Часть 17
30 апреля 2018 год.
Поздний вечер, мокрый асфальт. Машина, за рулём которой нахожусь я, мчится по дороге, совершенно не ведая, куда. Окно приоткрыто, из-за чего уши практически закладывает от громкого звука и холодного ветра. Я кладу в рот маленькую таблетку и, проглотив её, на секунду прикрываю глаза, крепко сжимаю пальцами руль, после чего жму на педаль газа и чувствую, как ко мне возвращается покой.
Открыв глаза, я вижу яркий, почти ослепляющий свет фар прямо в полуметре от меня. Удар. Я чувствую, как колёса машины соскальзывают вниз, и через несколько секунд я вместе с ней летим в кювет. Громкий звук разбивающегося стёкла и ударяющегося о деревья металла поражают мой слух. Я чувствую резкую боль где-то в ноге и в голове, и мои глаза начинают медленно закрываться. Сознание меркнет спустя минуту после этой жуткой боли. Её больше нет.
Ощущение того, как кто-то трогает мои руки, приводит меня в чувства. Я приоткрываю губы и пытаюсь что-то произнести, но эта немая боль действует на меня, словно анестезия, и у меня не получается ничего сделать. Я смотрю на парня, что сидит прямо надо мной, а затем улыбаюсь и прикрываю глаза.
- Эй, - произносит парень, похлопав меня по щекам, из-за чего я резко отползаю в сторону, после чего осматриваюсь. - Тихо, тихо...
Я бегаю глазами по лицу темноволосого парня и пытаюсь понять, что происходит. Это снова он. Это снова Виктор. Он опять спас меня...
Вокруг тепло. Я понимаю, что нахожусь в своей комнате, но как я здесь оказалась - неизвестно. Мне становится страшно, но из-за амфетамина я не могу показать этот страх.
- Как я... - произношу я, но руки Виктора резко хватают меня за лицо, и он смотрит прямо мне в глаза.
- Забудь, что с тобой произошло, - шепчет парень. - Ты просто спала.
Как только прохладные руки Виктора отпускают мои щёки, он приподнимается на ноги и, ещё раз посмотрев на меня, открывает окно и прыгает вниз. Я ещё несколько минут нахожусь в небытие, словно не понимая, что здесь происходит, после чего медленно встаю с кровати и закрываю окно. Боль будто бы прошла. А может... её и вовсе не было? Это просто сон... я просто спала.
Наше время.
Я чувствую резкий удар по голове. Обернуться не получается, получается лишь услышать голоса, которые начинают отходить в сторону из-за боли в голове, звона в ушах и помутнения в глазах.
- Я взял её, - произносит знакомый голос за спиной. - Да, хорошо. Я понял вас.
Ещё один удар полностью выключает мое сознание. Я закрываю глаза и, сделав последний глубокий вздох, окунаюсь в небытие.
Кажется, все исчезает. Я ничего не чувствую.
В небытие хорошо: там нет ни боли, ни радости, нет ни печали, ни тревоги. Ты просто плывешь в этом прекрасном Ничего без мыслей и ощущений. И тебе спокойно. Но вскоре наступает момент, когда тебе пора возвращаться. И это возвращение становится для тебя пыткой.
Я открываю глаза из-за сильнейшей боли в голове. Вокруг меня лишь сырость, бетон и тусклая старая лампочка на потолке, что помогает увидеть мокрые красные следы рядом со мной.
Страх нагнетает, и я понятия не имею, что мне нужно делать. Голос, который я слышала перед тем, как отключиться, был знакомым. До жути знакомым, но...
Внезапно маленькая дверца со скрипом открывается, и в этот подвал заходит мужской силуэт. Как только он становится под самой лампочкой, я с ужасом понимаю, что это... Майк! Черт возьми, это же Майк!
Я отползаю назад и упираюсь в стену, испуганным взглядом осматривая лицо парня моей подруги.
- Майк... - тихо произношу я.
- Прости, Анна, - говорит он, взяв в руки нож. - Мне так жаль, что Эмили лишится такой... милой и симпатичной подруги...
Он касается ножом моей щеки, а затем, с противной усмешкой, ведёт его вниз. Я делаю один всхлип, сглатываю и прикрываю глаза, крепко вцепившись руками в пол.
- Майк... - медленно шевелятся мои губы. - Майк, что ты делаешь?
- Я завоевываю свободу, - шепчет парень, после чего улыбается и упирает лезвие ножа в мою руку.
- Майк, мы же были друзьями, - я аккуратно отвожу голову в сторону, а затем смотрю на руку, в которую вот-вот воткнётся нож, и пытаюсь не шевелиться.
- Мы никогда не... - резкий грохот где-то на улице отвлекает Майка, и он затихает. Его взгляд становится сосредоточенным, но совершенно пустым, будто бы в нем не осталось никаких чувств. На секунду мне кажется, что его глаза красные... а, может, и не кажется - они действительно отливают ярко-красным цветом, словно пламя... Я задерживаю дыхание и прикрываю глаза. Страх становится сильнее, а остановить сильное сердцебиение у меня не получается.
Ещё один звук пугает Майка, и он, случайно задев мою руку ножом, из-за чего на ней образовывается не сильно глубокая, но больная рана, встаёт на ноги и несколько секунд смотрит на капающую кровь. Я тут же хватаюсь за рану и зажимаю её, пытаясь не издавать ни единого звука.
Майк, отвернувшись от меня, идёт в сторону двери и, открыв ее, выходит из подвала. Я ещё несколько секунд тяжело дышу, после чего аккуратно встаю с пола и осматриваю пространство. Заметив на полу железную, но не очень длинную палку, я беру её в руки и, подперев дверь коленом, вставляю эту палку в пространство для замка. Дверь закрыта не очень плотно, но я смогу что-то придумать за время, пока Майк ходит где-то наверху, а потом выбивает эту проклятую дверь.
Мои глаза быстро бегают по стенам, полу, потолку, после чего останавливаются на высоко расположенном окошке небольшого размера. Я тащу пару ящиков от стены и, подвинув их так, что теперь могу залезть на крошечный подоконник. Я поднимаю небольшой кусок бетона, снимаю обувь, залезаю на подоконник и, резко ударив камнем по окну, закрываю глаза. Громкий и прознающий слух звук разбитого стекла растворяется в тишине, после чего я, взглянув на закрытую мною дверь, вздыхаю. Внезапно о неё кто-то ударяется.
- Открой дверь! - кричит Майк. - Открой дверь! Аннабель, открой дверь! Открой ее! Открой дверь!
Я, пытаясь не обращать внимание на крики Майка, пролажу через окно и падаю на траву, усыпанную шишками. Вокруг меня лес. Это не просто подвал, это какое-то убежище, построенное здесь, возможно, именно для меня.
Вокруг становится тихо, лишь продолжительный звук трескающейся двери сперва ударяет по ушам, после чего затихает. Мои ноги дрожат, но теперь они дрожат из-за страха и желания выбраться отсюда как можно скорее и, желательно, живой.
Я сдвигаюсь с места и бегу в глубь леса, пытаясь не издавать лишних шорохов, но ветви под босыми ногами предательски хрустят, впиваясь в мою кожу. Я хватаюсь руками за кору деревьев и смотрю вокруг, вслушиваясь в звуки, окружающие меня. Мое тяжелое дыхание и громко бьющееся сердце не даёт мне расслабиться, стук в висках заставляет меня вздрагивать, а все расплывающееся в моих глазах кажется одним большим пятном.
- Я все равно найду тебя! - слышится приближающийся голос Майка. - Я чувствую твою кровь! Я чувствую её сладкий и пряный запах!
Я резко забегаю за большое дерево и, прижавшись спиной к его стволу, закрываю рот рукой, пытаясь практически не дышать. Медленно опустившись вниз, я поднимаю камень и, замахнувшись, кидаю его в совершенно другую сторону. Камень ударяется о дерево, и шаги Майка тут же направляются назад. Я сразу же выбегаю из своего «укрытия» и бегу вперёд. Ощущение, что Майк меня слышит, становится намного сильнее, когда где-то вдалеке раздаётся его смех.
Внезапно кто-то хватает меня за руку и, закрыв мне рот, тянет в другую сторону. Я пытаюсь кричать и брыкаться, но руки того, кто меня схватил, оказываются гораздо сильнее. Когда я оказываюсь за огромным деревом, мне удаётся издать какой-то звук, но после этого крепкие мужские руки поворачивают меня, и я вижу лицо Виктора. Он приставляет указательный палец к моим губам и, внимательно осмотрев мое испуганное и заплаканное лицо, вздыхает. Я вытираю с щёк слёзы, после чего пытаюсь что-то прошептать, но у меня ничего не получается. Я подхожу к Виктору вплотную, и он тут же обвивает меня руками и, приблизившись губами к моему уху, шепчет:
- Молчи и доверься мне, хорошо?
Я медленно киваю, после чего задерживаю дыхание, и как только руки Виктора поднимают меня, закрываю глаза.
В мое лицо дует свежий и холодный ветер, обжигая чувствительную тонкую кожу. Изредка слышится хруст ветвей, но он так же быстр, как и Виктор. Он бежит по лесу с необычайной скоростью, и это настолько странно и необычно, что мое сердце просто замирает.
Я могу встать на ноги только тогда, когда мы добираемся до небольшого домика на окраине леса: старые брусья слегка обрушиваются, окно закрыто занавесками, выглядит все достаточно старо и некрасиво, но, возможно, здесь можно спрятаться. Я смотрю на Виктора, который подталкивает меня к крыльцу, после чего иду прямо к двери. Он достаёт из кармана ключ и одним движением открывает замок, после чего запускает меня вовнутрь.
- Что это? - тихо спрашиваю я, ступая за порог.
- Дом, - холодно, как и всегда, отвечает Виктор, после чего закрывает дверь на несколько замков. - Убежище.
- Но где мы?
- Переночуем здесь, завтра утром вернёмся в Орландо, - парень кладёт мой рюкзак на пол и, вздохнув, поворачивается ко мне. - Я буду спать на полу, возьми в шкафу постельное белье. Можешь принять ванную.
Я прохожу вовнутрь и внимательно осматриваюсь: старый небольшой диван, на котором постелен шерстяной плед, одно кресло, расположенное рядом с ним, в углу газовая плита, пару тумб, маленький холодильник и круглый обеденный столик, около которого стоит один деревянный стол. Все это выглядит очень странно, будто бы мы попали в 1900-е годы в России или в маленьких городах США. Хотя... я не знаю, было ли такое раньше, но все это выглядит таким старым и ненадежным...
Я несколько раз оборачиваюсь и замечаю в конце комнаты камин: на нем есть несколько трещин, но сохранился он намного лучше, чем все остальные предметы в этом доме.
- Я затоплю камин, - внезапно говорит Виктор, и тут же слышится треск горящих дров. - Ты голодная?
- Нет, - я отрицательно мотаю головой и, взяв в руки рюкзак, приоткрываю его. Проверив наличие в нем таблеток, я выдыхаю и, подойдя к шкафу, достаю из него единственное постельное белье. - Что это за место?
- Лесничий домик, - отвечает Виктор и отходит от камина.
- Как ты...
- Узнал о нем? - на лице парня появляется легкая улыбка. - Валентин сказал, что здесь можно спрятаться, если вдруг что-то случится. Это место защищено.
- Защищено? Как?
- Твоей бабушкой, - парень останавливает свой взгляд на мне и замолкает.
- Понятно, - я протягиваю парню подушку, после чего сажусь на диван. Он несколько раз хрустит, а затем издаёт скрип.
- Да, - замечает Виктор. - Этот дом здесь давно, он не виден для посторонних. Тут есть некая интересная система, в которой я сам не разобрался, но Грезельда явно постаралась.
Я задерживаю дыхание, после чего прикрываю глаза и облокачиваюсь о спинку дивана.
- Ты устала? - спрашивает Виктор.
- Нет, - я качаю головой и пытаюсь не показывать того, что у меня кружится голова. Я должна выпить таблетку, но из-за ситуации, сложившейся здесь, у меня не получится сделать этого. - Как мы доберёмся до Орландо?
- Валентин пришлёт за нами машину.
- Машину? Мы... близко?
- Не совсем, - он кладёт подушку на ковёр и, взяв простынь, стелет её туда же. - Нам придётся ехать туда часов... пять, наверное.
- Но...
- Ты удивишься, но моя скорость помогла нам добраться до сюда быстрее, чем мы сделали бы это на поезде.
Я киваю и внимательно осматриваю Виктора. Его лицо такое же прекрасное и безэмоциональное, будто бы он совершенно ничего не чувствует...
- Тебе нужно поспать, - внезапно говорит парень и, закинув в камин ещё пару дров, ложится на пол.
Я киваю и, положив голову на твёрдую подушку, накрываюсь одеялом, закрываю глаза, после чего пытаюсь уснуть. Виктор несколько раз переворачивается, вздыхает, а затем, судя по звукам, пытается уложить свою подушку удобнее. Наконец-то наступает тишина. Среди неё можно услышать только наше дыхание и треск камина. Тепло от огня медленно окутывает небольшую комнату, тусклый красноватый свет отражается на потертых стенах и падает на старую мебель. Становится более уютно... но внутри меня что-то сжимается, будто бы я нахожусь совсем не там, делаю совсем не то и чувствую тоже что-то иное... будто бы все должно быть иначе...
Я ворочусь на скрипящем диване ещё около двадцати минут, но заснуть мне так и не удаётся. Странное чувство внутри не покидает меня, я чувствую страх, отчаяние и печаль. Мне на самом деле хочется плакать, но из-за присутствия здесь Виктора, я просто не могу этого сделать. Голова снова начинает кружиться, глаза резко закрываются и ждут, когда все это пройдёт.
На полу раздаётся шорох - Виктор снова переворачивается с бока на бок. Я приоткрываю губы и, слегка повернув голову, прислушиваюсь к его дыханию.
- Виктор... - тихо произношу я.
- М? - отвечает он и, видимо, приподнимается на локти.
- Можешь... лечь со мной? - спрашиваю я слегка дрожащим голосом. - Пожалуйста.
Ещё несколько секунд я слышу лишь тишину, но вскоре Виктор медленно встаёт с пола и, подойдя ко мне, аккуратно ложится рядом. Его руки медленно касаются моего бедра, из-за чего я незаметно вздрагиваю.
Парень укладывается сзади меня и, немного отстранившись, вздыхает.
- Все нормально? - спрашивает он.
Вместо ответа я лишь киваю и приоткрываю глаза, всматриваясь в спинку дивана. Мое сердце снова стучит, дыхание становится более тяжёлым и прерывистым.
Я медленно поворачиваюсь лицом к Виктору и смотрю в его открытые глаза. Он слышит мое сердцебиение... а я слышу его дыхание: такое же тяжелое и неспокойное. Мои глаза переключаются на его губы. Становится неловко, но что-то сделать я уже не могу. Меня будто парализует, и оторвать взгляд от парня у меня уже не получается.
Виктор, будто бы терзаясь сомнениями, аккуратно прижимается ко мне, а затем, поднеся лицо ближе, касается моих губ. Я ощущаю эту прохладу, которая вскоре становится чем-то горячим и совершенно непривычным... его руки касаются моей тонкой талии и, как только поцелуй прерывается, тут же двигаются к плечам.
- Прости, - тихо произносит Виктор и тут же отстраняется от меня, стараясь не упасть с дивана. - Я хотел...
- Да, я... - мои губы сжимаются. - Спокойной ночи.
Сердце стучит до ужаса быстро, и у меня не получается что-то с этим сделать. Я закрываю глаза и, слегка задержав дыхание, пытаюсь не обращать внимание на Виктора, что лежит рядом со мной, буквально в нескольких сантиметрах от меня. Почему сердце так бьётся?