Глава 22
-Милая, у тебя все получится, - уверила мама, прикалывая номер к лацкану моего спортивного жакета.
-Меня тошнит, - сказала я. - И зачем только я записалась?
-Потому что, преодолевая себя, мы развиваемся, - ответила мама.
-Понятно.
Через пару минут моя очередь. Я выведу Красотку на арену, и мы будем прыгать через барьеры.
Все займут максимум три минуты.
И почему только мне так страшно?
"Потому что ты можешь упасть, Красотка может заартачиться. И вообще, ты не спортсмен, а ботаник..." - пронеслось в голове.
-Надо было вырастить теленка, как в прошлом году, - простонала я. - Проведешь его мимо судей - и жди, получишь ли ленту победителя.
-Джессика, ты прекрасная наездница! - Мама заглянула мне в глаза. - Ты и раньше выступала перед публикой.
-Да, на олимпиаде по математике! - возразила я. - Математику я знаю хорошо.
-И на лошади ты великолепно держишься.
Я подумала о Фейт и Люциусе:
-Но не лучше всех.
-Значит, сегодня отличный шанс превзойти саму себя. Подумай о втором или третьем месте.
Я посмотрела на другую сторону поля, где Люциус гарцевал на кобыле, которую назвал Чертовка. Ха-ха-ха, как смешно.
Она давала до себя дотронуться только хозяину, а люциус утверждал, что ее никто не понимает. По-моему, проблема заключается во вздорном характере лошади.
Мама вздохнула, проследив направление моего взгляда:
-Вот Люциус на самом деле рискует! Надеюсь, с ним все будет в порядке. - Судя по ее голосу, она имела в виду не только соревнования. - Ему тоже надо приколоть номер, - добавила она, прикрыла глаза от солнца и помахала люциусу.
Он поднял руку, показывая, что понял, подъехал к нам, спешился и привязал лошадь к столбику забора. Чертовка не из тех, что спокойно ждет без привязи.
Люциус слегка поклонился:
-здравствуйте, доктор Пэквуд. Привет, Джессика!
Я неуверенно помахала ему рукой:
-Привет, Люциус.
Мама приколола ему номер и обняла, как только что меня. Люциус удивился, но ответил на ее объятие. Интересно, когда они успели подружиться? Наверное, в Хеллоуин... После неловкого происшествия на крыльце мы с Люциусом сторонились друг друга.
-Удачи, - пожелала нам мама, смахнув невидимую пылинку с его безупречно подогнанного пиджака. - Шлем не забудь.
-Разумеется, безопасность превыше всего, - саркастически заметил люциус. - Что ж, отправлюсь на поиски шлема. - Он равнодушно взглянул на меня: - Удачи тебе, Джессика.
-Тебе тоже.
Люциус отвязал поводья и увел Чертовку. Мама озабоченно посмотрела ему вслед.
-Все будет хорошо, - успокоила я.
-Надеюсь.
-Я выступаю второй, так? - уточнила я.
-Да. после Фейт.
Отлично. Сразу после самого серьезного соперничества. Фейт выступала не только на соревнования местного уровня, но и в более серьезных.
У меня снова засосало под ложечкой.
-Ты справишься, - повторила мама и еще раз меня обняла.
Объявили начало соревнований.
-Пойдем.
конечно же Фейт на своем вышколенном скакуне по кличке танцор выступала без единой ошибки и с уверенностью прошла по дистанции. Танцор легко взлетел над барьерами, в том числе и над пятым, невероятно высоким.
От волнения мне захотелось в туалет, однако времени уже не было: Танцор, выполнив все упражнения , прогарцевал мимо.
Я вскочила в седло:
-Следующей выступает Джессика Пэквуд, школа имени Вудро Вильсона, на Красотке, пятилетке-аппалузе.
Я нервно перевела дух, услышав свое имя.
С трибуны мне улыбнулся Джейк. Я выдавила ответную улыбку.
Люциус, оперевшись о забор, тоже смотрел на меня проницательным, оценивающим взглядом.
Я поежилась. Хорошо бы куда-нибудь спрятаться!.. Увы, пути назад не было.
Собравшись с духом, я вонзила шпоры в бока лошади. Копыта красотки процокали по арене мимо притихших трибун. Почувствовав мощь своей кобылы, знакомую уверенность ее шага, я сосредоточилась. Приближалось первое препятствие: изгородь. Лошадь перешла в галоп и прыгнула.
"Так же, как дом", - с облегчение подумала я.
Мы преодолели следующие препятствие, и нервозность уступила место радостному возбуждению. На нас смотрели, и мы отлично справлялись. Красотка перенесла меня еше через две изгороди, даже не коснувшись их копытами. Показался пятый, самый высокий барьер, и мое сердце заколотилось. Кобыла подобралась, взлетела над препятствием и мягко приземлилась. Прекрасное выступление. Ни единой ошибки. все идеально. Мое лицо озарила широкая победная улыбка. Ну, съел, румынский выскочка?
Родители восхищенно аплодировали, Джейк свистел, засунув два пальца в рот. Я отыскала взглядом люциуса, который с энтузиазмом бил в ладоши. Одними губами он проговорил: "Отличное выступление".
Я отвела лошадь к коновязи и вернулась посмотреть на выступление Люциуса.
Он с легкостью держался на спине Чертовки, как будто был рожден для этого. Вороная кобыла вела себя на удивление спокойно. Слегка тронув ее бока, Люциус улыбнулся и пустил лошадь рысью, потом в галоп, с бешеной скоростью приближаясь к первому барьеру. Чертовка перелетела через препятствие и мягко приземлилась. Казалось, лошадь и всадник стали одним целым. Над всеми препятствиями Чертовка пролетела с огромным запасом. Зрители аплодировали, гикали и восхищенно орали.
Люциус вел себя безупречно, на грани безумства. На лицах моих родителей читался ужас. Внезапно мне тоже стало страшно.
Едва Люциус пролетел через пятый барьер, кто-то схватил меня за руку. Я подпрыгнула от неожиданности.
-Ты только посмотри... - сказала Фейт, ни к кому конкретно не обращаясь и словно не осознавая, чью руку взяла. Все внимание Фейт поглотил Люциус. Она с отстраненным видом постукивала по голенищу сапога рукояткой хлыста в такт со стуком копыт.
Я отдернула руку.
-Извини, - пробормотала Фейт, не отрывая взгляда от Люциуса.
Чертовка взяла последнее препятствие; объявили следующего участника.
Люциус остановился возле ворот, спешился и снял перчатки с таким видом, будто только что вернулся с прогулки. Казалось, он не замечал аплодисментов.
Хвастун.
-Пойду поздравлю, - заявила Фейт.
В глазах будущей королевы школьного бала мелькнула странное выражение.
Фейт растворилась в толпе и направилась к выходу, следую за люциусом. Только тогда я вспомнила о ее хлысте. Чертовка не выносила ни хлыстов, ни кнутов. Люциус даже предупреждающий плакат на дверь конюшни повесил...
-Фейт, подожди! - крикнула я и бросилась за ней.
Поздно! Фейт, небрежно размахивая хлыстом, приблизилась к люциусу и чертовке. Хлыст задел бок лошади, и Чертовка в ярости взвилась, вырвав поводья из рук Люциуса.
-Брось хлыст! - крикнул он Фейт, но кобыла уже встала на дыбы, колотя воздух передними копытами.
Я вскрикнула.
Люциус оттолкнул Фейт и упал под копыта лошади.
Послышался тошнотворный хруст: Чертовка всей своей тяжестью обрушилась на ноги и ребра Люциуса. Все было кончено в считанные секунды. Люциус неподвижно застыл на траве, как сломанная кукла. Кровь пропитала белоснежную рубашку, сочилась из-под кожаных ботфортов, пятнала бежевые бриджи.
-Люциус! - Я подбежала к нему и бросилась на колени. Я так за него испугалась, что совершенно забыла о чертовке, которая нервно била копытами неподалеку.
-Поймай ее! - проговорил Люциус сквозь стиснутые зубы, показывая на лошадь. - Ты сможешь. пока она не...
Фейт сообразила, что произошло, и разрыдалась, но на нее никто не обратил внимания. Чертовка застыла над Люциусом, храпя и мотая головой, обдавая меня горячим дыханием. Мне стало страшно. Главное - не делать резких движений.
-Джесс, ее надо привязать, - превозмогая боль, вымолвил Люциус.
Я молча кивнула, медленно встала на ноги и повернулась.
-Тише, девочка, - прошептала я.
Лошадь вздрогнула. Я тоже.
Главное - сохранять спокойствие.
Я подошла поближе. Черточка выкатила глаза, однако с места не двинулась. Казалось, она понимает - что-то не так. Дрожащими руками я потянулась к свисающим поводьям:
-Тише, девочка.
Не отрывая глаз от лошади, я кончиками пальцев ухватила поводья. Чертовка продолжала тяжело и быстро дышать, но не шевелилась. Люциус застонал. Нужно было действовать быстрее. Дрожащими пальцами я привязала Чертовку к коновязи. Все, дело сделано, кобыла ни на кого больше не броситься.
Я вернулась к люциусу.
Он скорчился на траве, прижимая ладонь к переломанным ребрам. Разбитая нога вывернулась под неестественным углом.
-Все будет хорошо, - пообещала я, опускаясь на колени перед люциусом.
Фейт замерла рядом, повторяя как заведенная:
-Это несчастный случай, это несчастный случай!
-Позови на помощь, - приказал я ей. - Приведи кого-нибудь! Немедленно!
-Нет! - запротестовал Люциус. Что-то в его голосе остановил Фейт. - Приведи родителей Джессики.
Фейт неуверенно посмотрела на меня.
-Позови врачей, - сказала я.
Что Люциус творит? Ему нужна медицинская помощь!
-Только родителей Джессики, - заявил Люциус командным тоном, сжимая мою руку так, что я не могла вырваться.
-Я... - начала Фейт.
-Ступай, - приказал люциус.
Фейт убежала. Хоть бы она сообразила привести врачей!
-Чертовы переломы, - простонал люциус и искаженным от боли лицом и вновь сжал мне руку. - Побудь рядом, ладно?
-Я никуда не уйду... Я тщательно пыталась унять дрожь в голосе, спрятать свой страх.
Изо рта Люциуса скатилась капля крови, и я еле сдержала слезы. Похоже, все плохо - открылось внутреннее кровотечение. Трясущимися пальцами я вытерла алую каплю, и на его щеку опала моя слеза. Я и не заметила, что плачу.
-Не надо. - Люциус поймал мой взгляд. - Помни, ты из королевской семьи!
Я сильнее сжала его руку:
-Я не плачу. Держись.
Он пошевелился и вздрогнул:
-Ты же знаешь... не так легко убить вам...
Неужели Люциус даже сейчас утверждает, что он - вампир? Я не верила, что он не может умереть.
-Лежи тихо.
Хоть бы Фейт сообразила...
-Моя нога... черт! - Он закашлялся.
Кровь. Много крови. Слишком много крови. Возможно, у него повреждены легкие. Нам преподавали основы первой помощи, и я немного знала о несчастных случаях.
Я вытерла губы Люциуса рукавом, но только еще больше размазала кровь пог лицу.
-Помощь скоро придет, - пообещала я.
Не будет ли слишком поздно?
Повинуясь инстинкту, я погладила люциуса по темным волосам. Его лицо разгладилось, дыхание замедлилось. Я оставила руку у него на лбу.
-Джесс? - Он искал взглядом мои глаза.
-Помолчи.
-Я думаю... ты заслужила... побуду.
Несмотря ни на что, я судорожно рассмеялась и поцеловала его в лоб. Так вышло само собой.
-Ты тоже.
Он закрыл глаза. Казалось, он вот-вот потеряет сознание.
-Джесс.
-Тихо.
-Не позволяй им ничего делать... с Чертовкой, - выдавил Люциус, тяжело дыша. - Она ни в чем... не виновата. Просто испугалась хлыста...
-Я попробую, - пообещала я, зная, что ничего не получится. Жить Чертовке оставалось недолго.
-Спасибо, Антаназия... - едва слышно промолвил он.
За конюшней послышался шум колес. Я вскрикнула от облегчения: Фейт вызвала "скорую"!
Увы, к нам подъехал папин фургончик. Из машины выскочили перепуганные родители.
-Отвезите меня домой, - попросил Люциус, ненадолго придя в себя. - Вы же понимаете...
Мама резко обернулась.
-Открой фургон, - приказал мне мама.
-Мам, нужна "скорая"!
-Джессика, делай, что говорят.
Я зарыдала и неохотно подчинилась. Что происходит? Мне совсем не хочется быть виноватой в смерти Люциуса!
Родители осторожно уложили Люциуса в машину. Он застонал, так и не приходя в сознание. Я хотела залезть следом, но папа удержал меня. Рядом с Люциусом опустилась мама.
-Оставайся здесь, потом расскажешь, что произошло, - приказал мне отец. - Всем говори, что Люциуса отвезли в больницу.
-А куда вы его повезете?! - встревоженно спросила я.
-Объясни, что с ним ничего страшного не случилось, - продолжил отец, не отвечая на мой вопрос. - Да, и лошадь займись.
Нет, это чересчур! Что, если родители не отвезут Люциуса в больницу, а он умрет? Их призовут к ответу, обвинят в преступной халатности или в убийстве... Фейт знает, что Люциус изувечен. Во избежание судебных исков устроители соревнований проверят, отвезли ли люциуса в больницу. Что задумали родители? Их ведь могут посадить! И ради чего? Нет никакого смысла прятать Люциуса от врачей.
Спорить не было времени - Люциусу нужны покой, тепло... и врачи, которые знают, что делать с переломами, раздробленными ребрами и пробитыми легкими. только бы отец не стал поить его экспериментальным травяным отваром на нашей кухне!.. Меня сковал ужас: а вдруг родители и вправду хотят лечить Люциуса народными средствами?
Папин фургон проехал через парковку быстро, но стараясь не возбуждать подозрений и не слишком трясти несчастного Люциуса.
Облако пыли скрыло их из виду. Рядом со мной появилась Фейт. Она уже успокоилась, хотя ее глаза покраснели от рыданий. С напряжением в голосе она спросила:
-Как думаешь, он...
-Все будет в порядке, - неожиданно легко солгала я, стараясь убедить Фейт. От этого зависела не только жизнь Люциуса, но и судьба мои родителей. - Он не так сильно покалечился, как кажется на первый взгляд.
-Правда? - с сомнением спросила Фейт. В ее взгляде читалась надежда. Я поняла, что оан пытается мне поверить. В конце концов, ей не хотелось быть виноватой в травмах Люциуса - или в его смерти.
-Он даже смог сесть... - Я с усилием взглянула в голубые глаза Фейт. - И пошутил.
Напряжение сошло лица, и я поняла, что она мне поверила: ей слишком хотелось избавиться от чувства вины.
-Наверное, мне показалось, что дело плохо, все произошло так быстро...
-Скорее всего, - согласилась я. - Поначалу и я испугалась.
Фейт смотрела на дорогу, нервно постукивая хлыстом по голенищу. Вырвать бы хляст у нее из рук и втоптать в грязь! Неужели она не видела объявления на двери конюшни?
Ответ был от смешного прост: Фейт Кросс не замечала ничего, кроме себя.
-Слушай, а почему не вызвали "скорую"? - спросила она.
Я и сама точно не знала. Скорее всего, потому что Люциус считал себя вампиром. Впрочем, для Фейт нужно было придумать что-то другое.
-Люциус слишком много о себе воображает. Он не хотел, чтобы все видели, как его увозят под вой сирен.
Зная Люциуса, этот ответ вполне можно было принять за чистую правду.
Фейт слегка улыбнулась, все еще глядя вслед фургону. Хлыст отстукивал четкий ритм по голенищу.
-Да, - сказала она скорей себе, чем мне. - Похоже, Люциус Владеску ничего не боится... И знает, чего хочет.
"Ты об этом и представления не имеешь", - подумала я.
К нам спешили люди. Я обернулась, готовая обманывать и дальше.