Глава 1
Самиэль твёрдыми шагами зашёл в кабинку и позволил дверям бесшумно закрыться у себя за спиной. Нажав на кнопку, которая зажглась ярким жёлтым светом, он почувствовал, как лифт стремительно начал подниматься вверх. Рабочие офисы Совета, где проходили приёмы и деловые встречи, находились на сорок шестом этаже Коламбия Тауэр, а для дневной спячки вампиры без особых усилий арендовали два этажа под землёй.
Самиэль быстрым взглядом окинул себя в зеркале. Он был одним из тех вампиров, который мог создать иллюзию и заставить окружающих видеть своё отражение. Чем дольше он жил среди людей, тем меньше сил и энергии он тратил на данный трюк. Парень неторопясь поправил манжету чёрной шёлковой рубашки, которая неуклюже выбилась из-под рукава кожаного плаща. Его тонкие пальцы с аккуратно подстриженными ногтями в спешке прошлись по мягким золотистым кудрям, стараясь уложить их и хоть как-то привести густые волосы в порядок.
Самиэль был бледен, как и полагается вампиру из средневековой сказки. Обычно он выглядел, как истинный аристократ, с чуть вздёрнутым подбородком, который отнюдь не мешал его обладателю смотреть на всех свысока. Но сегодня, как показало его немое отражение, Самиэль больше походил на жертву, которая просидела в одиночном заключении не один десяток лет.
Он вновь поднял глаза вверх, дабы в очередной раз убедиться в том, что он выглядел более менее пристойно для предстоявшей встречи. Из зеркала на него смотрел слегка сутулый парень с худощавым телосложением и навечно залегшеми под глазами тёмными кругами. Последние несколько дней его мучила бессонница. Да, как ни странно, но и вампирам может докучать данный недуг. Предвкушение о встрече с Ричардом, кто теперь возглавлял Совет Вампиров, тяжёлым свинцом разлилось по его усталому телу и взяло под контроль его истощённое сознание.
Ричард для окружающих его людей и нелюдей всегда выглядел достаточно сдержанным, спокойным и уравновешенным. Но всё же он славился тем, что в моменты, особенно нервные для его тонкой натуры, когда планы шли не так, как он задумал, Ричард мог сорваться. Да сорваться так, что его неконтролируемая ярость вполне становилась логическим продолжением предшествующему ей видимому спокойствию.
Самиэль знал, что для того, чтобы вступить в бой за кресло в Совете, которое он так слепо жаждал, ему предстояло открыть катры перед Ричардом. Златовласый вампир сделал ставку на то, что он являлся таким же законным сыном и наследником Валентина, как и его брат Дамиан, которого он убил тогда, в замке, чтобы стать единственным претендентом на вступление в Совет.
— Дамиан, — сам того не заметив, Самиэль выдохнул его имя. Он не узнал свой собственный голос, который, словно сухие осенние листья, кружился в просторной кабинке.
Лифт остановился и после того, как прозвенел колокольчик, двойные двери бесшумно открылись, приглашая его в полутёмный коридор. Самиэль вышел из кабины и, поправив плащ еще раз, твёрдыми шагами направился к большой дубовой двери. Он схватился за металлическую ручку, которая представляла собой извивающееся тело дракона, и решительно потянул дверь на себя. В приёмном зале царил полумрак. Не замедляя шаг, Самиэль вошёл во вторые двери и оказался в офисе Совета. Ричард молча сидел за столом и, не отрывая свой взгляд от монитора, продолжал стучать тонкими пальцами по клавиатуре.
— Проходи, не стой в дверях, — предлагая Самиэлю присесть, Ричард жестом указал на кресло. — Я знаю, что наступило время для нашего разговора.
Самиэль нервно сглотнул и упал в мягкое кресло, продолжая внимательно наблюдать за старым вампиром.
Ричард был высоким, крепко сложенным мужчиной с резкими и броскими чертами лица. Он обладал высокими скулами и острым подбородком, который заметно выступал вперёд, а костлявый нос больше напоминал орлиный клюв, чем человеческую часть лица. Такой нос было очень удобно совать в чужие дела, чем Ричард нередко и занимался.
На мгновение Самиэль пересёкся с ним взглядом. В больших и чёрных, словно бесконечное ночное небо, глазах играл огонёк, который придавал их владельцу более безобидный вид и помогал внушить доверие собеседнику. По наслышке Самиэль знал, что в моменты, когда Ричард был охвачен злобой и раздражительностью, радужка в его глубоких глазах растворялась, превращая их в бездонные колодцы. В такие моменты собеседник спешил отвести свой взгляд в сторону дабы не позволить бесконечному водовороту его глаз поглотить себя.
За столь долгое существование его пышные седовато-белого оттенка волосы не утратили своего природного живого блеска. Слегка густые, мягкие и гладкие они, словно мокрый шёлк, всегда аккуратно были зачёсаны назад, открывая его высокий лоб без единой морщинки и неглубокие треуголные залысины.
Когда Ричард вступил в Совет, Валентин не переставал говорить о том, что Ричард выглядел слишком живым для вампира. Что ж, тогда, больше семисот лет назад — возможно. Тогда, несколько веков назад, мир казался Ричарду чужим, но достаточно ярким и непредсказуемым, чтобы отказаться от его дальнейшего познания. Века, проносившиеся со скоростью взгляда, и жизнь в рамках, установленных Советом, изменили Ричарда. Когда он больше узнал о настоящей сущности мира и людей, населявших его, то никакие далёкие и еще непознанные горизонты уже не казались ему столь важными. Ричард, как и некоторые остальные члены Совета, разделял и поддерживал желание Валентина вернуть вампирам когда-то давно потерянный статус высшей расы. Расы, которая имела право брать от мира всё: деньги, власть, кровь.
— Итак, — Ричард отодвинул ноутбук в сторону и сконцентрировал всё своё внимание на Самиэле, который от нервоного напряжения ещё сильнее вжался в спинку кресла, в надежде раствориться в ней. — Значит ты и есть сын Валентина, которого он так тщательно окутывал тайной.
— Да, мастер, — Самиэль всеми силами старался подавить наростающую дрожь в голосе, — и я являюсь его единственным и прямым наследником.
Ричард с удивлением вскинул правую бровь вверх и слегка наклонил голову:
— А что, есть ещё претенденты?
— Нет, — пробурчал Самиэль и, крепко схватившись за подлокотники кресла, заставил себя расправить плечи и сесть ровно.
— В окончании всё свелось к чему? — Ричард внимательно смотрел на собеседника и медленно потирал руки. — К заветному креслу, которое даёт неограниченную власть. Да, — он слегка сощурил глаза, — Валентин сохранил за собой право передачи своего кресла преемнику по своему выбору. Но, — одно-единственное слово, которое он так не любил, заставило Самиэля почувствовать, как его тело напряглось, словно гитарная струна, которая была готова лопнуть в любую секунду, — Валентина нет с нами для проведения торжественной церемонии посвящения и получения титула.
— Ты прав, мастер, — Самиэль на мгновение заколебался. Он знал, что сейчас настал тот самый момент, чтобы заявить о себе и своих правах и он не собирался так просто отступать. Сделав глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями, он продолжил. — Валентин пожертвовал собой, чтобы восстановить Совет и позволить всем нам начать жить той жизнью, которая когда-то была отнята у нас Охотниками.
— Слушая твою вдохновляющую речь, — Ричард откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, — я вижу не тебя, а Валентина. Я помню то собрание Совета, когда он впервые заговорил о том, чтобы вернуть нашей расе все права, которые столетиями ущимлялись ни кем иными, как людьми. В твоих глазах горит тот же самый огонёк, который в своё время зажёг в каждом из нас твой отец, — вампир резко открыл глаза и пристально смотрел на Самиэля, прожигая своим взглядом глубокие дыры на его теле. — Но тот факт, что ты — сын Валентина не меняет того, что ты должен заслужить кресло в Совете.
Самиэль застыл от услышанного, стараясь найти подходящие слова, чтобы хоть как-то переубедить Ричарда. Но как бы он не старался, Самиэлю так и не удалось выдавить из себя ни единого звука. На мгновение ему показалось, что его горло обжигал сухой зыбучий песок, который проглатывал все невысказанные им слова.
— Тебе надо как-то проявить себя, — видя, как поменялся в лице его собеседник, Ричард по-отечески начал успокаивать его, — показать Совету своё рвение служить ему. Для нас началась новая эра, — Ричард сел прямо и сложил ладони на столе, — а с ней пришли и новые правила. И я не намерен разбрасываться направо и налево местами в Совете.
— Да! — Самиэль резко вскочил на ноги, стараясь задушить увеличивающийся в горле комок ярости. — Но неужели я ещё недостаточно проявил себя?
— Тебе надо убедить в этом не только меня, но и остальных членов Совета. И судя по твоему лицу, — тонкие красные губы Ричарда растянулись в фальшивой улыбке, — у тебя созрел план по достижению нашего одобрения.
— Ну, план — это достаточно громко сказано, — Самиэль почувствовал, как напряжение медленно покидало его тело и перед тем, как устроиться по-удобнее в мягком кресле, он аккуратно придвинул его к столу Ричарда. — Но несколько заманчивых идей всё же имеется.
— Я весь внимание.
— Как успел заметить мастер, — Самиэль их вежливости сделал едва заметный поклон головой, тем самым проявляя дань уважения к старому вампиру, — за последние несколько веков мир людей изменился до неузнаваимости.
Соглашаясь со словами собеседника, Ричард лишь молча кивал головой.
— Но, — продолжил Самиэль, — не смотря на стремительный скачок человечества в области медицины и компьютерных технологий, люди остались теми же: с присущими им примитивными инстинктами и потребностями. Я думаю, — парень внимательно посмотрел на Ричарда, — что нам просто необходимо сконцентрироваться на поколении молодых и свежих подростков. Ими будет намного легче управлять, чем стариками. Подростки живут сегодняшним днём, совершенно не задумываясь о будущем. Им хочется получить от жизни всё и в сию же минуту, не прилагая особого усилия. Всё, что им хочется это до утра отрываться в ночных клубах и забегаловках, утопая в пьяном угаре, эксперементировать и познавать новые и запретные вещи. И мы имеем уникальную возможность дать им именно то, что они желают.
Ричард вопросительно смотрел на Самиэля, перебирая в уме последние слова, сказанные молодым вампиром.
— Мы приподнесём людям наш мир на тарелочке с золотой каёмочкой, — на лице Самиэля играла едва заметная улыбка. — Нет ничего страшнее, чем неудовлетворённое человеческое любопытство. Оно тихо будет сидеть внутри и медленно оплетать своими крючковатыми пальцами все внутренности. Оно, словно старый червь, будет медленно, наслаждаясь, разъедать заживо. Наш мир для людей есть ни что иное, как запретный плод, о котором слышал каждый, но никому так и не удавалось попробовать его на вкус. Мы предоставим людям шанс не только приподнять занавес, за которым мы стоим, но и окунуться в наш мир.
— Звучит довольно интересно и заманчиво, — Ричард задумчиво потирал подбородок, — мне и остальным членам Совета будет любопытно наблюдать за результатами.
— Они не заставят вас долго ждать, — сам того не осознавая, Самиэль прикусил язык, понимая, что невольно перебил Ричарда.
— Чтож, — старый вампир окинул своего собеседника серьёзным взглядом, — мы обсудим твоё место в Совете при удовлетворительных результатах твоего плана. Можешь приступать к выполнению.
Ричард подвинул к себе ноутбук и по тому, как он сконцентрировался на своём занятии, Самиэль понял, что время его приёма подошло к концу. Он поднялся с кресла и, поклонившись мастеру, твёрдой походкой направился к двери. Выйдя в приёмный зал, он достал телефон из внутреннего кармана плаща и быстро набрал номер:
— Алекс, в субботу мы открываем наш первый ночной клуб.