Сквозь грань

Просидев на полу прихожей около двух часов, я наконец нашла в себе силы подняться. На ватных ногах я поплелась в ванную. Хотелось смыть с себя все события этой сумасшедшей ночи, а с ними и все эмоции которые успела испытать.
Кто бы знал, что с закатом солнца я успею влюбится, если верить словам ангела, сбежать из вампирского особняка, несколько раз попрощаться с жизнью и еще кучу всего. И снова холодная вода, стекающая по волосам и обнаженному телу, заставляет немного прийти в себя.
Покопавшись в шкафу, я нахожу пару, давно оставленных мной вещей, и натягиваю их на мокрое тело. После чего камнем падаю на мягкую кровать, отчего в воздух поднимаются клубы пыли, скопившиеся на ней за долгие годы.
Недолгий полет в воздухе по пути к постели моментально заставляет вспомнить мое удивительное спасение. Он спас меня. Вместо того чтобы убить. Конечно я тоже не убила его, но оставить в живых и спасти далеко не одно и то же.
Продолжая размышления, я вспоминаю, что на крыше ангел был без крыльев, что, наверное, не удивительно, учитывая, что на глазах у людей они должны выглядеть вполне обычно. Но как они появились? Я не успела запечатлеть этот момент, так как была слишком занята мыслями о скоропостижной кончине. Возможно мне еще предстоит стать свидетелем этого явления... В голове вновь прозвучала фраза «Я еще вернусь». О чем я вообще думаю? Неужели я хочу увидеть его снова?
Нет, это же полный бред! То, что он сказал там на крыше не может быть правдой! Я же не настолько идиотка чтобы влюбиться в ангела? Нет ведь?
Мысли нестихаемым роем проносятся в голове одна за другой и я решаю немедленно заглушить их не очень любимым, но самым верным способом - заснуть. Я не очень любила спать и делала это крайне редко, ведь как таковой сон вампирам не нужен, но иногда он отлично помогает перезагрузить уставший мозг. Это не похоже на человеческий сон, тут все иначе. Закрывая глаза и позволяя себе отключиться, ты просто проваливается в холодное и безликое небытие, словно вновь умираешь. Это далеко не приятное чувство умиротворения, при котором можно увидеть сладкие сны, а скорее мрачный уход от реальности, позволяющий взять паузу, чтобы не сойти с ума от навязчивых мыслей.
Погружаясь в это ощущение, я вспомнила последнее сновидение, посетившее меня еще когда я была человеком. Уютный сад семейной усадьбы со множеством разнообразных цветов, бережно высаженных моей матерью, и я сидящая на лавочке под палящим летним солнцем. В этом сне было что-то еще, какие-то люди, разговоры и события, но наиболее четко в моей памяти запечатлелся именно этот момент. Скорее всего из-за того, что из всей человеческой жизни я скучала лишь по солнцу и его пьяняще теплых лучах, способных согреть от того холода и мрака из которого теперь состояла моя жизнь.
Я постаралась сконцентрироваться на приятном сердцу моменте перед тем как меня засосет в безжизненную пучину вампирского сна, как вдруг в нем появился еще один герой. Я повернула голову на подошедшего ко мне молодого человека в ослепительно белой одежде. Наши глаза встретились и по телу прошлась удивительно приятная волна, оставляющая за собой лишь мелкую дрожь. Снова он. Он захватил всю мою жизнь, добрался до каждой мелкой крупицы сознания. Даже до обрывков единственного сновидения.
Очнувшись ото сна, я встряхнулась будто, освобождаясь от вязкой болотной трясины. За окном очевидно уже начинало смеркаться.
Я металась из угла в угол постоянно посматривая в сторону окна спрятанного за темными занавесками. Через пару минут скроются за горизонтом последние солнечные лучи, и я наконец смогу сбежать. От этой мысли неприятно зудело в груди. Не хотелось думать, что я просто не хочу покидать эти стены, не увидев этого чудика еще хотя бы раз, но в глубине души уже засело явное осознание. Что если нас все же видели и сейчас его пытают чтобы узнать где я спряталась? Если они делают ему больно? Я поморщилась от наплывающей злобы, но моментально себя одернула. Почему я вообще думаю о состоянии этого ангела? Мне совершенно не должно быть дело до того где он и что с ним делают, если это никак не касается моей собственной безопасности. Он ведь может рассказать им где я нахожусь и тогда сюда в любую минуту могут нагрянуть ангелы, чтобы прибить меня на месте. Но в голове засел лишь образ изувеченного, измученного пытками парня, никак не желающего раскрывать мое местоположение.
От неожиданного, но ненавязчивого стука в дверь я вдруг испытала... облегчение? Распахнув дверь, я оценила стоящего в проеме ангела, на нем не было и царапины.
- Я уже думала ты не сдержишь своего слова, ангел - стараясь не выказывать своей радости пренебрежительным тоном произнесла я.
- Меня зовут Мирон. - с этими словами он по-хозяйски зашел в квартиру закрывая за собой дверь.
- Не располагайся сильно, я уже ухожу.
- Хотела бы уже ушла. На улице минут десять как темнота - недоверчиво указал он в сторону окон.
Черт, а ведь он прав, я уже давно заметила, что стемнело, но никак не решалась покинуть дом, занимая себя странными размышлениями. Фыркнув на его высказывание, я пошла в сторону кухни. Поднимая со стола старую пачку с сигаретами, я вынула одну, собираясь поджечь.
- Можешь открыть окно. Тебя никто не заметит. Во время патруля нам совершенно все равно что происходит в подобных жилых домах. Вам ведь до них не добраться.
Склонив голову набок, я побрела к окну.
- Не боишься, что я выведаю у тебя все тайны и побегу быстренько докладывать все вампирам? - произношу я, позволяя прохладному ночному воздуху проникнуть в комнату.
- Ни капли. Ты ведь не от лучшей жизни оттуда сбежала. - присаживаясь на подоконник глубоко вздыхает парень.
Сейчас, сидя на этой кухне и по собственной воле разговаривая с ангелом, я действительно забыла от чего бежала.
- Какую жизнь вы нам устроили от такой и бегу. - выплюнула я, отчего он с небольшим сожалением опустил взгляд.
- Мы были созданы для этого. Каждый ангел получил вторую жизнь чтобы бороться с вами, не давая вмешиваться в судьбы людей для собственного пропитания.
- Да люди и без нас мрут как мухи! Каждый день сотни несчастных случаев, и это только в одном городе! Неужели вы спасаете их от всего? - голос уже заметно срывается на крик.
- Смерть от болезни или же от случайных происшествий заранее предрешена и у каждого человека должна настать в отведенное ему время. Гибель же, случившаяся по вашей вине не естественна, как и само ваше существование.
- Но кто-то же нас создал! Для чего это было нужно? Чтобы вы оставили нас подыхать на затворках?
- Вампиры - порождения тьмы. А от нее невозможно избавится на корню, но можно исправить последствия... - ему явно не был приятен этот разговор, но его слова заставили и без того бушующую во мне агрессию вырваться наружу обжигающими слезами.
- Ооо, ну теперь все встает на свои места. Тебе самому не тошно от того насколько твои слова отличаются от разговора на крыше?!
Дрожащий от рыданий голос с крика плавно перешел на шепот. А я еще на полном серьезе начала задумываться о том, что он полюбил меня! Смог полюбить столь ненавистного себе существа! И я начала чувствовать то же....
Он поднял на меня свой напряженный взгляд. От прежнего приятного ощущения не осталось и следа. Его глаза полные сочувствия и нежности теперь отдавались во мне лишь болью. Почему мне больно? Неужели я действительно поверила во все эти сказки про душевную связь? Неужели начала думать о том, что могу быть с ним? Смогу быть с тем, кто являлся частью другого мира, яростно противостоящего моему собственному!
- Пошел вон! - вскрикнула я что есть сил, но он не сдвинулся с места. - Убирайся! - снова никакой реакции.
Тогда я рывком будто в какой-то сопливой мелодраме ударила его по щеке, оставив на ней слегка красноватый след. Он лишь закрыл глаза, но так и не пошевелился. Я почувствовала себя настоящей истеричкой, чьи эмоции сменяются со скоростью света. Не знаю сколько прошло времени, может пара минут, а может и несколько часов, когда я наконец успокоилась.
Все это время Мирон молча сидел на прежнем месте. Я поняла, что так просто от него не отделаюсь, поэтому потянулась к новой сигарете рассматривая его, не выражающее никаких эмоций, лицо.
Вдохнув в легкие порцию дыма, я протягиваю сжатую меж двух пальцев сигарету одним жестом предлагая ему взять. Наконец отмерев, он отрицательно мотает головой. Конечно, что и требовалось ожидать. Как же ангельский мальчик может позволить себе грязную мирскую дрянь. В голову приходит идея. Если я не могу ни убить его ни выгнать, могу хотя бы поглумиться. Втягивая в рот едкий дым, я наклоняюсь вперед, так чтобы между нашими лицами остались жалкие сантиметры. Затем тонкой интенсивной струйкой выдыхаю накопленный никотиновый туман прямо ему в лицо.
- Ну все, теперь ты курильщик, хоть и пассивный. - с самодовольной ухмылкой произношу я, делая новую затяжку.
- Я умею быть и активным - едва слышно говорит он и резко притягивает меня к себе. Наши губы встречаются, и он впускает в себя весь дым, находящийся у меня во рту.
Ни один даже самый потрясающий секс не вызывал во мне столько безудержных эмоций и чувств как этот поцелуй. Его губы плавно и нежно скользили по моим, даже не планируя наращивать темп. Они просто ласкали меня, давая насладиться легким головокружением и трепетом в районе живота. Это было так удивительно. Я не хотела никуда спешить, не хотела яростно кусать его губы до кровавых подтеков, не хотела разрывать одежду, я просто растворилась в этом поцелуе не желая останавливаться ни на секунду. Это до пугающего отличалось от испытываемых когда-либо мной чувств, это не было похоже ни на животную страсть, ни на всепоглощающую похоть, это что-то новое и совершенно мне неизвестное.