Маскарад вампиров
Он был одним из них и жаждил тёплой крови.
И когда упивался ею, безумно кривились брови.
Он был заманчиво красив, он был поразительно умён,
Его зеркальные и хитрые глаза шептали: "Он на уме своём!"
И в тайном общесте, среди нещадных кровопийц,
Он был опытным вампиром, не похожим на других убийц.
На маскараде, пока другие сразу упивались кровью,
Он сначала заманивал девиц своей искусительной любовью.
"О, мадама! Я поэт. А улыбка ваша греет душу!",
Подобными словами, обычно он ласкал их уши.
"Вы ходячая статуя Афродиты? У вас аппетитная фигура!",
Или такими речами попадались многие дуры.
Он мог обратиться в печального поэта или весёлого художника.
Но под личиною скрывалось жестокое чудовище.
И получив желаемое, ещё больше полюбив себя,
Он кичился, как он их убил, ни капельки не любя.
И снимая гипсовую маску, за которой алые глаза и острые зубы
В белые плечи жертв впивались злобной ухмылкой губы.
Померкли пёстрые костюмы, смех и конфети, есть только образины.
И торжественная музыка уже не так красива, когда кругом вампиры.
Тьма, свет софита, жертва лицемерия, рта улыбка, по нему капли крови
Её раскрытые глаза от осознания, а у него безумно кривятся брови.
Надев другие белые перчатки и свою уродливую маску,
Он продолжит клеить дам своей обаятельной и милой лаской.
Развивается пурпурная фалда, и на голове блестят сапфиры.
Продолжается маскарад вампиров.