Сожженные Оборотни

Это было странное ощущение. Словно в одно мгновение тебя окутали объятия родной матери и стиснули лицо в холодных ладонях твоего самого страшного кошмара. Хотелось кричать, но в то же время молчать: стискивать зубы до боли, сжимать губы до посинения. Хотелось плыть к ночному небу и перестать двигаться: погружаться ко дну. А в глазах проносилось тысячи воспоминаний. Чужих. Вот старуха идёт под проливным дождем. Она кутается в дырявую шаль и держит в ладони одну серебристую монетку. Она точно знает, что на окраине их деревни живет лекарь. Он должен помочь её сыну! Он просто обязан! Старушка воровато оглядывается по сторонам. Она боится. Сколько нечисти на этой улице. Сколько проезжих. За одну, даже медную, монетку каждый готов перегрызть тебе глотку. Кажется, проходит вечность, а дорога всё не кончается. Одни деревья меняются другими, мимо бегают белки и зайцы, а дорога остается той же. Но когда вдалеке виднеется старая избушка лекаря, темнота покрывалом застилает глаза. А в голове всё меняется. Ты теперь мальчишка лет семи, заблудший в лесу. Ты дрожишь, зовешь маму, но никто не приходит, ты один, среди страшных огней, что готовы поглотить тебя... Девчушка, совсем молоденькая. Отвратительные руки хватают за талию, противные губы припадают к шее. Ты выдираешься, бьешь ногами, царапаешь ногтями, но всё напрасно. Ты чувствуешь, как платье срывается с тебя, но ты продолжаешь бороться. И даже когда тебя хватают за волосы, тебя не покидает надежда на спасение, когда твои ноги раздвигают, ты продолжаешь бороться. Ты не хочешь, ты, до отвалившегося мяса с костей, не хочешь этого. И когда кажется, что всё, ты открываешь глаза, полыхавшие огнем... Вот снова мальчик, нет, парень. Он корчится от боли, его кости выворачиваются в другую сторону, шелковистые рыжие волосы превратились в комок грязи. Сад темнеет в глазах, ты ощущаешь запах крови от только убитой отцом свиньи, зубы болят до такой степени, что их хочется повыдергивать... И тысячи других, миллионы картинок чужих жизней, чужий судеб, чужих минут жизни. А потом ты слышишь голос. Голос спасшего тебя человека, слышишь очень много голосов. Они переплетаются в твоей голове. Их слишком много. Слишком. И когда ты думаешь конец, знакомый, тебе знакомый, голос произносит:
-Хватит, - мягкий шепот перекрывает шум, - тебе достаточно. Выплывай.
И ты тянешься к нему. Идешь за этим голосом. Ты желаешь этот голос. А он снова, словно ветер, смеется и говорит:
-Не сейчас. Не так. Мы обязательно встретимся. Когда-то. А сейчас плыви наверх. Плыви к звездам. Плыви, я где-то там.
И ты плывешь. Ты веришь голосу, ты веришь этим изумрудным глазам...
Алекс вдыхает глоток свежего ночного воздуха. Её глаза сияют, полыхают изумрудным огнем. А перед ней стоят картинки других историй, других людей. И знания. Понимания, что ты не такой как всё. Она улыбается, и даже холодная, пробирающая до костей, вода не мешает ей. Вот, что не хватало ей. Это потрясающее чувство, хоть и пугающие. Вдруг всё кажется таким понятным и правильным. И отчужденность других людей, косые взгляды и дикая тоска. Она не исчезла. Но ощущение, что ты нашла один кусочек пазла, присутствует.
-Спасибо, - шепчет Алекс в пустоту. – Спасибо, без тебя я бы не справилась. Спасибо.
И не важно, что она не получит ответ. Просто... Всё очень просто. Оборотни, маги, вампиры... Удивительно. Девушка смеется. Пока можно.
-Я найду тебе, - кричит она. – Обязательно найду, вот увидишь.
Где-то взлетела птица, а вместе с ней мужской смех.

***

Прошло пару дней. То, что произошло, казалось девушке сном. Даже сейчас она не могла поверить во всё это. Но иногда, долго вглядываясь в зеркало, Алекс могла распознать изумрудные искорки в глазах. Нана и Кол не заметили её отсутствия, хотя всю дорогу до дома он странно косился на нее. Даже отговорка, что она оступилась и упала в воду не изменило его мыслей. А странный парень с девушкой, что хотели остановить её, не появлялись. Но Алекс знала кто они такие. Оборотни. Она могла сразу их распознать. Они её сородичи, они её кровь. Хотя голоса в голове шептали, что она может увидеть и других со временем. Она опасна. То, что отчетливо пульсировало во всем теле, а голоса подтверждали. Они не объясняли почему. Просто подсказывали, что нужно всё держать в тайне. В тайне до конца своих дней. И она молчала. Молчала, когда смотрела на Джека; молчала, когда смотрела та тень Кола; молчала, когда смотрела в свое отражение; молчала, когда чувствовала запах лесных ягод. И ждала. Ждала голос. Но его словно и не существовало. И казалось всё пришло в норму и скучные серые будни потянутся и дальше, когда лавиной накатила паника.
Это произошло вечером. Алекс услышала зов. Отчаянный, далекий. В нем чувствовалась боль и страх. Паника. Ужас. Девушка вскочила с кровати. А перед глазами очутился ребенок. Он плакал и звал на помощь. Хоть кого-нибудь. А страшные звери приближались к нему. Маленькому и такому одинокому. Растерзанному и обессиленному. Алекс не сообразила, как в считанные секунды выбежала на улицу. И мчалась, мчалась среди ветвей, не разбирая дороги, слушая зов ребенка. И прибежала. Девушка сама не поняла, как из горла вырвался рык, а оборотни прижали уши к голове. Они в изумлении смотрели на нее и принюхивались. А мальчишка, на последних силах схватил её за ногу.
«Ты? – прозвучало в её голове, но это было мелочью. – Но как? Невозможно!»
В их глазах разжигалась ненависть. Она отчетливо видела этот огонь и понимала, что против них у неё нет и шанса.
«Обращенная!» - зарычал второй.
«Её надо схватить, - приказал третий. – Или убить. Тут как получится».
-Пора убираться, малышка, - принес ветер голос изумрудных глаз. – Заставь их бояться тебя.
Как? Это невозможно! Они такие страшные. Они очень страшные. Как ей заставить молодых оборотней бояться её?!
Девушка посмотрела на малыша. Вампиренок. Вдруг принесли ей голоса. Вот почему эти волки так обозлились на мальчика. Идиоты! Алекс посмотрела на юношей. Заставить боятся? Она точно не сможет. Последний взгляд на малыша. А вот заставить почувствовать его боль запросто. Так шептали ей голоса. И упав на колени под смех оборотней, она коснулась вампира и взгляд карих глаз полыхнул изумрудом. Волки как один упали и стали рвать шерсть на себе. Клочьями, с мясом. Они хотели избавиться от пустоты внутри, от несуществующих ран, от страха и ужаса в голове. А Алекс подхватила мальчика и побежала, как можно быстрее и дальше. Кровь била в ушах. Сердце сжималось спазмами страха. Всё время хотелось оглянуться, но она продолжала бежать, крепче сжимая мальчика в своих объятиях. Только вперед, пока перед глазами не заиграют темные круги. Быстрее, до боли в ногах. Не останавливаясь, к границе. Какой границе она ещё не знала, но нужно к ней. Только там спасение, только там возможность укрыться. Только к Границе, потому что там, за спиной, ей нет прохода. Она тот страх, тот ужас, за для победы над которым, могут объединиться кланы, расы, миры. Только вперед, только к спасению, только к Границе.