затерянный среди миров

Как мне кажется всё началось гораздо раньше нашей встречи. Раньше соприкосновения наших душ. Это история была определенна предрешена не мной и далеко не Мией, а событиями через которые мы оба прошли. Наши маленькие радости, которые пережили вместе, восхищаясь восходящими лучами солнца с утреней росой, думая о чём-то великом и мечтая о невозможном. Невозможным это казалось всё потому, что у нас и мысли не возникало, что когда-то наши жизни сплетутся в единое целое, словно наш водный поток, который мы соединяем вместе сознаёт вихрь воспоминаний. И все события способны утечь так же быстро, как и течение реки. Наше знакомство было настолько мимолётным, что ситуация казалось казусной и нелепой настолько, что из такого глупого знакомства ничего не выходит и толком. Остаётся лишь время, время которое не только покажет кто из нас и кем стал, но и унесёт далеко за горизонт от пределов мечтаний, до суровой и жестокой реальности.

За последнее время я наконец-то осознал всю тягость и ношу которую тащил на себе все эти годы. Я стал частичкой этого временного безмятежного потока. Но огорчает лишь то, что жизнь не смогла оставить меня в покое просто так, оторвав от моей прошлой жизни, и буквально влила в меня череду всех этих событий. Стремительно пронзая гряду очередных всё новых проблем, я погружался в себя и свои проблемы уже совершенно не только забыв о том кем я был, но и о грядущих событиях. Мне так упорно не открывали эту завесу тайн, и я перестал осознавать каким образом я потерял не только своих родных и своё окружение, но и самого близкого для меня человека, который изначально вызывал лишь чувства смятения и детской наивности.

Как ни странно в разные промежутки времени я относился к ней по-разному, но лишь одно прикосновение её чуть тонкой, изящной ручки, предающий легкий холодок во всём теле, пробуждало во мне толи непомерную страсть, толи желание быть с ней рядом и никогда не отпускать, прижаться так сильно, стоя у обрыва, и держать до самого нашего конца. Но всё же проблемы начинаются внезапно и не из откуда это и есть один довольно посредственный парадокс моей жизни. Я не только из прилежного ученика в старшей школе смог влиться в откровенно не подходящую мне компанию за последнее пару месяцев, пережить смерть матери от рака легких, но выпутался из неприятной только, что пришедшей ко мне снова истории.

Все эти годы прошли так же беззаботно, каким был и я сам. Но с уходом моей матери всё ушло не в бытие. Я был посредственен и слегка груб, когда тема доходила до моей семьи. Хоть я и носил всё время маску отчаянного и безмятежного урагана, из шебутного мальчугана вечно не знающего никаких мер, мне пришлось перерасти в молодого вполне здравомыслящего человека, но это произошло лишь со временем. Возможно меня и подкосила эйфория, которую мне могла подарить лишь моя очередная девушка. Такая девушка подавляла всё, что меня переполняло вместе с уже полупустой выпитой бутылкой конька. Мои мысли могли наконец затихнуть. Я оставался в моменте наслаждаясь каждой данной мне минутой, забывая о проблемах, об учебе, об опекунстве. Мне тогда так хотелось быть нужным, иметь смысл быть для кого значимым. Да я значил что-то для своей сестрёнки Ани, но она лишь светлый ангелочек, который достоин большего чем братец Лео с тонным усталым взглядом и излитым всей душой алкоголем, докуривающим последнюю сигарету и отправляющимся на ночную смену.

Ежедневно приходя домой с учёбы я бросал свой рюкзак, который был обвешан значками и брелоками моих любимых музыкальных групп, и прямиком заваливался в кровать, надевал наушники и засыпал так я не думал о завтрашнем дне, у меня не было ни будущего, но и не настоящего, было только желание остановить это всё и отдохнуть. Ко мне по обыкновению подбегала сестрёнка и пыталась стащить с кровати играть в снежки или кататься на санках. Ей было всё равно до взрослых проблем, ей и не надо было знать о двух моих работах в ночную смену. О синяках под глазами и последних едва оформленных документах на опеку. О скандалах с отцом, который оборвал все связи и ушёл в свой собственный мир, где к сожалению или счастью не было нас, а хорошо это или нет видимо я и не узнаю. Я и не знал другой жизни, суета не только стала частью меня, она открыла во мне умение заботиться и наблюдать как меняюсь не только я, но и взрослеет Аня.

В ту пятницу мне дали выходной и я наконец смог отдохнуть. Не было сил даже позволить себе встать с кровати, если бы мне дали возможность, может я бы и загадал уснуть и не проснуться навсегда. Но пока мне есть ради кого жить и ради кого надеяться на лучшее я буду стараться сделать это лучшее будущее. Не для меня, а для неё. Проснувшись, я заметил, что близится к закату, иногда жаль, что всю его красоту нельзя оценить в полной мере многоэтажных домов направленных в высь. Я задумавшись, глядя в окно на этот почти уловимую гладь заката, вдруг потупился, меня дернула за рукав сестрёнка и оторвала от моих мыслей. Я мгновенно позабыл о чём же думал. Девочка подсела рядышком, после того, как ловко залезла на кровать. Мы смотрели, как садиться солнце. Желтый, почти оранжевый диск с каждой минутой пропадал из виду. После на утро то утро субботы мы так и проснулись вдвоём. Я не очень-то и часто начал ходить на пары из-за работы, но мне нужно было закрыть пропуски, поэтому мне пришлось вставать с уютной и мягкой постели, в то время как Аня же ещё преспокойно дремала, когда я уже направился на улицу.

Тот ранний окутанный тайнами день, когда я увидел её в первый раз. По-моему на утро, было достаточно холодно, сильный безмятежный ветер окутал все окрестности региона, шёл легкий снежок. Мне казались все улицы однообразны и скучны. До университета остался квартал и пешеходный переход. Как я дошёл до него, я даже не заметил. Вот загорается зелёный я иду среди толпы и большого количества людей, пробираясь наконец на другую сторону дороги. Подойдя к зданию, я смотрю на время. Опять опоздал - мелькает у меня в голове. Но это всё же лучше, чем очередной прогул. Смотрю на время, и правда 10:35, надеюсь хоть студенческий не забыл. Учился я на 2 курсе юридического факультета. Послушав очередную лекцию от вахтёрши, я поднимаюсь на свой этаж. Встретили меня достаточно не плохо, хотя многие и не заметили моего отсутствия, не удивительно, я ведь никогда особо ни чем не выделялся. У меня было не так много знакомых, только вечно опекающая меня Лия с моего курса и раздолбай Томас, который я знал ещё в школьные годы, во время когда всё казалось таким легким и не имеющим последствий. Единственное, что выводило меня в Томасе это то, что он в очередной раз зажимался с какой-то девушкой, делав больно Лие, каждый раз. Я тогда не знал, что на самом деле у них происходит, лишь только предполагал, но никогда не интересовался. Томас совершенно не изменился со времён нашей школьной компании вечно угоняющих машины или занимающихся торговлей наркоты в местных клубах, я лишь поражаюсь какой жизнью я жил до, и как она изменилась сейчас. Мне пришлось сдавать кучу долгов последние 2 недели, да быть на грани отчисления будучи бывшим старостой и отличником школы такая себе перспектива, но ничего не поделаешь, нужно справляться с тем, что имею. Парадоксально наверное, что я был откровенно в компании хулиганов, но учился я вполне прилично.

Время близилось к вечеру я понимал, что меня ещё ждёт печальный конец моего тихого умиротворенного вечера после тяжелой учебы. Идя по улице, всё у того же светофора только теперь, который горит красным, на обратной стороне улицы, я увидел её, а чем же ещё она была так удивительна? Вокруг неё я увидел разных мелких рыбок, их было две или три, явный недосып дал о себе знать, я долго смотрел и буквально пялился на эту девушку. Тогда как загорелся зелёный, я в одно мгновение двинулся с места в неё направление. Не знаю, что меня к ней так притянуло, но уже через секунду её не было. Такое случалось ещё парочку раз, едва ли это похоже на норму, скорее погоня за призраком или придуманной фантазией, чтобы скрасить легкое одиночество и большое количество усталости с кружечкой кофе, но её взгляд каждый раз оставался крайне загадочен. Я даже начал звать её Лу, что по звучанию созвучно с французским словом "l'eau" (в переводе - вода). Я видел её очень часто, в довольно разных местах, то после смены в клубе, то отводя Анну в сад. Но вот одно местечко, где я её однажды увидел, было крайне интересным. Во-первых, тем, что оно находилось за парком в сторону леса, туда можно было попасть секретным проходом, через обросшие корни старых деревьев, так, что мало кто мне кажется тут бывает. С этого места открывается отличный вид, можно разглядеть все возможные звёзды, которые окружают ночное небо, если представить, то к ним можно даже прикоснуться, об этом думал я, когда в очередной раз отдыхал там, когда не уделял время сестренке или не было завала на работе, облокотившись на ствол самого большого и величественного древа в том месте, я учился. Не только же в постели сладко посапывать. Я ведь даже учился рисовать до того как умерла мама. Так, что это место стало чем-то личным, открывающим всего меня, от кончиков пальцев, до другой моей стороны, которую видела только Аня. Когда я только пришел впервые в это место, я взялся за кисть за очень долгое время, мне приносило это спокойствие. Что смотреть на эту красоту одному и не поделиться таким мгновением с другими, звучит крайне эгоистично. Нет, конечно, просто меня увлекло это дело, рисовать пейзажи и композиции стали моей некой страстью? Так в поиске хорошего вида я наткнулся на это место, тем более, что оно было не только крайне живописным и чарующее красивым, так ещё и помогало мне концентрироваться. После скучной учебной деятельности и всех рабочих смен я направился в давно полюбившиеся мою место, после того как уложить сестренку спать. С надеждой на мои скорые весенние наброски.
Наши столкновения с Лу были настолько частыми, будто всё это уже было предопределено, но каждый раз, когда жизнь давала знак, что мы предназначались друг для друга, мы в упор не замечали или было не время заметить этого. Когда я взглянул на неё ощущение было, такое словно я её давно знаю? Акцентируя внимание на том, что никогда не узнаешь что же выдаст подброшенный жребий, я решил всё же не ходить по тонкому лезвию и не испытывать судьбу, уж точно ни тогда, когда всё наладилось. Так засиживаясь днями на пролёт после трудного дня до начала моей работы я приходил уже полюбившееся мною место. Весной на этом месте у старого дуба я накинул гирлянду на всё обилие ветвей, ниже постелил плед, таким образом, забираясь в высь, это создавала сверху уют, после я залазил на верх и доставал скетчбук с небольшим набором простых карандашей. И приступал к написанию очередного наброска. Линии графично и плавно соединялись, спутывались открывая всё чуждые мне образы, затерянные места, которые казалось мне я видел, как и саму ту девушку. Словно это я не пишу отрывки моих фантастических мыслей, а рука сама ведёт в нужном направлении с уверенностью прерывая на ключевых деталях, которые я никак не могу изобразить. Ясность - это мне не придаст, а оставит ли очередную мысль о настоящем положении этих мест, определенно. Мне бы так хотелось хоть раз ощутить какого это бегать по бесконечному полю, гладь которого окатывает далеко за горизонт. Да хоть сейчас и февраль месяц, но иногда мечты уносят нас дальше чем может предоставить жизнь сейчас. В частичку каждого разворота я вкладывал определенную свою мысль, подписывая по краю рисунка то, что трепетало меня в тот момент. Так открыв однажды мой скетчбук, можно было понять всего меня, вот, что я подразумеваю под этим понятием. Раскрыть всю мою жизнь и перевернуть её наизнанку, как мог бы перевернуть любой читатель, если бы я написал книгу. Иногда прочитав вверх тормашками или элементарно под другим углом всё в корне может измениться и поменяться не только восприятие действительности и её ощущение.

Через мгновение я дернулся и резко оторвавшись от своих мыслей поднял взгляд вверх. И увидел Лу, она буквально рухнула на меня, выглядела она слегка побито, если к слову упомянуть этот факт, скатившись с самой кроны до места, где я сидел. И этот факт меня взбудоражил, сначала я отдернулся и видимо я на неё взглянул с таким непринуждённым удивлением, что не заметил как свалился. Проходящая мимо секунда и я уже на земле, отбивший себе колено, я облокотился на исподобье корней Толстого ствола дерева и пробегая глазами и без того увесистую крону, с едва появившимися листика, с торчащими с разных сторон ветвями, стараясь не подавать виду, хотя я вроде и скорчился, слегка. Но снова открыв глаза, после удара, я увидел это, в небе плыл большой кит, а за ним словно хвостиком его маленькие китята, обилие рыбок было невообразимо. Тогда наблюдая за всей этой удивительной суетой, почувствовал себя на своём месте, по ощущениям всё было странно знакомо. А обратив наконец внимание на землю, я заметил как мой скетчбук лежал, фактически ощутив всю прелесть раннего тающего снега с грязью фактуры, и полностью размок. Да я и раньше видел Лу, но никогда мы ни были так близко друг другу. Но это не отменяло факт, того что она буквально свалилась мне на голову. Она слегка прикоснулась к моему предплечью, потом к кисти, и прислонив свою зябкую, замёршую ручку на мою, присев рядышком, произнесла с легкой усмешкой: - Извини, я не подумала, что ты упадешь с дерева.

- Ты тоже это видишь? Лео с полным восхищением взглянул в небо.
- Не поверишь, но я вижу это каждый день. Кстати меня зовут Мия, а тебя?
Я всё так же не отрывая взгляда, погрузившись в атмосферу безбрежного моря, кратко ответил: - Лео.
Мы просидели так, совершенно позабыв о времени, поражаясь превосходством подводного мира над нашим, около парочки минут? Когда не следишь за временем на душе становиться так приятно. Это стало настолько мимолётным событием, которое не хотелось заканчивать на мгновение всё перестало иметь какое-то значение. Я чувствовал лишь тепло её руки и слабый прохладный ветерок, который особенно сильно чувствовался в парке. Потом я вышел из моего поверхностного оцепенения и спросил: - Думаешь мы должны были встретиться?
И сама Мия тоже слегка смутилась и ответила: - Определённо.
Наконец-то я понял, что это встреча стала судьбоносной и крыше сносной не только для меня, но и для самой Мии. Для меня сейчас остаётся загадкой каким образом она так легко влетела прямиком в мои объятья, изменив мою жизнь до неузнаваемости. Мия не обратила внимание на моё прикрытое грубым и резким поведением эмоциональное состояние, толком совсем. Она не только не подумала о личном пространстве, как малое дитя, но и прощебетала извинения как-будто ничего особенного не произошло.