячая волна разливается по щекам. Сердце бешено колотилось, а в голове крутилась одна мысль: "Боже, кто это? Почему мне кажется, что я его знаю?"
Через три дня в личку пришло сообщение:
– Привет, это Джеймс. Ты меня не помнишь, да?
Мы в детстве во дворе вместе играли. Ты потом куда-то переехала и исчезла. А я тебя запомнил.
Она нахмурилась. Детство? Смутно вспоминались соседские мальчишки, двор, но его лицо и имя не всплывало.
– Извини, не помню, – ответила она.
– Ну и ладно. – пришел сухой ответ.
Но на следующий день он поджидал ее после школы.
— Вот, — сунул ей жвачку «Love is...» со вкусом вишни.
Она удивленно подняла бровь:
— Почему именно вишневая?
— Потому что в пять лет ты сказала, что это твой любимый вкус. - бросил он через плечо, уже уходя.
С тех пор он каждый день подкидывал ей вишневую жвачку – в холле школы, у столовой, через ее соседа по парте.
— Прекрати, — шипела она, находя очередную подкладку в своей сумке.
— Не нравится? Выбрось, — пожимал он плечами, но на следующий день жвачка снова появлялась.
Они начали часто гулять допоздна.
Он катал ее на велике (она вцеплялась в его куртку, крича «Ты псих! ), воровал яблоки из соседского сада (первое всегда отдавал ей), смеялся, когда она роняла мороженое на новые кроссовки.
По субботам они ходили в парк. Джеймс приносил термос с какао (две ложки сахара, как она любила) и рассказывал о своих планах:
– Вот получу права - куплю BMW. Черный. С тонировкой. Буду возить тебя на море.
– Мечтатель, - смеялась она, но в душе уже представляла эти поездки.
Они не называли это чувствами. Но когда он брал ее за руку, у нее подкашивались ноги.
Последний день учебного года. Закат, тихая вода, крик чаек.
Они сидели на пирсе, болтая ногами. Вдруг он повернулся к ней, лицо серьезное.
— Алекса.
— Что? — она съежилась.
— Алекса, я... - он нервно сглотнул. Я хочу встречаться с тобой. По-настоящему.
Ее сердце бешено забилось. Она так мечтала об этом моменте! Но...
– Мы же еще дети, - прошептала она, глядя на свои кроссовки. – Я не готова. Нужно думать об учебе, а не... Это просто влюбленность, она пройдет.
Его лицо не дрогнуло, но глаза стали холодными.
— Понял, — резко встал он.
На следующий день – тишина. Ни звонков, ни жвачек. Он заблокировал её в социальных сетях, удалил совместные фотографии. А чуть позже она узнала – он перевелся в другую школу.
Восьмой класс стал самым тяжелым в ее жизни.
Она стирала переписки, но не могла заставить себя удалить их фотографии.
Убеждала себя:
Он просто хотел поиграть. Никаких чувств.
Она старалась не думать о нем. Но соцсети и общие друзья то и дело подкидывали осколки его жизни – фотографии, истории, случайные упоминания.
Он менял девушек, как перчатки.
Сначала это была рыжая из его новой школы – они целовались на каком-то вечере, его рука лежала у нее на талии. Потом брюнетка с пирсингом в губе – он обнимал ее в сторис, подписанной сердечком. Потом еще кто-то, и еще...
Каждый раз, когда она видела эти фото, в груди что-то сжималось.
— Он даже не скрывает, — шептала она, увеличивая фото. – Просто играл со мной, как и со всеми.
Она зубами впивалась в губу, пока не чувствовала вкус крови.
Но однажды Кэт притащила сплетни от его одноклассников:
— Говорят, он никого из них всерьез не воспринимал. Бросил ту рыжую через неделю, брюнетку – через две. Как будто что-то доказывал.
Алекса видела , как он легко меняет девушек, убеждая себя, что для него она значила так же мало.
А он тем временем ломал себя, пытаясь заполнить пустоту, но все безуспешно.
****
И вот. Он вернулся.
Изменился - стал выше, плечи шире, взгляд взрослее, с тем же вызовом, но теперь с намеком на боль. С той же способностью взрывать ее мир одной фразой:
— Я соскучился.
«Я соскучился, - говорит он, и в этих словах - целая история. История о невысказанных чувствах, детских обидах и... втором шансе»
Пиццерия, куда он ее привел, оказывается той самой, где они когда-то праздновали ее пятерку по математике. Той самой, где они постоянно ужинали после школы. Той самой, где обсуждали все на свете.
– Но почему он вернулся? Что теперь будет? -
вопрос, на который у неё пока что нет ответа.