Мару
Эти женщины меня пугают. Нет, совершенно точно с ними было что-то не так.
Каждому приютскому хочется обрести семью. Но забирают, в основном малышей, так что, если тебе больше десяти лет - надежда тает с каждым днем. К семнадцати годам ты уже ничего не ждешь.
Директриса вошла в нашу комнату и села ко мне на кровать.
- Мару, милая, внизу женщина хотела бы пообщаться с тобой.
В моей книге "Слезы преисподней" вампир Альберт уже почти признался в любви Вивьен.
Сначала я не поняла, что они пригли удочерять меня. Думала, что это школьный психолог или что-то типа того. Последний раз меня приходили "смотреть" шесть лет назад. Тогда я разбила вазу и порвала юбку, так что не сложилось.
Этим же я понравилась. Блондинка чуть не прослезилась, ей богу.
Они лесбиянки?
Как оказалось девушки - сестры, просто очень непохожие. Коротышка представилась Софи, а цыганка с белой кожей - Беллой. Разговор длился меньше часа, выяснилось, что Софи - дантист, а Белла - финансист. Потом Бертран дала мне десять минут на сборы и прощание.
Дети толпились вокруг меня, пока я кидала шмотки в сумку, в их глазах явно читалась зависть, каждый хотел быть на моем месте.
Потом пришлось поцеловать малышей, обнять соседок.
Бросив последний взгляд на приют, мы тронулись на восток. Вывеска начала медленно удаляться, а у меня внезапно проснулся страх. Вдруг меня продадут на органы или в рабство. Даже не знаю, мать его, что хуже...
***
Их дом даже понравился мне. Дорога разморила, поэтому широкое знакомство и любезности было решено отложить на утро. Они выделили мне шикарную комнату. Высокие потолки, кровать с балдахином, огромное зеркало и туалетный столик.
Я упала на кровать и моментально вырубилась, а когда проснуась - день уже был в самом разгаре. Заставив себя переодеться и провести щеткой по волосам, я вспомнила о макияже. Косметика лежала на дне сумки и мне стало откровенно лень вырисовывать сейчас на своем лице другое лицо.
Дверь скрипнула, когда я ее толкнула.
Дом выглядел... Интересно. Все в коричневых и красных тонах, люстры даже в коридоре, который шел прямо и изгибался у моей двери.
Соседняя дверь распахнулась, и оттуда вышла моя мечта.
Голый торс, аккуратные кубики преса, растрепанные темные волосы, низкие джинсы, выпирающие вены и совершенно безумные глаза. Мой переключатель щелкнул и заискрился, поэтому секунд десять мы стояли и пялились друг на друга. Потом мечта задала вопрос:
- Ты кто?
Ответ я готовила еще столько же.
- Мару. Я приехала вчера.
- А, понял. Я Ник. Сын Белль. И племянник Софи. Как дела?
- Хорошо. А у тебя?
- Диалог диалогов. У меня все просто охуительно, Мару.
Из его комнаты раздалсяты раздался женский крик:
- Ник, детка, ты мои трусики не видел?
- Неа.
- А бюстгалтер?
- А ты его носишь? - с сомнением уточнил парень - Окей, Мару, увидимся за завтраком.
Дверь за ним затворилась, а я зашла в комнату и села на кровать, пытаясь унять сердцебиение. Мне это так не удалось. С мрачным удовлетворением пришлось принять тот факт, что я, Мару Коллинз, впервые в жизни влюбилась.