7 глава. Йозеф Адлер
Барон Йозеф Адлер, проживавший по адресу: Французская улица, дом 15 - был весьма состоятельным человеком. Возможно, он был самым состоятельным человеком не только во Флагманштадте, но и во всей Осколии, а может быть - чем черт не шутит! - и во всей Северной Европе.
Он был банкиром - учредителем и главой крупнейшего некоммерческого банка "Адлер и Ко", банка, чей уставной капитал был несравненно выше, чем у государственного Национального Банка Осколии, чье главное здание располагалось на площади Тридцати Восьми. Сами понимаете, что бедных банкиров, равно как и честных ростовщиков, не бывает.
И крайне странно, что столь обеспеченный человек, которого должны волновать исключительно облигации и векселя, так беспокоится из-за того, что ему скажет некий...
Ах, давайте начнем сначала.
28 января 1774 года Йозеф Адлер стоял возле подъезда своего дома - его собеседник наотрез отказался заходить внутрь - и прятал озябшие руки в карманы своего пальто.
Ему очень хотелось зайти в свой дом, что на улице Французской, дом 15, где его ждал натопленный камин, горячий ужин и чашка обжигающего грога, но еще больше он боялся огорчить своего собеседника. Потому и стоял, потому и мерз, потому и грел руки в карманах - даже перчатки остались в теплом доме номер пятнадцать.
По правде говоря, барон Адлер очень боялся этого странного человека, более того, он испытывал по отношению к нему какой-то первобытный, почти сверхъестественный ужас. И как часто это бывает, что мы более того тянемся, более имеем склонность именно к тому, чего мы более всего боимся.
Мы боимся темных комнат - поэтому нас так тянет туда заглянуть.
Мы боимся безымянных могил и заброшенных кладбищ - и наша фантазия уводит нас в такие дебри, что из них порой очень тяжело выбраться, но зато как увлекательно-тревожны, как пугающи, до дрожи пугающи эти фантазии. И вот мы уже не можем остановиться, и нам нужно больше страха.
Господин Вильгельм был живым воплощением той самой темной комнаты, той самой безымянной могилы, того самого заброшенного кладбища. Почему его облик, в котором не было ничего примечательного, навевал барона на такие размышления - он и сам не знал.
- Господин Адлер, - вкрадчивым голосом произнес Вильгельм. - Все ли идет так, как задумано?
Да, в облике странного господина - повторимся - не было ничего зловещего и примечательного. Одет он был решительно не по моде, как-то простовато, а еще эти усы - о, эти усы были совершенно, совершенно безобразны.
- Да, господин Вильгельм, - отрапортовал Адлер. - Все идет в точности так, как задумано.
- Полноте, Йозеф! - вскричал усач. - Я, право, не терплю фамильярности и пресекаю на корню, но вам, мой дражайший друг, можно все! Поэтому зовите меня Вилли!
- Хорошо, - смутился Адлер.
- ...И продолжим нашу увлекательную беседу, - как ни в чем ни бывало произнес Вилли, - все ли события, которые должны были случиться, случились?
- Да, господин Вилли.
- Хорошо, - довольно улыбнулся Вильгельм. - Запомните, мой друг - мы думаем о будущем Осколии. Не за горами девятнадцатый век, барон. Мы должны думать о том, какой вступит Осколия в девятнадцатый век.
- Так осталось двадцать шесть лет, Вилли! - попытался возразить Адлер.
- Что такое двадцать шесть лет по сравнению с вечностью? - резонно ответил странный человек.
- Ваша правда, господин Вилли. Мы делаем все, что в наших силах.
А мы напомним - барон Адлер очень беспокоился о мнении того, кто просил называть себя Вилли. Поэтому простим ему подобострастный тон.
- Хорошо, господин Адлер, - зловеще осклабился Вилли. - И помните - мы боремся с чудовищем. С чудовищем о семи головах, которое пустило свои корни в каждый дом. С чудовищем, которое крайне сложно изловить. Вы же понимаете, о чем я, барон? Вам же не нужно объяснять, о каком чудовище идет речь?
- Нет, не нужно, - согласился господин Адлер.
- Я бесконечно рад, - осклабился Вилли. - Бесконечнейше. Засим позвольте откланяться, дражайший мой барон Адлер. Знаю, знаю. Вы спешите домой, любезнейший. Там вас ждет очаровательный сын, Йозеф-младший, и прелестнейшая юная жена, Клементина, чья улыбка подобна утренней заре, так что ступайте.
- Эээ, - сказал барон, вспомнивший, что никогда не рассказывал этому Вилли о своем семейном положении.
- Разрешите попрощаться с вами, мой дорогой друг, - произнес Вильгельм. - Доброй ночи!
И с этими словами господин Вилли приподнял полы своего простоватого пальто, очевидно, чтобы защититься от ветра, повернулся спиной к барону и зашагал в темноту. Господин Адлер, разумеется, тотчас же устремился в свой дом, что по адресу ул. Французская, 15. Там и в самом деле его ждал натопленный камин, а так же чашка горячего грога, заботливо приготовленная юной госпожой Клементиной.