Глава 18. И вперёд, по новой...
От лица Софи:
-Макс? Ты готов.
Оборотень спустился по лестнице и поставил перед собой пару чемоданов.
-да, я всё собрал. Не буду спрашивать что в этих 2 огромных чемоданах. Но ты точно уверена? Беременным нежелательно делать такие долгие перелёты…
-милый, прошу расслабься. Это всего на пару недель. Ты будешь со мной, Бенни Барт летит с нами целым чёрт возьми бизнес классом. Помимо нас на борту будет врач. Я не понимаю, что вы как два ипохондрика, у меня же не рак в конце концов.
-я не могу успокоиться, что если что то пойдёт не так? Что если роды начнутся прямо в самолёте?
-на 6 месяце? Это врятли… Успокойся…Прошу тебя, ты заставляешь меня нервничать…-и тут меня осенило-Прошло уже 6 месяцев…я не курю уже полгода… Но так хочется снова взять в руки сигарету…
Резкая смена темы тут же заставила меня пожалеть. Оборотень подошёл поближе и серьёзно заглянул мне в глаза.
-лапа, речь идёт о нашем ребёнке, верно? Тебе лучше бросить эту идею.
-ты так легко это говоришь. Это не игрушка, чтобы поиграться и забыть. Я бросила слишком резко и из за этого мне очень хотелось кого нибудь убить. Организм офигел от того что помимо того, что в моём организме появился маленький жук, который высасывает из меня все силы, прекратилась ещё и ежедневная подача никотина. Я была готова лезть на стену и разрывать всё на части. Прошёл месяц, ты решил всё забыть и забить на проблемы, оставив меня одну. Я переживала это болезненно, хотела тебе рассказать. Но я же психолог, столько людей рассказывали мне про мои проблемы, а я как мать Тереза должна была дать им совет. Разве я могу нуждаться в поддержке, если сама её оказываю?
Я вообще не знаю о чём думала в тот момент, на меня давили все. Твои родственники, Бенни Барт, Мия с которой я до сих пор общаюсь, Ребекка с Хейли , которые после битвы просто испарились. Когда я жила в твоей комнате на меня давили даже стены, и чёрт возьми мне хотелось закурить, но было нельзя. Тогда я сделала глупость, и не проверив подписала не те бумаги и мои инвестиции просто ушли в никуда, мне пришлось влезть в огромные долги. Суммы, которые я занимала были огромными, я внешне постарела лет на 10. Начала много есть, очень сильно набрала в весе, потом появились осложнения в беременности, хорошо хоть с ними разобралась. Мне было некому рассказать об этом, я даже звонила на автоответчик своей матери, чтобы выговориться ей. Я стала постоянно класть деньги на этот номер чтобы он был доступен. Я просто не понимаю как моя маленькая девочка ещё жива во мне, после всего того что я пережила…Я постоянно говорю всем что я плохая мать, а мне постоянно говорят обратное…
Макс долго молчал, будучи воспитателем и тоже имея психологическое образование он понимал, что мне просто нужно было выговориться. Сердце бешено колотилось а рот не хотел замолкать. Душа наконец то открылась и нескончаемый поток боли и обиды вылился в длинный монолог. Мне всегда хотелось чтобы кто то хоть раз побыл на моём месте, в моей шкуре.
Как только я закончила говорить, оборотень подошёл и крепко-крепко меня обнял. Даже не знаю кому эти объятия нужны были больше, мне или ему.
-ты многое пережила, лапа. Но теперь ты не будешь одна, ты не будешь тянуть это всё на себе, потому что я тебе не позволю. Ты всегда можешь положиться на меня, обсудить насущные проблемы и доверить своё самое сокровенное. Если понадобятся я буду оберегать тебя от всего мира, я больше не заставлю тебя чувствовать себя одинокой…
- а говорил, что не знаешь красивых слов.
-Ральф также говорил мне о Хелен, когда был за несколько сотен километров, пока она рожала. Признаюсь, было довольно тяжело запомнить.
Я шутливо стукнула оборотня по плечу и ещё раз крепко его обняла. Мне хотелось почувствовать его защиту, его теплоту. Я так сильно в нём нуждалась, что мне хотелось просто идти по его голосу, падать в бездну за его телом.
-прости что напрягаю тебя. У нас вылет только через 2 часа…
-а куда позволь спросить ты тогда так торопилась?
Я встала на цыпочки и обхватила руками шею оборотня, он опустился, чтобы мне было удобнее.
-я просто очень волнуюсь, столько времени прошло с тех пор как я покинула Новый Орлеан… Хотелось бы увидеть своих…родителей…и брата…
-мне не терпится познакомиться с твоей семьёй лапа. Слушай, у тебя есть фото нашей совместной жизни? Хотелось бы посмотреть…
Немного подумав я ответила:
-да, конечно, только давай сядем, в ногах правды нет.
Пройдя в гостиную мы устроились на диване и стали просматривать свои старые фото.
В моей галерея также иногда проскакивали фото Бенни Барта, меня или каких-либо других важных документов. Но среди всего прочего, я заметила ещё одно фото…
Сердце тут же гулко забилось где-то в районе живота, кончики пальцев быстро похолодели. Макс, заметив моё настроение обеспокоенно спросил.
-лапа, ты какая-то бледная, всё хорошо?
-нет, не хорошо…Я не делала этого фото…
Оборотень немного напрягся, но нашёлся что ответить:
-ну может вас кто-то сфотографировал, неужели из-за этого нужно так переживать?
-ты не понимаешь…Этого фото не должно было существовать…Его просто не может быть…Эту девушку на фотографии я видела всего один раз в своей жизни, больше мы с ней не встречались, и не делали никаких фото…
Мне стало по-настоящему страшно, я бы не так удивилась если бы это была та же самая фотка с Шоном…Но это была она, Софи, девушка которая внезапно появилась, и также внезапно исчезла. Я не знаю о ней ничего…Как мы с ней могли увидеться, и почему же я этого не помню…
-лапа, послушай меня. Ты знаешь где находится это место? Давай отправимся туда, может быть ты всё вспомнишь?
-оно находится в Новом Орлеане…
Руки предательски затряслись, я не в силах совладать со своими эмоциями, просто отвернулась. Но оборотень тут же развернул меня к себе и заглянул в глаза. Я ошарашено посмотрела на него…
-я всегда любила твои глаза, любимый. Даже сейчас ты не изменяешь своим привычкам. Раньше ты всегда делал, так когда мне было страшно. Заглядывал в глаза, заглядывал мне в душу. А там просто разрывалось на куски от твоего взгляда, от твоего голоса, от твоих прикосновений. Даже когда тебе было плохо, ты думал в первую очередь обо мне, как будет плохо мне, если тебя не станет. Хотела бы я также успокаивать людей как ты, хотела бы я успокоить в себе это бушующее море. Я очень люблю тебя, Макс, помнишь ты это или нет.
По щекам начали течь слёзы, а я боялась просто зажмурить глаза, боялась что он исчезнет, словно мираж. Боялась что больше никогда в своей жизни не увижу это изумрудное пламя в его глазах. Эту бесконечную любовь в его улыбке, все эти месяцы я жила надеждой, что он будет рядом, со мной, с дочерью, и в то же время глупо врала самой себе что могу прожить без него. Но кто бы я была тогда? Пустая, безжизненная оболочка одинокой матери, которая давно потеряла смысл слова любовь. Я всегда пытаюсь достать до того, до чего мне не дотянуться, достигнуть лучшего и убрать всё что мешает мне на пути к своей цели. А на пути стоит он… такой спокойный, такой любящий, противореча самой себе я понимаю что тону, тону в его зелёных глазах мечтая раствориться в нём полностью…
-лапа, ты сможешь жить без меня? Я нужен тебе? Почему ты тянешься ко мне и в то же время отталкиваешь, пытаясь казаться холодной?
-я боюсь снова потерять тебя, боюсь снова обжечься. Но как только смотрю в твои глаза, перестаю думать обо всём, что меня гложет. Потому что понимаю, что ты моя единственная проблема. Разум постоянно говорит мне отталкивать тебя, что я смогу быть одна, что мне никто не нужен, ведь никто не хочет снова быть брошенным.
А это чёртово волчье сердце без тебя не может, и сколько бы оно не резалось, оно продолжает биться при виде тебя…
-ты стала взрослой, Софи. Но твоя любовь по-прежнему детская и невинная, ты любишь от чистого сердца и ничего не можешь с этим поделать. Ты готова бросаться в бездну за тем кого любишь, готова слушать всю ту лапшу что он вешает на тебе на уши. И сколько бы он зла не сделал тебе, сколько бы боли он тебе не причинил, ты как послушная собака, всё равно будешь следовать за ним тенью. Это и называется «любовь всегда и навеки»… Это то, что испытывают все волки и оборотни. Скажи мне, только честно, ты готова к этому?
-да…
Я ответила почти не раздумывая, чувствуя себя глупо и немного унижено. Снова чувствуя себя маленькой девочкой, которой не хватило родительской заботы, которая не сможет воспитать ребёнка одна потому что просто не знает как это сделать. Потому что она сама хочет быть ребёнком, она не хочет заботиться о проблемах, о работе, о семье. Она не хочет брать на себя ответственность потому что боится не справиться. И как бы она не хотела повзрослеть это всё детский лепет.
-я всё ещё ребёнок, любимый?...
-для меня ты всегда будешь ребёнком, как бы ты не выглядела, в моей памяти ты всегда будешь девочкой, которая боялась оставаться одна в подвале. Но для других ты сильная и независимая. Пусть так и останется.
И он поцеловал меня, так нежно, как только смог. Я ответила на поцелуй. Мы вложили в него всю ту боль что причиняли друг другу на протяжении этих месяцев, я хотела чтобы этот поцелуй снёс все стены между нами, я хотела довериться ему, положиться на него… Я хотела сохранить все наши трепетные воспоминания и пронести их сквозь года, чтобы через 10 лет, сидя в кресле, мы вспоминали обо всём этом с улыбкой. Даже сквозь года, с морщинами на лице говорить о том, какой он красивый, о том, как мне с ним повезло.
Внезапно зазвонил мой мобильный телефон. Мы неохотно отдалились:
-это Бенни, ох блин, кажется мы опаздываем.
И вскочив с дивана мы помчались в аэропорт.