Неприкаянная

После того, как я закончила картину, я отправилась в ванну, чтобы смыть с рук краску, а после этого раздевшись я повалилась на кровать без сил и мигом уснула.

Проснулась я от стука в дверь. От того, что легла спать только на рассвете, сейчас я чувствовала себя как разбитое корыто. Глаза открываться не хотели, мозг продолжал спать, а тело категорически отказывалось вставать с кровати. Но после где-то шестого стучания в двери я все-таки собралась с силами, напялила вчерашние штаны и тунику, в которых рисовала, и пошла открывать. Пока вышла из спальни и дошла до входной двери, в нее успели постучать еще два раза.

- Иду, иду, кому там неймется в такую рань? Черт! Поспасть спокойно не дают. - с этими словами я и открыла дверь.

- Дорогая уже все позавтракали, а ты даже еще не вставала! - всплеснула Сульфира руками, влетая в мою гостиную как ураган. - Давай иди быстрее приводи себя в порядок, а я пока тебе приготовлю платье. - пробормотала она, зарываясь в мой гардероб.

Я, еле переставляя ноги, поплелась в ванную. Приняла контрастный душ, накинула халат и вернулась в спальню. На кровати уже лежало голубого цвета платье по последней моде, то есть с рюшами, воланами, вышивкой с мелкими драгоценными камнями. Я не успела даже рот открыть, чтобы отказаться от этого, ужасно неудобного платья, как в комнату влетела моя служанка Кести с какой-то девушкой и понеслось.

- Дорогая, сейчас тебе девочки помогут быстро одеться и мы пойдем в малый бальный зал. Я вызвала одного своего знакомого, между прочим лучшего учителя танцев во всей империи, и ты поучишься танцевать. Я думаю ты быстро справишься, там ничего сложного. Ведь бал уже послезавтра. - пока она мне это все говорила, меня уже облачали в это орудие пыток под названием платье.

Боже! Зачем же девушки так издеваются над собой! Этим корсетом можно пытать заключенных в подземелье. Даже у меня, с моей нечеловеческой выносливостью, уже спустя десять минут закружилась голова от нехватки кислорода. Дышать в нем можно было только на половину вздоха. Само же платье было жутко неудобным. Большое количество юбок, для пышности, и волочение их по полу не давало нормально сделать шаг. Туфельки были на каблуках и эти самые каблуки постоянно при поднятии ноги цеплялись сзади за края платья, а в момент когда я ставила ногу, то обязательно наступала на подол. Да само хождение на каблуках это жуткая пытка, особенно если учесть, что я каблуки ни разу в жизни не одевала, а ходила в своей удобной мягкой тренировочной обуви или балетках. Приходилось поднимать этот ворох юбок и шагать мелкими шагами, как японки в юкатах. Когда меня уже принарядили, раздался стук в дверь, оповещая что кто-то пришел. Я кивнула Кести и она пошла открывать. В комнату зашел Рен и так и застыл на пороге комнаты, разглядывая меня. Ну что я могу сказать......его реакция мне понятна. Посмотрев в зеркало я увидела очень красивую девушку с большими черными глазами и волосами и сливочной кожей. Голубое платье выгодно подчеркивало все изгибы тонкой фигуры. Милое личико, тонкая шейка плавными изгибами переходила в хрупкие узкие плечи, пышная грудь в глубоком декольте соблазнительно приподнималась от частого дыхания, а затем плавно переходила в тонкую талию. Утонченные руки с узкими ладонями и длинными пальцами с длинными аккуратными ногтями, создавали еще большее впечатление хрупкости и нежности образа.

- Ты прекрасна! - выдохнул Рен и выйдя из своего оцепенения подошел ко мне. - А почему волосы не заплели? - спросил он у служанок.

- Просим прощения Ваше высочество, но мы не можем заплести лиере волосы. - присели в реверансе служанки.

- Правильно! Никто не сможет заплести мои волосы, так как я сразу чувствую себя беззащитной и мой организм это расценивает как угрозу, а волосы по своей природе мой щит, и кто бы не прикоснулся к ним обязательно будет поранен, если еще конечности останутся на месте. А магия, ты сам знаешь на меня не действует. - пояснила я.

- Хм....интересно.....ну а если так?! - Рен щелкнул пальцами и что-то коротко шепнул и мои волосы зашевелились.

Верх и волос на висках собрался в замысловатый пышный цветок на затылке, а оставшиеся волосы Рен оставил распущенными. Меня накрыл страх от того что волосы теперь собраны, пусть и не все и теперь они, волосы, от этого были не черные а белые как снег. От этого изменения теперь казалось, что в зеркале отражается совсем другая девушка с той же фигурой и в том же платье, но теперь белые волосы осветляли ее сливочную кожу, а серебристые глаза, замороженным серым льдом блестели, источая только леденящий душу страх. Эдакая снежная королева.

- Ты чего так испугалась? - с настороженностью смотря на меня, спросил Рен.

- Ааа.....я....мне....я никогда не заплетаю волосы, это мое правило и поэтому прошу, чтоб ты убрал свою магию и распустил мне волосы. - лихорадочно пытаясь руками распустить свои волосы, говорила я, но у меня ничего не получалось.

От того что я никак не могла распустить волосы меня начала бить мелкая дрожь, надвигающейся истерики. Как оказалось и моя выдержка может дать трещину. Видимо тот случай, произошедший со мной в прошлом, все же оставил неизгладимый след не только в душе, но и на моей психике. У меня появилась фобия заплетенных волос. Мне от тугого корсета итак воздуха не хватало, а от испытываемого панического страха, стало практически невозможно дышать. Из глаз полились слезы, в памяти пролетали ужасные картинки прошлого, а в голове была только одна мысль «жизненно необходимо распустить волосы».

- Эйрин, что с тобой? - кинулся ко мне Рен.

- Милая тебе плохо? - взволнованно спросила Сульфира. - Кести принеси быстро воды. - дала она распоряжение служанке.

- Почему ты плачешь? - спросил Рен, при этом хватая мои руки за запястья и держа их перед собой, чтобы я перестала дергать свои волосы.

А я уже не могла говорить. Меня полностью поглотил ужас, из-за того что он удерживал мои руки, я еще больше себя почувствовала беззащитной, как тогда совершенно беспомощной. Мне стало казаться что со мной опять все повторяется, вся испытываемая мною тогда боль, унижения, страх, безысходность и беспомощность, я как будто заново стала ощущать весь спектр этих кошмарных чувств. Я чувствовала, что начинаю сходить с ума. Я не хотела переживать это снова.

- Нет, прошу не надо! Я не смогу еще раз пережить это! Я никому не сделала плохого! За что вы так со мной? За что издеваетесь надо мной? Прошу отпустите меня! - истеричным голосом, не соображая уже ничего, кричала я, пытаясь вырваться из рук крепко держащих меня. Но вырываться было бесполезно, у меня стало темнеть перед глазами и я стала проваливаться в темноту шепча - прошу.....прошу.....прошу....

Когда мама мне сказала, что для обучения Эйрин позвала своего знакомого, а мне предстоит составить ей пару, я не возражал, ведь мы действительно забыли что она не из нашего мира и танцевать наши танцы скорей всего не умеет. Поэтому утром быстро собравшись я направился сразу к покоям Эйрин. Меня впустила служанка, а когда я вошел в ее комнату, то от представшей передо мной невероятно красивой девушки, захватило дыхание и сердце пропустило удар. Она была настолько хрупкой и нежной, даже можно сказать беспомощной, что сейчас даже не верилось в то, что она виртуозно владеет двумя клинками и совсем не безобидна как кажется. Но все равно именно сейчас ее хотелось защищать, оберегать и заботиться о ней. Единственное что было не завершено в ее образе - это ее волосы. Хоть она и говорила что никогда не заплетает волосы, но я все равно прочитал одно заклинание и часть ее волос сложилась в сложную прическу. Вот теперь было то что надо. Я залюбовался сменой ее образа, я был поражен тем, как ее внешность меняется и она может быть настолько разной, как будто передо мной стояла только что совсем другая девушка. Но от любования ею меня отвлекла волна ужаса. Я аж сам чуть не задохнулся от настолько сильной эмоции и исходила она от Эйрин. Я сначала совсем не понял что происходит. Она стала пытаться выдернуть шпильки из волос, но так как они были закреплены магически их естественно руками было не возможно снять. Но она не сдалась на этом, а наоборот стала с остервенением дергать за волосы, пытаясь распустить их. Волна ее страха стала еще более увеличиваться, накрывая с головой всех присутствующих в этой комнате. Когда я посмотрел ей в глаза, я увидел панику и накатывающее безумие. С ее глаз полились слезы, прокладывая дорожки по уже мокрым щекам и капая с подбородка. Мы с мамой кинулись к ней выяснять причину ее слез. Я ничего не понимал, из-за чего она плачет, чего так сильно боится. Я взял ее за руки, пытаясь успокоить и не дать ей вырывать свои волосы. Такого я еще не видел. Это было безумие! Я даже не мог представить себе причину по которой девушка может осознанно рвать на себе волосы и приносить себе вред, боясь чего-то. Смотреть на это было просто ужасно. Когда я лишил ее возможности двигать руками, в ее глазах я увидел обреченность, ужас, безысходность и мольбу. А потом ее глаза как будто остекленели, создалось впечатление того, что она вроде смотрит на меня, но в тоже время она меня совершенно не видит, а видит что-то ужасное, кошмар. Когда она стала кричать чтобы ее отпустили и что она больше не переживет этого, а в глазах ее плескалось безумие, я понял что в прошлом скорее всего что-то с ней случилось очень страшное и волосы играли тут не последнюю роль. Я не смог даже представить что же смогло такого случиться, чтобы довести ее до безумия. Сейчас она была совершенно невменяемая. Мое сердце разрывалось от той боли что сейчас она испытывала. Я видел сейчас не ту сильную духом девушку, которая была в трактире, сейчас это была маленькая беззащитная девочка, которая пережила что-то страшное и ее мне хотелось защитить, оградить и помочь избавится от горя и страха. Я прижал ее к себе, обнимая и пытаясь успокоить, она же пыталась вырваться, но я ей не позволил это сделать. А потом, вымотавшись, она стала затихать и обмякла в моих руках. Теряя сознание она продолжала шептать слово «прошу». Я подхватил обмякшее тело на руки и положил ее на кровать. Мама была взволнована не меньше меня. Служанка уже принесла стакан воды и мама хотела привести Эйрин в чувства, но я остановил ее.

- Я должен разобраться, что с ней происходит. Меня очень пугает ее такое безумное состояние. Я должен узнать что у нее произошло в прошлом, чтобы больше не допускать таких ошибок по незнанию, как сегодня, иначе боюсь, что в следующий раз она может сойти с ума. - сказал я маме.

- Ты в этом уверен сынок? Ведь когда она узнает, что ты копался в ее прошлом она может очень сильно обидеться на тебя, а если учесть ее теперешнее состояние, то могу предположить что происходило что-то серьезное и от этого ее обида может стать очень сильной и тогда уже ничего нельзя будет исправить. - положив руку на мое плечо и смотря мне в глаза, предупреждала мама меня.

- Я уверен мам. Я должен. Я надеюсь ты ей не скажешь, что я смотрел ее прошлое, возможно она и никогда не узнает о том, что я сейчас собираюсь сделать, но даже если и узнает и возненавидит меня за это, я все равно должен сберечь ее от безумия, ведь это в моих силах. - и стал действовать.

У меня очень сильная магия как драконов так и демонов и очень сильно развита ментальная магия. Поэтому отец и доверил мне руководить тайной канцелярией дворца. Я мог просмотреть память у любого существа, при этом обходя любые барьеры и блоки. Это умение очень часто помогало при допросе подозреваемых. Я присел на край кровати, где лежала Эйрин, положил ладони на ее виски, закрыл глаза и сосредоточился на своей магии. Сначала было тяжело проникнуть к ней в память, так как часть моей магии она все же поглощала и лишь оставшаяся часть действовала. Мне потребовалось немного больше времени и магии чем обычно, но я все же смог проникнуть в ее память. Я не знал насколько давно с ней произошло что-то плохое и поэтому решил просмотреть все с самого начала.

Я увидел несколько детей увлеченно ковыряющие какими-то штуками землю, потом все детки повскакивали и стали бегать, догоняя друг друга. В этой группе детей бегала девочка с красными волосами и такими же глазами. Она широко улыбалась показывая свои миленькие клычки и излучая счастье. Она очень сильно отличалась от тех детей которые ее окружали. Все дети были людьми. Дети обратив внимания на нее стали кричать и разбегаться в разные стороны. Вот стоит взрослая женщина, и держит эту же маленькую девочку за руку, разговаривая с другой женщиной. Другая женщина говорит, что Эйрин больше не может ходить в сад с нормальными детьми, так как дети ее боятся и если родители этих детей узнают что их дети ходят в один сад с монстром, то может случиться что угодно. Волосики маленькой девочки становятся черного цвета, лицо больше не излучает счастье, а головка в повинном жесте опускается вниз. Затем другой сад и такая же ситуация и такой же результат. Потом сменяется множество садов. Затем начинают сменяться множество городов и школ. Девочка постепенно взрослеет, но друзей она так себе и не находит, и находится в основном одна, так как мать с утра до вечера работает. Отца девочки я не вижу. Теперь она все больше находится дома, занимается домашними делами, а на улицу выходит только в магазин или в школу. Волосы ее постепенно прекращают часто менять цвет, все чаще оставаясь черными. И только когда она с мамой ездит в поездку в другие страны, ее волосы иногда меняют цвет сначала на красный (счастье), потом белый (страх) и обратно возвращается в черный, так как она старается подавлять все свои чувства. Картинка сменяется и я вижу ее тренировки и здесь она чувствует себя действительно свободной. Продолжается это не долго всего несколько лет, а потом вижу ее во всем черном и черный длинный ящик в котором лежит ее мама. Я понимаю что она мертва. И сейчас чувствую ее боль и горе, которое она испытала, потеряв последнего самого близкого человека. Потом вижу опять переезд и старая женщина встречает ее, это ее бабушка. Потом вижу опять ее учебу в каком-то заведении. Она скрывает ото всех свою суть и начинает встречаться с каким-то парнем. Видя как они целуются, меня почему-то потихоньку начинает накрывать злость. Мне хочется отшвырнуть этого тощего мальчишку от нее и не позволять ему прикасаться к ней. Что это?! Я что ревную?! Нееет......я не могу ее ревновать или все же могу?! Ладно потом с этим разберусь. Я чувствую что этот парень ей нравится и она решается ему открыться. После того как этот парень увидел кто она на самом деле, он сбежал и бросил ее. А я опять почувствовал ее одиночество и замораживающую пустоту в ее душе. После этого вижу опять учебу, новых друзей и ее душа опять оттаивает. А потом резко страх и боль. Все что я увидел потом для меня было ШОКОМ. Я даже не смогу передать словами, то что происходило потом. Ее боль накрыла меня с головой, эта вереница множества самых гадких и отвратительных чувств и эмоций сводила меня с ума. Я впал в ярость. Я готов был разорвать в клочья тех жестоких тварей, что творили с ней такое, но я был бессилен. Ведь это прошлое, но от ощущения присутствия сейчас в этом ужасном кошмаре, я готов был выть от безысходности того, что я ничем не могу ей помочь. Сейчас я наблюдал со стороны, но в то же время как будто находясь в этом грязном помещении. И вот, когда ее практически убили, я в этот момент готов был умереть вместе с ней. Мое сердце болело, а душа как будто рвалась из тела, причиняя невероятную боль. Я сцепил зубы и досмотрел все до конца, до самой первой встречи со мной.

Выскользнув из ее воспоминаний и открыв глаза, я увидел испуганное лицо матери, а по моим щекам текли слезы. Я взрослый мужчина и последний раз плакал в далеком детстве, когда был совсем еще мал. Но сейчас слезы стекали по моим щекам и я даже не пытался их вытереть или остановить. Сейчас плакали не мои глаза, а моя душа. Эту боль не возможно в себе хранить, ее просто надо выплеснуть наружу, хотя бы через слезы, так будет легче осознать весь этот кошмар. Теперь для меня стало понятно, почему она хочет избежать близости со мной. Стал понятен тот откровенный разговор, и то как она с уверенностью сказала, что не будет искать удовлетворения своих потребностей на стороне. А самое главное стала понятна ее сегодняшняя истерика. Волосы действительно сыграли решающую роль. Ведь, если бы она их в тот день не заплела, то даже выпив свое спиртное с подсыпанным порошком, она просто бы осталась сидеть в этом заведении до окончания действия этого порошка. Ее распущенные волосы прекрасно бы ее уберегли от любых прикосновений, закрывая и сзади и спереди. Они даже не смогли бы ее поднять или сдвинуть с места.

Мама молчала и лишь вопросительно смотрела на меня, как бы молча задавая вопрос, «что ты увидел?». На это я лишь в отрицательном жесте покачал головой, отвечая что не могу ничего рассказать, просто не имею права. Она поняла меня без слов.

Весь мой просмотр ее памяти занял всего минут 10 - 15, ее нужно было приводить в сознание. Я сначала привел свое лицо в порядок, удалив следы слез, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, успокаивая свои эмоции и чувства, и брызнул водой из стакана ей на лицо, ее ресницы затрепетали, а потом глаза ее резко распахнулись.

Не знаю сколько я провалялась без сознания, но привели меня в чувство холодные капли дождя, как мне изначально показалось. А н-нет! Как только я открыла глаза увидела склонившегося надо мной Рена, сидящего со мной рядом на кровати и держащего в одной руке стакан воды, который он тут же поставил на прикроватную тумбочку. Его взгляд был взволнованным, мрачным можно даже сказать горестным. И вообще у меня создалось впечатление что он плакал, так как глаза его были немного покрасневшими. Да уж, о чем я думаю! Такой мужчина не может плакать, да и из-за чего бы ему плакать?! Чушь какая-то. Я что при падении головой стукнулась? Причудится же такое! Так, а из-за чего я сознание то потеряла? И вот тут я все вспомнила. Я резко села и подняла руку чтобы потрогать волосы, они все так же были уложены в сложную прическу и от этого меня опять начала охватывать паника. Рен, увидев мою реакцию, щелкнул пальцами и что-то прошептал и мои волосы упали на кровать, выпрямляясь. Паника тут же отпустила меня и я стала потихоньку приходить в себя.

- Эммм....простите что все так вышло. - мне вдруг стало стыдно за свое поведение, но я ничего не могла с этим поделать. - Я не хотела вас пугать, просто корсет очень туго затянут. - состроив как можно более невинную мордочку и широко улыбаясь, я одной рукой схватила за край декольте, при этом просунув пальцы между грудей, и стала отдергивать его, на манер того как мужчины отдергивают туго затянутый галстук. - Мне просто стало не хватать воздуха и наверное поэтому я потеряла сознание. - состроила я совсем дурочку. Ведь не объяснять им почему у меня случилась истерика.

Сульфира и Рен смотрели на меня все еще с беспокойством и с серьезными лицами.

- Ну ладно. - толкая Рена в плечо, таким образом пытаясь показать ему, чтобы он слез с моей кровати, что он незамедлительно и сделал, а я энергично стала при этом с нее слезать. - Нам нужно поспешить в малый бальный зал, там нас наверное учитель танцев совсем заждался!

Рен с Сульфирой только кивнули, а я пошла в ванну приводить свое лицо в порядок и выйдя из ванны, мы вместе направились на выход из моей комнаты. Я была им благодарна, что они не стали задавать мне какие-либо вопросы.

Пройдя по лабиринту дворца (который я после экскурсии Рена уже запомнила), мы наконец дошли до нужного нам помещения. Пока мы шли по коридорам я окончательно пришла в себя и успокоилась. Нас встретил не высокий, с моего роста, мужчина (по человеческим меркам лет сорока). Знаете такой нестандартный и забавненький типаж, чем то смахивающий на наших земных стилистов и визажистов. Осанка была у него прямая, спина чуть прогнута в пояснице, а попа чуть выпяченная назад, и вообще он был довольно хрупкого телосложения. Длинные пепельные волосы были уложены в замысловатую прическу и украшенные причудливыми заколками с драгоценностями. У него даже глаза были немного подведены. Как я поняла по его длинным заостренным ушам - это был эльф. Одежда была очень яркой. Белая рубашка с рюшами на манжетах и воланами на груди, заменяющими галстук, а поверх нее был одет малинового цвета пиджак. Штаны же были ярко зеленого цвета в обтяжку. Завершали весь этот эпатажный образ изящные туфельки с небольшим каблучком и похожи они были больше на женские чем на мужские. Если бы тут было такое понятие как «гей», то я этого эльфа охарактеризовала бы именно этим словом. Все тут же поприветствовали эльфа. Сульфира подозвала меня поближе.

- Познакомьтесь - это мой давний друг лиер Нигейлиэль Алафийшихель диель Лехистиниельский. - эльф поклонился легким плавным отточенным до совершенства поклоном и поцеловал мне ручку. А я в этот момент старалась не заржать от его имени. А что! Мне сразу в уме сложилась картинка из слогов «Ни гей ли эльф?» А в ответ звучало ГЕЙ! - А это моя невестка лиера Эйрин. - я попыталась изобразить реверанс, но видимо получилось очень кривенько, так как эльф сразу скривил свои губы так, как будто стакан лимонного сока только что выпил.

- Ну-с приступим. Надеюсь из «ЭТОГО» - тыкая на меня пальцем. - что-нибудь получится!

Вот высокомерная сволочь! Меня «ЭТИМ» называть! Я покажу как нужно танцевать. Тело мое очень гибкое и тренированное, чувства ритма есть, да и вообще пусть я и сидела постоянно дома, но мне это совсем не мешало совершенствоваться. Да, я самоучка, но все же танцую не плохо, благо в Интернете самоучителей и по танцам и по игре на музыкальных инструментах и по рисованию полно. Ну и что, что реверанс не умею делать, так мне никто и не показывал как его правильно делать. Показали бы, я быстро бы освоила, обучаемость у меня очень высокая, даже дважды повторять не нужно.

- А ну-ка, мистер «совершенство», показывайте как нужно. - уверенно смотря ему в глаза, сказала я.

Он видя мою уверенность, лишь смерил меня высокомерным взглядом, встал напротив меня и изобразил реверанс. Без юбки конечно это смотрелось как-то неказисто, но зато было видно как правильно нужно ставить ноги. Я тут же без проблем и в точности как это слал эльф, присела в реверансе. От моего плавного, гибкого и можно сказать идеального реверанса, который получился сразу же с первого раза, у него брови поплыли вверх от удивления. Он даже внимательней стал рассматривать меня.

- Хм.....ваше исполнение очень похвально! - эльф с уважением посмотрел на меня.

И понеслось! Он стал показывать движения первого танца, взяв себе в напарницы Сульфиру. Это был обычный земной вальс с большими и малыми кругами вращения. После демонстрации Рен тут же подошел ко мне и мы стали кружиться в танце. Музыканты, сидящие в углу зала на специальном возвышении, играли приятную музыку, а мы с Реном танцевали. Как бы не было странно, но я была немного удивлена тем, что мои волосы его совсем не ранили, может это потому что я не чувствовала от него угрозы, а даже наоборот сейчас он мне казался самым близким и родным «человеком» во всем мире. Сначала я была сильно напряженной, ведь это в первый раз я так близко к Рену, хоть и телами мы не прикасались, но его рука, покоящаяся на моей пояснице, обжигала и будоражила, и даже после всплывших недавно воспоминаний и истерика не отталкивали меня от этого сильного и красивого мужчины. Странно, но я чувствовала себя наоборот даже защищенной. От него исходили эмоции уверенности, нежности и спокойствия, и я, доверившись ему, расслабилась и стала наслаждаться танцем, смотря в его искрящиеся теплым расплавленным серебром глаза. Потрясающее чувство! Его глаза поглощали и завораживали меня, а, исходящий от его рук жар, разливался по моему телу, и аромат кофе с ванилью, исходящий от него будоражил, соблазнял, такой же терпкий и горький как кофе и одновременно сладкий как ваниль и его хотелось вдыхать и вдыхать, хотелось прижаться поближе и понюхать его шею и грудь. Мое наслаждение танцем и партнером разлилось ярко красным цветом по моим волосам и глазам. Я так же ловила эмоции удовольствия и радости от Рена и от его искренней, обворожительной и нежной улыбки, с кокетливыми ямочками на щеках, он выглядел очень трогательным. Такой мии-и-и-и-лый! Так и хочется потрепать за щечки и расцеловать. Но, слава Богу, самоконтроль у меня был хороший и я удержалась от воплощения своих мыслей в реальности. А то не хватало еще публику шокировать, ТАКИМИ действиями.

Вальс мы станцевали три раза и этого было достаточно, тем более что я сказала эльфу, что у себя на родине я тоже танцевала вальс. Правда это было с мамой в квартире, но ведь тоже опыт! Второй танец был посложней. Нам нужно было запомнить различное построение фигур и движения, и вовремя поднять руку или сделать шаг и все это должно быть выполнено плавно и грациозно. С этим танцем мы провозились часа полтора или два, но в итоге я выполнила все без ошибок и красиво. Спасибо Рену! Он наверное самый лучший партнер по танцам, хотя я в своей жизни с другими ни с кем не танцевала, кроме как с мамой. Рен был очень терпелив и старался меня подбадривать, когда у меня что-то не получалось.

Когда я уже довольно подустала нас позвали на обед и мы всей дружной компанией переместились в обеденный зал. Я не стала переодеваться и когда Рен, как воспитанный джентльмен, ввел меня в зал, все были приятно удивлены и восхищены моим видом. Повелитель с Саром одаривали меня комплиментами. Сар даже встал со своего места поклонился нам с Сульфирой и расцеловал наши ручки, как положено по этикету. Зато принцесса Нирита чуть на гавно не извелась от ярости и ненависти. Она так и метала своими злющими глазюками молнии в мою сторону. А я в ответ, только мило улыбалась и весело со всеми общалась. Рен старался за мной поухаживать, даже один раз сам положил мне один из салатиков, что в принципе никогда и не за кем, из сидящих за этим столом, не наблюдалось, потому что этим занимались только слуги, тихо стоящие за нашими спинами. От такого его жеста внимания были все, мягко говоря, удивлены, у Нириты аж лицо чуть не позеленело от зависти. А я только сказала спасибо и продолжила жевать, поглощая пищу. Да я сначала даже не поняла чего это все на нас с Реном так пялятся, я ведь привыкшая к самообслуживанию и привыкшая к тому, что если сам не достаешь, то просишь рядом сидящих, чтобы тебе положили, то что ты хочешь съесть. Что с того, что кто-то тебе еду на тарелку положил - это обычный жест вежливости и маленькой помощи. Да и я до этого, сколько раз сидя за этим столом, никогда не просила слуг чтобы меня обслужили, брала приборы и сама себе клала на тарелку что хотела. Но, видимо, от серьезного и постоянно хмурого, на людях, Рена никто такого не ожидал.

Я и сама потом, уже позже, лежа на кровати в своей комнате, и вспоминая весь этот день, я поняла, что после моего обморока, он старался постоянно за мной поухаживать, был очень внимателен и учтивым. Смотрел иногда на меня задумчивыми и грустными глазами, а иногда даже чуточку с сожалением (вот только о чем он мог сожалеть?), но как только видел, что я смотрю на него, он тут же старался отвести свой взгляд. Но, долго я об этом раздумывать не стала, да и зачем, смотрит и пусть себе дальше смотрит, мне не жалко. Да и от ухаживаний я не откажусь. Ведь ОЧЕНЬ приятно, когда за тобой ухаживает Такой мужчина! Тем более, что за мной никогда мужчины не ухаживали.

После обеденное время у меня было свободно и поэтому я решила вернуться в свою комнату и избавиться от этого кошмарного платья. Правда для этого мне пришлось попросить помощи у Кести. Теперь я поняла почему здешние женщины сами раздеваться не могут. Да, такие платья подобны смирительной рубашки, сковывают движения, тяжело дышать и этим еще больше нервируют, и без посторонней помощи не снимешь. И уже после «освобождения», действительно как будто из тюрьмы, я наконец надела свои «домашние» штаны и тунику и решила пойти в свой кабинет и порисовать, но на этот раз у меня был в плане рисунок Рена в библиотеке. Все таки, невозможно не запечатлеть на память такую красоту. Жаль фотоаппаратов здесь нет, я бы уже давно устроила фотосессию.

Я приготовила новый холст, а рисунок с озером и драконом разложила аккуратно на столе, чтобы не помять, потом спрошу у Сульфиры где можно рамку купить, хочу повесить потом в своей гостиной. Закрыла глаза, чтобы вспомнить все малейшие детали увиденного и залилась румянцем, а волосы вспыхнули огнем. Уффф.....чувствую будет жарковато рисовать! Но от этого не менее приятно! Сначала я начала делать набросок серым удлиненным камнем (прототип простого карандаша) и уже после первых штрихов полностью погрузилась в свою приятную работу. Как только я добралась до того момента, когда нужно было прорисовывать детали его лица и тела, мои волосы уже были абсолютно ярко красного цвета от возбуждения. Как и в прошлый вечер, я отказалась от ужина, а только попросила принести мне поднос с какой-нибудь едой и поставить в гостиной на столик, как закончу поем, решила я. Я решила нарисовать его в черно-белой расцветке и никаких других цветов. Да и одет он был тогда в черную рубашку и черные штаны и ему этот цвет очень идет, делая его образ еще более мистическим, демоническим и порочным. Я старалась его нарисовать именно таким, каким я его вижу, вкладывая в каждую линию свои чувства и эмоции, испытываемые по отношению к нему. Рисовала я опять до рассвета, но это того стоило! Когда я посмотрела на окончательный результат своего творения, то даже сама не поверила в то, что эту красоту нарисовала я и что этот персонаж, изображенный на холсте, действительно существует в реальности. Приглушенный магический свет в библиотеке я смогла передать идеально и это предавало обстановке и фону рисунка интимность и еще большую мистичность. Сам Рен лежал в расслабленной позе, но в то же время его гибкое, стройное и сильное тело давало понять, что он очень опасный хищник. Я нарисовала его лицо смотрящим прямо на меня, не в тот момент когда он читал книгу и его лицо было по отношению ко мне в профиль, а именно в тот момент, когда я поняла что он на меня смотрит и встретилась с его внимательными и изучающими глазами. Я передала на рисунке всю гамму чувств, которую увидела в тот момент. Сейчас на меня смотрели чуть потемневшие от желания серебристые глаза, которые заглядывали мне прямо в душу и читали ее как раскрытую книгу. Даже сейчас, смотря в эти нарисованные глаза, от смущения увиденного в них желания, мои волосы точно как в тот момент вспыхнули огнем. Изгибы тела и оголенная грудь так и манила прикоснуться к ней не только руками, но и губами. А водопад волос точно так же, как и тогда манил зарыться в них пальцами и провести по всей длине, ощущая прикосновения их холодного и гладкого шелка. Одна его рука была небрежно закинута на спинку дивана, а вторая покоилась на плоском, с видимыми кубиками пресса, животе и нога, что находилась у спинки дивана была согнута в колене, а вторая, что с краю, была полностью выпрямлена и только лишь узкая, оголенная ступня немного свисала с края. Я не стала рисовать книгу, мне показалось, что в излучении такой сексуальности и порочности, книга смотрелась бы совсем не уместно. А вот все видимые мной татуировки, выглядывающие из под одежды на оголенных частях тела, постаралась прорисовать, на сколько смогла, тщательно. Они очень шли его образу. Да уж! Этот рисунок не должен никто видеть. Нет я его совсем не спрячу, а наоборот, так же куплю рамку и повешу в своей спальне, чтобы иногда, когда буду находиться в комнате любоваться им. В спальню ко мне в принципе никто не заходит, а Рен и подавно без приглашения не зайдет, сегодняшний день не считается, я ведь пригласила его через служанку. Да и эта беготня по моим покоям обусловлена подготовкой к балу, я конечно же подожду окончания бала и только потом повешу его.

Все тело ломило от усталости, но эта усталость наоборот делала меня удовлетворенной от проделанной работы. Быстренько перекусив едой, которую мне оставили, я приняла душ и легла спать, тут же засыпая. Утром меня опять подняли рано и опять были тренировки танцев, после обеда приходили портные и я примеряла платье в котором пойду на бал, можно сказать на свою официальную свадьбу, а портные тут же прямо на мне кое-что поправляли, подшивали и перешивали. Все это затянулось до самого ужина. А вот после ужина я решила сразу же лечь спать, так как две ночи без сна отразились на моем лице мешками и темными кругами под глазами. Мне нужно было хорошенько отдохнуть и выспаться, чем я и занялась. Заснула без проблем. А утром проснулась еще до того, как меня пришла будить Кести. Чувствуя себя выспаной, бодрой и свежей я осознала что сегодня моя свадьба и бал. Будет куча народу и мне нужно будет постараться не опозорить свою новую семью. И после обряда наши с Реном татуировки будут закончены. И осознание всего этого очень сильно волновало и нервировало.