Глава 5. «Она жива!»
К а с с и а н
Поднялся небольшой ветер. Ветви берёзы, растущей возле старенького дома, слегка заколыхались, словно приветствуя незваного гостя — меня. Ставни на одном окне заскрипели, а изнутри дома на подоконник запрыгнула серая кошка. Животное смотрело через двойное стекло прямо на меня. Кроме пластиковых окон, я заметил ещё один признак цивилизации: на другой стороне дома почти под крышей висела спутниковая тарелка.
Так сразу и не скажешь, что здесь живёт одна из сильнейших ведьм нашей страны. Ну разве что ценные ведьминские травы, которые росли в огороде в большом количестве, могли намекнуть на необычную хозяйку.
Я открыл ветхую деревянную калиточку и медленно подошёл к немного покосившемуся деревянному крыльцу. На клумбах возле дома тоже росли какие-то травы, среди которых то тут, то там были лилии и розы. Ставни на некоторых окнах были закрыты. Я неловко поднялся по ступеням и постучал в дверь. Тут только я заметил, что весь дрожу. Это тихое, мирное место вселяло в меня ужас.
За дверью раздались шаркающие шаги. Послышался звук отодвигаемого засова, и дверь медленно, со скрипом приоткрылась. На пороге стояла миленькая, стройная бабушка.
— Здравствуйте, Варвара Петровна, — мой голос тоже дрожал.
Бабушка таинственно улыбнулась.
— Здравствуй, Костя. Я ждала тебя.
Я удивился. Но несмотря на доброжелательный тон, она не спешила приглашать меня в дом. И сама стояла по ту сторону порога.
— Вы ждали меня?
— Сегодня ночью я видела тебя во сне.
— Тогда вы должны знать, что меня зовут Кассиан, а не Костя.
— Нет-нет, это ты решил так себя называть. Но имя твоё не изменилось. Что ж, мне неудобно, что я держу тебя на пороге.
— Значит, вы должны знать и то, что я... — попытался предупредить я.
— Ты сомневаешься в моей силе? Вряд ли, иначе бы ты не пришёл ко мне. Я прекрасно знаю, что ты такое. И всё же я не вижу в тебе зла! Так что я приглашаю тебя, Константин, войти в мой дом, — она отступила в сторону, пропуская меня. Я медленно переступил порог. И успокоился.
Я пропустил её вперед и медленно пошёл за ней.
— Что тебе понадобилось от меня? — мягко спросила она.
— Я ищу свою девушку. Вы, наверное, слышали о ней... — неуверенно начал я. — Она — Избранная. Её зовут Роза Лебедева.
— Я ничего о ней не слышала. Я — отшельник. Ни с кем не поддерживаю связь и не общаюсь, кроме моих клиентов, которые сами ко мне приходят.
— Но как же... Разве вы не слышали о Пророчестве? О войне между расами?
— А я смотрю, ничего не меняется за эти пятьдесят лет моего отрешения. Но довольно. Давай перейдём к твоей миссии. Садись, — она опустилась на старенький диванчик, который ответил скрипом, и похлопала рядом с собой. Я послушался. — Дай мне руку.
Она сжала мою ладонь и пристально посмотрела в мои глаза.
— А, вижу. Красивая девушка. Она перевернула тебя. Надо же! Человек! Такое ещё возможно? Я думала, люди не знают о вас и держатся в стороне... ааааа! Вот почему вас двоих свела судьба. И даже не судьба, а, я бы сказала, зловещий рок! Бедная, несчастная!
Я задрожал. Я не видел больше ведьму, пелена застилала мои глаза, а потом перед глазами встали картины того рокового дня.
— Она умерла. Да, умерла!
Я чувствовал, как на мои глаза навернулись слёзы. Нет, я должен держаться!
— Девочка умерла... Но как человек!
Я дёрнулся, моя рука выскользнула из тисков старушки, а осознание накатывало волнами на мой разгорячённый мозг. Неужели?
— Что значит «как человек»? Она обратилась?
— Юноша, её нет среди мёртвых потерянных душ. Я не чувствую её в Потустороннем мире. А это значит, либо она обратилась в вампира, либо горит в аду.
— Но ей не за что гореть в аду! Она спасла всех нас!
***
М и х а и л
Лера закричала во сне. Она рыдала, схватившись за голову, как будто её разрывало от невыносимой боли.
— Неееет, перестаньте! Хватит! Я убью вас! Боже, как больно!!!
Я подлетел к ней.
— Эй, что такое? Что случилось? Голова? Лера? Ответь!
Но она так же внезапно замолчала и в недоумении уставилась на меня. Тушь потекла, в глазах был ужас, словно она только что пережила нечеловеческую боль.
— Миша... Что это было? Я не знаю! Я не знаю... — она обессиленно упала в мои объятия и зарыдала. Юная ведьма была очень сильно испугана. Я обнял её, начал гладить по спине и успокаивать.
— Кажется, кто-то пытался влезть в мою голову, — сквозь слёзы пробормотала она. Проведя ладонью по шее, она испуганно бросилась к своей сумке и начала в ней рыться. Я внимательно наблюдал за ней.
— Лера, что ты ищешь? Может, я могу помочь?
— Всё в порядке, я уже нашла. Мой защитный кулон, — она открыла футляр и показала мне лунный камень овальной формы в серебряной ажурной оправе. Выглядел он немного массивно. — С его помощью я окружу себя аурой, которая заблокирует любое магическое вмешательство, — она надела кулон на шею, закрыла глаза, сложила ладони в молитвенном жесте и прошептала заклинание. По мере того, как она подходила к концу защитного ритуала, выражение её лица становилось спокойнее и умиротворённее, она приходила в себя.
— Готово. Боже, я так напугалась... у меня всё ещё болит голова.
Я принёс ей обезболивающее и бокал воды, она выпила таблетку и снова легла на диван.
— Тебе лучше?
— Да, спасибо тебе. Ты не против, если я ещё посплю?
— Нет, конечно! Отдыхай, набирайся сил, я тоже отдохну. У нас есть время...
— Хорошо.
Но это снова повторилось. Только уже несколько иначе. Она вдруг резко проснулась и позвала меня. Я тут же прибежал к ней, едва успев обернуться полотенцем после душа.
— Извини, что отвлекаю, но я очень сильно хочу есть!
— Боюсь, я не смогу тебя порадовать вкусными домашними блюдами, в моём арсенале сейчас только доширак и бутеры.
— Замечательно!
— Тогда идём на кухню.
Я заварил ей доширак и начал готовить бутеры, на которые она моментально накинулась. Я даже немного удивился её зверскому голоду.
— Есть чай? Или хотя бы вода? Только не эта дурацкая грязь, что течёт из-под крана!
— В холодильнике минералка и газировка.
— Чудесно... О, господи! Аааааа!
Она снова закричала, но на этот раз схватилась за шею слева. Я подлетел к ней.
— Уберите этот огонь! Каквы смеете! Я вас убью! Не трогайте меня! — она снова схватилась за голову и такпронзительно закричала, что чуть не оглушила меня. А через секунду упала безчувств.