Млечный путь: Омега

Планета Земля. Где-то в лесах Сибири

«Настоящий друг везде

Верен, в счастье и беде;Грусть твоя его тревожит,Ты не спишь — он спать не может,И во всем, без дальних слов,Он помочь тебе готов.Да, по действиям несходныВерный друг и льстец негодный»

Уильям Шекспир

Снег шёл уже четвёртые сутки к ряду. В первые два дня он большими влажными хлопьями валил с неба. Постепенно мороз окреп и хлопья превратились в маленькие острые снежинки, поблескивающие в редких лучах солнечного света. Переменчивый ветер то раздувал снежную пургу, то разрывал густые тучи в клочья и гонял лишь позёмку, завывая в дымовой трубе. Выходить на мороз не хотелось. Куда приятнее было нежиться на протопленной печи, ожидая когда заварится ароматный травяной чай. Его запах уже заполнил избу и теперь оставалось дать ему настояться, дабы все травинки и бутоны соцветий отдали весь свой вкус чаю, придав насыщенности, яркости и лёгкой горечи напитку.

Аркадий Георгиевич лежал на старой, раритетной фуфайке, что ему подарили контрабандисты из дальних колоний, за небольшой вклад в их процветание. Бывший нейрошпион конечно отрицал свою связь с подобными людьми, но их услугами он пользовался довольно регулярно, ещё находясь на службе. Впрочем, он вёл дела только с определёнными представителями контрабандистов. Ещё до Колониальной Смуты контрабандисты разделились на разные группировки. Самыми крупными были: Земды, Спиды и Союз.

Первые, занимаются в основном контрабандой на Земле и в ряде близких к ней колониях. Берутся за всё что угодно. Их отличает неприкрытая жажда наживы. Всё что нужно отвезти в тайне от Конфедерации, они берут на себя. Риски при этом совершенно не учитываются. Самая многочисленная группировка из безалаберных авантюристов, которые требуют только денег, результаты же порой могут разочаровать заказчика. Своё название они получили за то, что в силу своей жадности, раскошеливаться на дорогие корабли они не любят и посему дальше орбиты Юпитера просто физически не могут летать. Были всегда привязаны к Земле. Их называли то Земными Дельцами, то Земледельцами, но осталось сокращение Земды. Так они и существуют до сих пор. Дешёвые, но не всегда надёжные. Себя же они зовут Земными Дьяволами.

Спиды, являются самой омерзительной группировкой. Сюда стекались самые "сливки" низов общества. Их отличает жестокость и военная дисциплина. Если у них возникнут подозрения, что клиент собирается обмануть, скорее всего он будет мёртв, с некоторой долей вероятности можно предположить, что получатель контрабанды тоже. Свидетелей своих операций они обычно стараются не оставлять. Впрочем, стоит отметить, что отменная выучка гарантирует исполнение заказа. Конфедерации ещё ни разу не удавалось задержать целым корабль из группировки Спиды. Возможно, это связано с тем, что Спиды ликвидируют корабль и груз при опасности, впрочем, как и команду. Не чурается данная группировка и наёмничества. Единственная группировка контрабандистов, которая берётся за подобного рода заказы. Часто Спиды выступают, как охранный эскорт или в качестве наёмных убийц. Кто-то считает, что своё название они получили от старого исчезнувшего языка, в котором созвучное слово означало скорость. Это связывают с тем, что потомками носителя языка Спиды и являются. Правда, никто этого так доказать и не смог. Впрочем, другая версия менее прозаична. Первые базы группировки были на Венере, под носом у Конфедерации. Венерой, когда-то называли богиню плотской любви и желания. Так вот базы Спидов, всегда были неким аналогом домов удовлетворения, правда о контрацепции тут мало кто волновался. В силу этого всегда стремительно распространялись венерические заболевания, одним из которых было заболевание под названием СПИД. Болезнь в последствие победили, а вот её многочисленные носители так и остались Спидами. Поговаривают, что до сих пор заболевание встречается среди представителей группировки.

Группировка Союз, была сформирована преимущественно из бывших военных, несогласных с политикой Конфедерации. В ответ на запреты экспорта-импорта, контрабандисты налаживали новые рынки сбыта и каналы доставки товаров. Отличительной чертой Союза была их техническая оснащённость. Корабли дальнего следования, современное оборудование, сеть перевалочных пунктов во всех колониях и даже на обратной стороне Луны. Союз поддерживал идею, зародившуюся ещё в начале 20 века. Они ставили коллективизм и рационализм, во главе своего существования. Внутри группировки деньги были не входу. Каждый член группировки имел небольшой органических чип, вживлённый под ноготь указательного пальца правой руки. На чипе была информация о профессиональных навыках и заслугах индивида, его медицинские и физические показатели, его неудовлетворённые и удовлетворённые потребности. Каждому члену группировки гарантировалось здоровое питание, жильё, медицинское обслуживание организма, обеспечение одеждой и прочее, т.е. товарами первичной необходимости, товарами вторичной и третичной необходимости. Всё это при условии их трудовой эффективности, которая объективно оценивалась в зависимости от профессиональных навыков человека. Деньги группировка использовала только для взаимодействия с внешним миром, по возможности сужая сферы их применения. Широко использовался бартер, планирование и реализация системы собственных смешанных производств, когда одно и то же производство за одну неделю могло выпускать пять видов товаров из разных сфер жизни человека. Союз был совершенно новым типом общества, далеко не все могли в нём жить и многие покидали его не сумев пройти процесс социализации в новых условиях. Посему, группировка была немногочисленной, но из-за качества исполнения заказов обладала солидным количеством клиентов, а следовательно и средств к существованию.

Бывший нейрошпион имел солидный вес в группировке, хоть и не являлся её членом. Не трудно догадаться, что именно связи с военными подарили ему уважение среди членов группировки. Гугл периодически помогал Союзу в решении насущных вопросов по старой дружбе.

Аркадий Георгиевич размышлял как было бы здорово опробовать новую схему нейрозащиты на человеке. Он окончательно разобрался в математической модели, предложенной его роботом. Иван-II даже не представлял и не мог представить, насколько гениальным оказалось его решение. Оно могло помочь миллиардам людей, впрочем, загадывать было ещё рано, необходимо было протестировать его непосредственно на живом человеке. Тестировать на себе желания большого не было. В этих думах, кибернетик-любитель задремал.

За окном по-прежнему завывала метель, когда сквозь шум ветра пожилой мужчина услышал слабо уловимые, но до боли знакомые звуки. Шум двигателей посадочного челнока даже сквозь сильнейшую метель разносился по тайге раскатисто и гулко. Челнок приближался к дому и судя по рокоту двигателей шёл он на ручном управлении. Надо сказать, что в условиях нулевой видимости, это сделать мог весьма опытный пилот, которых в современное время было не так уж много. Всё отдано на управление автоматике. Автоматы управляют взлётом, посадкой. Они реагируют быстрее, исключают человеческий фактор. Важность человека отошла на второй план. Тот кто находился сейчас в челноке, наверняка испытывал серьёзную болтанку, но по какой-то причине автоматику не включал.

- Ах ты ж старый чёрт! Явился! - Аркадий Георгиевич слез с печи и направился к двери.

Пожилой мужчина, похрамывая на левую ногу, взял связку динамита, поджег длинный фитиль и вышел во двор. Любил бывший нейрошпион эстетику древности. Даже в своей пресной жестокости, она виделась ему более человечной, чем изнеженное бытие современности. Вот и сейчас, изобретение 19 века до сих пор работало бесперебойно. Да и было в этом нечто дикое, безудержное, по мнению хозяина дома.

Челнока видно не было, но по звуку можно было понять, что сел он аккурат у опушки леса на расстоянии не более ста шагов. Двигатели пилот перевёл на холостой ход и их пение начало теряться в звуках метели. Из пелены снега показался большой широкоплечий, статный мужчина, он нёс бесформенную сумку в левой руке, а в правой держал поднятый ворот шинели. Определённо, это был человек старой закалки. Его тяжёлый и уверенный шаг, говорил о силе духа, твёрдости характера, боевом опыте, потерях и несгибаемой воле.

- Аркаша, ты меня салютом встретить решил?
- А что ж не встретить хорошего человека? - прокричал сквозь ветер хозяин дома, радуясь, что его эффектное приветствие было замечено.

Гость уже был в десяти шагах, когда его лицо стало различимо. Аркадий Георгиевич обрезал складным ножом фитиль динамита и убрал оба предмета за пазуху овчинного тулупа, что наспех успел одеть.

- Я гляжу ты совсем одичал в этом лесу. Гостей с оружием встречаешь.
- Ты ж сам знаешь, незваный гость, хуже татарина!
- Так не было же их.
- Их не было, а ты свою великосветскую задницу притащил за каким-то лешим сюда.

Диалог строился странным образом. Язвительные нотки почему-то не обижали собеседников и даже наоборот рождали улыбки на их лицах. Определённо, они были рады видеть друг друга, хоть и пытались не показывать вида. Что-то общее и незримое связывало их.

- Ну здравствуй, дружище!
- И тебе здравия желаю, чертяка!

Объятия были крепкими и долгими. Оба человека знали друг друга уже много лет и были хорошими друзьями. Про таких друзей раньше говорили: "Не разлей вода." Теперь эта поговорка изменилась: "Кометой не расщепимы!" Закончив радостное приветствие, два пожилых товарища направились в избу.

Оказавшись в укрытии, Аркадий Георгиевич бросился хлопотать на кухне, дабы уважить своего старого приятеля вкусностями с дороги. Из печи на стол был поставлен массивный чугунный горшочек с грибным супом-лапшой. Специфический грибной аромат ударил в нос гостю.

- Аркаша, ты решил меня снова поразить изысками русской кухни?
- Бездарный ты вояка. Полковник, к твоему сведению суп-лапша является заимствованным блюдом. Авторами же этого блюда являются кочевые тюрки, о которых ты даже не слышал. Впрочем, грибы вроде как добавляли уже русские. Тебе ложку то дать или руками черпать будешь? - язвительно улыбаясь промолвил кибернетик-любитель.
- Ох и зануда ты. Тащи конечно.

Помимо приборов на столе оказался и круглый утренний хлеб. Считалось, что хлеб является символом жизни и богатства на столе. Поверье прошлых поколений гласило, что без хлеба нет жизни, без него приём пищи скуден и неполноценен. Следуя всё тем же поверьям, хозяин дома, загодя поутру, месил тесто и сажал в печь хлебы, пока вытопленная с вечера печь ещё не успела остыть.

Свежий, пышущий жаром и хлебным духом каравай наполнял избу утраченным со временем запахом дома. Того самого дома, в котором росли дальние предки, чей быт и обычаи так манили Аркадия Георгиевича. Полковник Крайт потягивал носом по распространяющимся волнам всевозможных ароматов, что источали яства оказывавшиеся на столе перед ним. Здесь были: сало, самогон, чесночный соус, репа и упомянутые уже суп-лапша и хлеб.

- Георгич, а ты своего дровосека в металлолом сдал?
- Оооо! Мой друг, эта чугуняка поумнее нас с тобой оказалась. Я его повысил можно сказать. Он теперь мой лаборант.
- С каких пор ты стал доверять машинам? Не земля ли русская на тебя так подействовала? - удивился полковник.
- Крайт, шутки шутками, а он мне показал такое... - собеседник остановился на полуслове.
- Какое?
- Ты зачем сюда явился, твоё место там! - Аркадий Георгиевич многозначно указал пальцем в небо.
- Аркаша, да устал я, давай лучше выпьем! Банька у тебя ещё стоит?
- Стоит, куда ж ей деваться? Ну, за встречу!

И старые друзья выпили по одной. Затем ещё по одной. И ещё по одной. Разговор побежал живее. А заботы отошли на второй план. Кибернетик-любитель отправил своего робота растопить баню для них, да замочить веники. Сам же всё пытался накормить и напоить своего гостя, который уже умолял не откармливать его, боясь не влезть в свой мундир. Когда изрядная порция сала была съедена, а на столе уже стоял очередной початый графин с самогоном, в дом вошёл Иван-II:

- Товарищи отставные офицеры, баня протоплена, веники замочены, извольте идти мыться.
- Экий ты смешной, дровосек. - улыбаясь произнёс Крайт.
- Это величайший ум полковник, завтра я обязательно продемонстрирую результаты его труда. А теперь пойдём париться.
- Боец, прибери со стола пока нас нет, а то Аркаша уже устал — обращаясь к роботу произнёс полковник, пока хозяин дома был занят приготовлением банных принадлежностей.
- Так точно! - отозвался Иван-II, подыгрывая гостю.
- Ваня, не слушай ты его, он с виду только страшный. - рассмеялся Аркадий Георгиевич.

Вскоре, два товарища сидели в бане, на парильном полке. Сосновая ветка, лежащая на камнях, давала хвойный аромат, который вкупе с парным жаром привносил лёгкую горечь в глотке. В такой жаре тело быстро покрывалось испариной. Пот со лба стекал в глаза и приходилось периодически промывать их водой.

- Ох Аркадий, вот не понимаю я тебя. Живёшь у чёрта на куличках словно дикий человек из дикого века. Ума палата, а прозябаешь тут, как пещерный человек. Словно пытаешься жить в прошлом времени, которое недостижимо. Отстраняешься от нас, от твоих современников. Совсем отшельником стал.
- Крайт, я не отстраняюсь от людей. Я приближаюсь к своим корням, к природе. И потом, почему сразу прозябаю? У меня под домом лаборатория, ты же знаешь. Мы работаем там с Иваном. Да, он всего лишь робот, но он совершил прорыв для всех нас. Мы когда-то с тобой мечтали о создании нейрозащиты. Так вот ни ты, ни я создать её не смогли, а он, представь себе, смог. Казалось бы, бездушная машина, лишённая чувств, инстинктов, но решил задачу, которая долгое время не была решена нами, хотя мы считаем себя умнее. Парадокс.

- Вот так дровосек. Вот что ты мне завтра хотел показать.
- Это завтра, ты давай рассказывай, что тебя привело ко мне. Я же понимаю, что ты просто так не заберёшься в такую глушь.
- Аркаша, да я бы с радостью, но сам понимаешь, всё время занят.
- Да не оправдывайся ты, я тебя знаю. Ближе к делу давай.
- В Галлиевой группе на Европе "Млечный путь" обнаружил сигнал. Мы долго его изучали и некоторое время назад направили к источнику сигнала "Горизонт-1". Сейчас станция в непосредственной близости от источника. Ребята разбили мобильную лабораторию и изучают природу источника. По предварительным данным это корабль не принадлежащий Конфедерации. Да, Аркаша это контакт, но мы не знаем с кем.
- Занятно девки пляшут.
- Пляшут то занятно, но возникли трудности. Конфедерация заинтересовалась нами. Да, они давно интересуются деятельностью организации, пытаются всячески нас прикрыть. Это сложно, учитывая децентрализованную структуру негласной организации, хотя о негласности уже давно говорить не приходится... Впрочем, на этот раз за дело взялся Совет Конфедерации. Они объединяют все доступные колонии в попытках признать "Млечный путь" террористической группировкой. Причин тому несколько. Во-первых, Конфедерации не нужен соперник способный решать геополитические вопросы. Подавив восстание на Титане, "Млечный путь" напугал их. Восстание там произошло в итоге, но значительно позже, когда нас не было. А когда уже новое правительство Титана вошло в Совет Федерации, мы заполучили явного соперника. Во-вторых, мы стали диктовать научный вектор. Опережать научные тенденции. Во многом, благодаря центру обработки данных "Аристотель", что сейчас устремился к границам солнечной системы в целях безопасности. Международный проект частных инвесторов оказался крупнейшим центром обработки из всех известных. Пока правители делили территории, мы собирали знания, вкладывались в науку и тем самым завязали на себе очень большие финансы, впрочем, тебе это известно.

В связи с ростом и влиянием организации вопросы о прикрытии её деятельности обсуждаются на самом высоком уровне. В мой адрес поступают различные угрозы. Совет Федерации хочет отобрать у меня корабль и заморозить счета компаний и лиц, которых подозревают в финансировании организации "Млечный путь", сам понимаешь, там много абсолютно неизвестных нам людей, но и наших товарищей хватает. Идея простая, объявить организацию "Млечный путь" террористической и военным путём изъять всё, что создавалось и собиралось в пользу власть имущих. Как ты понимаешь, сама идея организации отрицает контроль государства над знаниями.

- Плутон тебе в экватор! Прискорбно.
- Да, посему мне нужен ты.
- Великосветская задница желает, чтобы я прикрыл её? - в голос рассмеялся Аркадий Георгиевич.
- Именно так, дружище.
- Накуся выкуси! Пока не попарю тебя веничком берёзовым до рачьих глаз, не дождёшься от меня помощи. - хозяин дома вскочил с полка и покрутил кукишами перед лицом полковника.
- Изувер ты, Аркаша, раздувай свои котлы, готов я пройти и через эти круги ада. - заулыбался Крайт.

Бывший нейрошпион зачерпнул деревянным черпаком горячей воды и выплеснул её на раскаленные камни. Вода зашипела, моментально испаряясь. В лицо ударил горячий парной дух. Кончики ушей защипало, а дыхание перехватил обжигающий жар. Лёгкий туман стелился по деревянным полам. Аркадий Георгиевич схватил берёзовый веник, размокший в заготовленном чане и принялся за полковника. Гость лежал в полный рост на полке, предоставив спину испытанию. Донесся лёгкий шелестящий звук. Еле ощутимые касания молодых листочков словно разгоняли горячие потоки воздуха, прогревая спину. Продолжалось это недолго, так как уже через минуту на спину с силой опустился весь веник. Затем ещё раз и ещё. Движения были резкими, частыми. Их сила и амплитуда нарастали. Веник двигался столь быстро, что казался нескончаемым потоком горячих ударов. Жар наполнял тело полковника. Ещё какое-то время он терпел эти приятные и в то же время невыносимые ощущения, однако вскоре вскочил и под хохот своего товарища принялся искать черпак, чтобы облить себя холодной водой. Не найдя его в спешке, выскочил на улицу и плюхнулся навзничь прямо в сугроб. Бывший нейрошпион стоял на пороге бани и продолжал смеяться:

- Полковник, что грешки за бока кусают?
- Дикарь, ты настоящий дикарь, как это вообще можно стерпеть! - взревел подобно медведю полковник.
- Полно тебе, давай заходи, простынешь же.

Отставной офицер отряхнулся от снега и переминаясь с ноги на ногу засеменил обратно в баню. Тело его вздрагивало от холода, но вскоре полковник оттаял на тёплом полке и даже уже смеялся над собой.

- А у русских все такие обычаи?
- Это не обычаи мой друг, это бытовая необходимость. Края здесь суровые, безлюдные. Малейшее переохлаждение и ты заболеешь, а болеть здесь нельзя, иначе смерть. В древнегреческом языке слово "баня" означало "прогонять грусть и боль". Баня для тебя, как и для преобладающего числа современников выглядит безвозвратно устаревшим способом ухода за кожей, но это не совсем так. Баня не только телу помогает. Она ведь душу лечит. Мысли очищает. Не даёт сойти с ума. Здесь собирались друзья, общались, отдыхали. Всё это было вместо современных фантоматов, поддельных воспоминаний, капсул иллюзий. Здесь живое общение, реальный отдых, профилактика различных заболеваний, здесь всегда течёт жизнь, сила, здоровье. Баня это культура, это некий клуб здоровья, в котором проводили время раз в неделю, а в праздничные недели два раза в неделю. Понимаешь?

- Понимаю, и одновременно не понимаю. Ты человек крайностей Аркадий, увлечений, тебя понять не просто. - улыбнулся Крайт.
- Эх дружище, жалко мне нас всех в этом высокотехнологичном мире. Утеряли мы что-то. Неуловимое чувство, что мы что-то упускаем. Что-то важное, доброе, светлое и с каждым днём оно от нас всё дальше становится. Иногда мне кажется, что мы сами становимся высокотехнологичными машинами. А вот в этой простоте, некой первобытности, древности, чувство такое, что там это всё было. Вот хоть убей, а слов не нахожу, чтобы описать это. Они тоже не могли описать. Столько попыток предпринимали. Русской душой это называли. А где она есть эта русская душа так никто и не сказал. Вот мы и мучаемся теперь, не знаем в чём суть души русской...
И товарищи замолчали. Они долго предавались тишине, нежась в банном жару. Пот стекал с их тел, лёгкая тяжесть порождала лень. Время текло, и их думы строились в невообразимые пейзажи. Аркадий Георгиевич строил догадки о сути бытия древнего народа, что дал миру единство, науку, великие открытия и экспансию в космос. Полковник Крайт, мечтал о том, что в его крови тоже течёт кровь древнего народа, иначе как объяснить его стремление к изучению космоса, науки. Впрочем, надежд он не тешил и старался быть полезным обществу и человечеству в целом. Как завещали предки.
Тишина была прервана мерным редким стуком в дверь. В деревянную дверь бани кто-то стучал умеренно сильно и настойчиво. Это был робот Иван-II. Его поведенческие алгоритмы вынуждали его проверить физическое здоровье двух человеческих индивидов, уединившихся в заведомо агрессивной среде. Жар и избыточная влажность могли привести к сбою сердечно-сосудистых систем. Возраст индивидов лишь повышал вероятность подобного события. Этого допустить было нельзя.
- Уважаемые индивиды, вы находитесь в агрессивной среде, это угрожает вам преждевременным выходом из строя. - произнесла машина.
Молчание сменилось хохотом. Пожилые мужчины закатывались от смеха. Баня, как средство человеческого отдыха, в устах Ивана-II стала агрессивной средой, угрожающей их жизни. Впрочем, космос был тоже агрессивной средой для человека, только почему-то в существующих роботов это понимание не закладывали. Находясь в космическом пространстве, машины не предупреждали человека об опасности и не просили вернуться на Землю. В противном случае экспансии в космос не было бы. Теперь баня, это агрессивная среда, а вот безвоздушное космическое пространство — нет. Парадокс эры космической экспансии.
- Аркаша, а твой терминатор нас силой будет спасать против нашей воли? - сквозь хохот спросил Крайт.
- Супротив воли вряд ли, я вроде этот блок кода отключил, но дверь выломать может, чтобы убедиться что мы живы здоровы. - серьёзно ответил бывший нейрошпион.

- Конечно выломает, по нашему хохоту уже вся тайга знает, что у нас всё хорошо, а твой дровосек не понимает этого. - хохот полковника усилился и он схватился за живот. - Не могу больше!
- Ну полно тебе издеваться над ним, ну ляпнул маслёнка ерунды, но ведь он и помог нам!Нейрозащиту придумал! - улыбаясь привёл доводы хозяин дома.
- И между прочим, построил математическую модель! И дверь я ломать не буду. И вообще,сидите там сколько хотите, спасать я вас тоже не буду, вы же отключили этот блок кода. - произнёс обиженным тоном Иван-II.

Новая волна смеха раздалась из-за двери. Действуя в соответствии с алгоритмами эмоционального модуля, робот выпалил, что уходит и удалился прочь. Смех ещё некоторое время сотрясал всё пространство бани, но вскоре прекратился.
- Аркаша, он что на нас обиделся?
- Да, задели мы чугуняку! Иногда его эмоции меня поражают.
- Ну у него же нет истинных эмоций.
- Нет, но зато как играет, ему бы в ГИТИС поступать. - вновь рассмеялся Аркадий Георгиевич.
- Ну в одном он прав, пора нам выходить, засиделись — полковник ополоснулся водой и уже стоял потягивая в стороны руки.
- Сейчас придём, чайку попьём и на боковую.
- Снова меня зельем будешь опаивать... - улыбнулся Крайт, смахивая синтетическим полотенцем остатки влаги.

Возвратившись в избу, старые друзья нагрели воды для чая, достали горбушки утреннего хлеба, поставили на стол мёд и принялись за чаепитие. Обмакивая кусочек хлеба в жидкий мёд и отправляя в рот, они вновь говорили по душам. Всё время их трапезы, Иван-II сидел на печи, болтая ногами. Руки его были сложены на груди, а сам он не смотрел в сторону собеседников. Робот усиленно изображал обиду, но на него никто не обращал внимания. 

В итоге он по обыкновению стал наблюдать за людьми, пытаясь уловить их эмоции. Получалось не лучшим образом, но некоторые моменты он записывал в свою память, чтобы использовать в дальнейшем. Так например он отметил, что волнение собеседника передаётся ему в ногу. Аркадий Георгиевич подёргивал ногой под столом при обсуждении волнующих его тем. Ту самую, на которую прихрамывал. Движение еле заметное, но оно так заинтересовало робота, что тот решил зафиксировать это движение в своей памяти. Бывший нейрошпион отправил полковника Крайта спать на печь, согнав с неё Ивана-II. Сам же, улёгся на лежанку у печи. Роботу осталось место за столом куда он и сел, положив голову на руки. Он смотрел в окно, где вновь разыгралась метель, где шумел ветер и было очень темно, только в небольшом отдалении, на опушке, мигали еле заметные красные огни посадочного челнока. А дальше лишь тайга, растянувшаяся к горизонтам, могучая, равнодушная, тёмная.

А поутру, Аркадий Георгиевич, наскоро собрал свои скромные пожитки, запечатал лабораторию, заколотил окна и двери. И так же скоро улетел вместе со своим роботом и полковником Крайтом в космос. В другой мир, не менее могучий, не менее равнодушный и значительно более тёмный.