Диана.
-У вас здесь есть отель, где я мог бы снять номер? Мне для журнала надо сделать фотовидеосьёмку этого уникального места. Вы дальше поедете без меня. В своём отеле «Кремлин-Паллас» я предупредил. Обратно доберусь своим ходом.
- А денег хватит на обратную дорогу? Мы далеко находимся от отеля «Кремлин-Паллас». – ответил гид Байяр.
- Редакция оплатит. Не волнуйтесь, у меня с собою есть наличные, чтобы добраться обратно.
- Хорошо. Отеля поблизости нет, но в метрах двухстах отсюда есть домики местных жителей. Они с удовольствием сдадут вам комнату, по приемлемой цене в которой вы можете остановиться.
- Спасибо. Час пролетел как одно мгновение. Автобус с туристами медленно исчез за ближайшей горой. Немного побродив по долине и сделав немало фотографий, Джеймс направился к каменной статуи странствующего старика с чалмой, стоящей в самой сердцевины Долины Верблюдов. Долина изнывала от зноя. Пылающее солнце медленно плыло по чистому голубому небу. Раскалённый воздух долины вибрировал под испепеляющими солнечными лучами. Идя, по долине, Джеймс ещё издали заприметил каменную статую старика с чалмой. Спасаясь от зноя, он быстрым шагом пошёл в её сторону, чтобы проникнуть внутрь статуи, и, найдя там желанную прохладу дождаться полночи, когда откроется портал пространства-времени, ведущий в неведомый мир, в котором он будет первым человеком, вступившим на его таинственную землю. Джеймс, приблизившись, увидел вход. Он вошёл. Внутри было прохладно. Сев на большой камень, лежащей в правой стороне пещеры, он достал бутылку с питьевой водой. Открыв её, он сделал, пару глотков. Пить воду было противно, она была горячая. От зноя Джеймса тянуло ко сну. Как Джеймс не боролся со сном, всё-таки сон одолел его. Очнулся он ото сна от звуков, доносившихся от чьих-то ботинок, ступающих по каменисто-песочной поверхности окружающей со всех сторон каменную статую странствующего старика с чалмой. Он взглянул на часы, висевшие на его левой руке. Они показывали без десяти девять вечера. До полночи, когда откроется портал, было, уйму времени. Но, от мысли, что кто-то ещё находится в долине кроме него, Джеймса прошиб пот. Ведь этот кто-то мог узнать истинную причину его посещения Долины Верблюдов. Тогда его тайная миссия обречена на провал. Джеймс напряг слух. Кто-то снаружи, старался ступать тихо, не делая шума производящего от соприкосновения ботинок о мелкие камни, которыми была усеяна вся долина. Этот кто-то всё время ходил возле входа в пещеру, не решаясь в неё войти. Вдруг шаги смолкли. Наступила зловещая тишина, вызывающая нервное напряжение у Джеймса. Вдруг тишину прорезал голос.
- Джеймс! Это Диана. Можно войти? Голос был до боли знакомый. Джеймс мог его узнать даже в многомиллионной орущей толпе.
- Диана, это ты? – ответил Джеймс голосом, который сам не узнал.Да. Джеймс не мог поверить. Эта была Диана, в которую он был безумно влюблён в годы своей далёкой юности, давно канувшей в реку времени.
– Да. Входи. – дрожащим от нахлынувших воспоминаний голосом произнёс Джеймс. Шаги приближались, и через мгновение Диана, вошла внутрь пещеры. Перед ним стояла девушка, чёрные волосы которой спускались до самого конца гибкой упругой спины, молодого полной жизни тела. В полумраке пещеры, вход которой был озарён лунным светом, он был поражён, тем что эта была та самая Диана, девушка которую он безумно любил и терзался всю жизнь от того, что она не приняла его любовь.
- Диана!? – дрожащим от волнения голосом спросил Джеймс, стоящую в лунном свете, девушку на дорожке входа пещеры. -
Да. Быстро же ты узнал меня! – удивилась она
– Не ожидала, что ты меня узнаешь. Двести лет прошло.
- Как ты оказалась здесь? – как во сне продолжал говорить Джеймс.
- У меня отпуск. Взяла турпоездку в Турцию. Отдохнуть на Средиземном море. А, ты?
- Я тоже. Находясь ещё в шоковом состоянии от неожиданной встречи, случайность которой равнялась нулю, сам не понимая, почему у Джеймса сорвалось с языка:
- Муж?
- Есть. Ты его знаешь. Он крупный нефтемагнат Джон Миллер. Не сходит с экранов нановизора. – ответила Диана так, что на какое-то мгновение Джеймсу показалось, что она ожидала этого вопроса.
- Нет, не знаю.
- Как! Ты не знаешь самого Джона Миллера? – удивилась Диана
– Он же второй человек в мировом правительстве, после президента. Ты иногда включаешь нановизор? Он же не сходит с экрана. Интервью его постоянно показывают по разным каналам вещания для всех жителей Земли.
- У меня нет нановизора. – Джеймс говорил машинально. Он не мог поверить, что перед ним Диана.
– Я веду затворническую жизнь отшельника. Меня не интересуют политические и экономические события.
- Как! Ты чудо в перьях! – удивилась Диана, всем видом показывая, что не замечает его неподдельного удивления её неожиданного появления в пещере кападокийской Долины Верблюдов.
- Где работаешь? – спросил Джеймс, принимая за реальность Диану, пытаясь вникнуть в суть разговора. Сам не зная почему, но неожиданно в нём проснулось искреннее желание узнать побольше о её жизни.
- Я журналистка в агентстве Рейтер. На канале «Би-Би-Си» выходит моя передача «Интервью со знаменитостями». – хладнокровно ответила Диана, поразившая Джеймса своей холодностью, звучащей в голосе.
– А, ты?
- Писатель.
- В каком жанре?
- Фантастика.
- Есть псевдоним?
- Нет. Под своим именем.
- Не читала.
- Не все читают в наше время фантастику.
- У меня дома есть библиотека фантастики. Я знаю всех знаменитых фантастов. Профессия обязывает. Но о тебе не слышала, наверно, потому что ты не так знаменит. Извини, за правду. Не хочу тебя обижать.
- Да нет. Всё в порядке. Я не обиделся. Фантастика не самое интересное в жизни.
- Тогда что?
- Жизнь. Встреча с новым. Новое это всегда неведомое, тайна.
- Ты всегда был романтиком. Таким и остался.
– Диана сказала так, как будто зачитала приговор преступнику на смертную казнь.
- Какой есть. – разозлившись на холодность Дианы, грубо ответил Джеймс.
– Не исправишь. Ты поэтому мне отказала?
- Да.
- Спасибо за честность.
- А ты женат?
- Нет.
- Почему?
- А, ты любишь своего мужа?
- Нет. Но, ты не ответил на мой вопрос, Джеймс.
- Просто не знаю, как ответить. Тогда почему ты вышла за него? В сознании Джеймса как яркая вспышка света возникла картина из прошлого. На дворе стояла золотая осень, когда он перешёл в последний класс школы, в который пришла учиться из другой школы и Диана. Она не отличалась красотой, но Джеймс безумно полюбил её, когда она ему рассказывала об обычаях, верованиях индусов и буддистов. Однако Джеймс никогда не мог понять глубину восточной философии. Хотя, интуиция ему подсказывала, что индийская философия выявляет непостижимые для человеческого разума бездны, которые скрыты за видимостью повседневной действительности, в которой проходит жизнь простого обыкновенного человека.