7 глава
По небу лениво плыли слоисто-кучевые облака, окрашенные в нежно-розовый и желтые цвета. Золотой диск, уставший за день, потихоньку уступал свои права, оставляя за собой лишь последние следы присутсвия в виде яркого желтого зарева на горизонте. Листва деревьев еле заметно шумела от легких дуновений ветра со стороны прибоя. Воздух был напитан морской свежестью и постепенно угасающим теплом. Сию завораживающую картину можно было наблюдать из главного холла приюта, где собрались все его жители.
В первое время Карин лично встречала каждого ребенка, но позже данное событие приобрело немного иное значение. Так как приют располагался в довольно тихом городке, особых поводов для праздников не было, за исключением дней рождений каждого из детей. Каждый приезд нового ребенка взял на себя праздничную и сплочающую детский коллектив роль. Изначально Карин не планировала что-то подобное, однако, прочитав кое-какие книги и учебники по воспитанию детей, а также выслушав наставления Фалсуса, она начала действовать. И это почти сразу возымело эффект: дети с нескрываемым счастьем окунулись в эту суматоху перед приездом каждого. Малышей забавляли хаотичные движения старших в поиске нужного наряда, а их смех уже радовал каждого из присутствующих. К тому же это было отличным поводом для того, чтобы все дети собрались вместе.
И даже сейчас, когда все стояли в парадном, веселье не прекращалось. Старшие; Джош, Кира, Кайл, Эшли и Хьюго; что-то рьяно обсуждали между собой, в то время как Жорик, расположившйся на плечах Джоша, с серьезным лицом слушал каждого, будто понимая всю суть. Джухи же была на руках у самой заведущей и с любопытством наблюдала за кампанией, прозванной "Квинтетом" в приюте. Он состоял из близняшек Мэклз, Мэй и Леи, хмурой Юки, глухого Джека и Ника, постоянно напоминающего про тишину. Мэй оживленно что-то рассказывала, Лея с улыбкой на лице слушала свою сестру и в чем-то поправляла, Ник ворчал по поводу громкого голоса рассказчицы, однако продолжал с интересом слушать, а Юки помогала Джеку понять, о чем идет речь. Все прекрасно знали, что Джек умеет читать по губам, но Мэй настолько быстро говорила, что мальчик не успевал. В такие моменты на помощь ему приходила Юки, знающая язык жестов. Каким образом в столь душевную кампанию вступил Ник, никто не знал. По приезде он был очень агрессивным, что легко объяснялось сменой места и окружения. Однако для ребенка, которого забрали из привычной для него среды, он очень быстро успокоился. Правда забыть о едких комментариях с его стороны не представлялось возможным. Лишь Адель и Крона хранили молчание и хмурили брови. По их взглядам было видно, что за тот короткий промежуток времени после обеда они снова поругались.
А вот Мина, Алехандро, Руди и Муди все также общались в основном между собой, не отходя далеко от своих старших брата и сестры, Эшли и Хьюго. Семья Твиал, так их собирательно называла Карин, приехала в приют относительно недавно, 4 месяца назад, однако то, насколько все они были малообщительны, загоняло заведующую в тупик. Женщине, как и другим детям, пришлось немало потрудиться, чтобы они стали хотя бы чуть-чуть принимать участие в совместной деятельности. Просмотрев их досье, она пришла в шок. Это была тройка двойняшек: Эшли и Хьюго - самые старшие, в июле обоим исполнилось по 17; Алехандро и Мина - им в сентябре должно было исполниться 15, а также Руди и Муди - эти двое празднуют свой девятый день рождения в августе. История их попадания казалась нереальной, просто сюжетом из дешевого фильма ужасов, но для этих детей он стал повседневностью, частью их самих. У них был один отец и разные матери: старшие от первого брака, средние от второго, а младшие от третьего. Отец был директором цирка, поэтому своих детей с отклонениями, которые не принимались в обычном обществе, он решил использовать как развлечение для посетителей. Кто же не захочет посмотреть на девочку, не испытывающую боль, или мальчика, что теряет контроль над своим телом и будто отключается? А те, кто не мог принести доход, использовались как подсобные рабочие, невзирая на возраст. Каким способом детям удалось сбежать из того места, Карин не понимала, однако считала более хорошим исходом их попадание в приют. Несомненно, у государства были планы на него, но это лучше, чем быть рабом собственного родителя, если того человека можно было так назвать.
Обязанностью сопровождения детей оказалась того самого мужчины, который и привез Джоша, Марка Гурэтса. Еще при первой встрече он не понравился Карин, по его лицу было видно, что он страдает зависимостью от сигарет и алкоголя. Видеть подобного человека, который похож на ходячий труп, в деловом костюме было просто смешно. После той пощечины прямо перед воротами приюта мужчина побагровел от злобы, однако успеть что-либо возразить не успел. Карин в тот момент заботило лишь состояние маленького мальчика, поэтому она поспешно скрылась в здании. Лишь после пары часов она вспомнила, что Гурэтс остался на тротуаре, но, выглянув в окно, она увидела лишь одинокий уличный фонарь, вокруг которого исполняли свой незамысловатый танец мотыльки. К сожалению, позабыть о его существовании у нее не получилось, так как теперь ей приходилось его видеть при каждом приеме детей. Больше чем поиск подхода к каждом ребенку ее сбивало с толку внимание со стороны Марка. Этот пройдоха постоянно пытался привлечь ее внимание: цветы, конфеты, какие-то украшения. Пару раз он даже попытался надавить на жалость с помощью той самой пощечины или жалоб на трудность своей должности. На долгое время терпения Карин никогда не хватало,а с появлением шуток со стороны маленького Кайла оно и вовсе исчезло. Вследствие всего этого она старалась наиболее быстро спроваживать Гурэтса за порог.
Услышав скрип петель таких уже родных дверей, дети моментально перестали говорить между собой, а Карин собралась с духом для предстоящей битвы с ухаживаниями сопровождающего и составлениями отчетов для руководства.