Страничка прошлого
*Порой самые нелепые и необдуманные действия мы предпринимаем за мельчайшую долю секунды... (с) G. Amelie
Если часы не ошибались, а дни в календаре не забывали ежедневно переставлять, то это произошло третьего декабря, около шести часов вечера.
На улице не было ни души, что совершенно не свойственно столь оживленному району Лондона. Даже дворовые животные, вечно блуждающие по улицам в поисках милостыни людей, попрятались за уличными мусорными баками, тихо шурша и небрежно выбрасывая пластиковые, сверкающие впотьмах, бутылки, старые газеты и фантики от конфет. Обычно в это время огромные пробки машин выстраиваются в три-четыре ряда главной дороги, но сейчас ни пробок, ни машин и в помине не было, все будто застыло и унеслось прочь из этого города в потусторонний мир. Даже ветер, гоняющий стопки опавших листьев, внезапно сменил маршрут, резко свернув в другую сторону, максимально сторонясь этих местностей.
Сумерки. Солнце медленно скрывалось за горизонтом, унося вслед за собой теплоту дня, яркие, греющие лучи и радость жизни. В это время охватывает настолько сильная ностальгия, что хочется забыть о реальности и поддаться миру мечт, снов и воображения, просто отбросить повседневную суету.
Вдруг, томную идиллию нарушил размеренный звонкий стук женских каблуков. Высокая молодая девушка в чёрном плаще и жгуче-красных туфельках на тоненькой шпильке уверенно шла по дороге, заметно стараясь не привлекать всеобщего внимания, хотя сейчас здесь было совершенно некому обращать взоры на эту прекрасную особу. Девушка подошла к небольшому дому, уже на расстоянии от которого чувствовался сильный запах кардамона и прочих индийских благовоний. Она отворила калитку и не спеша, с замирающим дыханием приблизилась к двери, украшенной восточной резьбой. Зайдя в дом, сразу можно заметить склонность хозяев к восточным нравам. Повсюду висели разноцветные ткани с вышивкой из золотых нитей, красных, желтых, зелёных бусин. Некоторые гирлянды из бусинок всевозможных цветов отдельно висели на стенах, аккуратно лежали на верхушках шкафов, плавно скатываясь к полу. Фиолетовые плотные шторы с непонятным изображением дракона, вышитого золотыми нитями, извивающегося и выпускающего густые струйки огня, висели на огромных окнах, ещё больше утяжеляя интерьер комнаты. Деревянные украшения хозяева повесили на крючки и ручки дверей, на полу лежали богатые толстые ковры с запутанными узорами. Стоит только начать изучать закономерность рисунка, понять его последовательность, как он мгновенно меняет узор, переходит на совершенно другую логичность, путая и загоняя наблюдателя в тупик. Женщина, проживавшая в этом доме и полностью соответствующая его стилю, открыла не сразу, по пути проговаривая непонятные ругательства, скорее всего на каком-нибудь языке восточных стран.
—Скарлетт?—Удивлённо спросила женщина, вопросительно изогнув черные густые брови.—Не ожидала тебя здесь увидеть. Что-то случилось?—Цыганка жестом пропускала девушку в дом.
Скарлетт изящно сняла туфли и плавно ступила на теплый ковёр. —Не надо наигранно удивляться. Ты знаешь зачем я пришла.—Девушка уверенно взглянула на женщину, та же, мгновенно переменилась в лице.
—Конечно знаю.—Она продвигалась к столу, сжимая в руке деревянные бусы-оберег.—Люди приходят ко мне, чтобы узнать свою судьбу. Неужели я не смогла бы предвидеть это знаменательное событие?
—Ближе к делу.—Скарлетт последовала за ней.
Цыганка в пёстром, аж до ряби в глазах, платье расположилась перед небольшим столиком округлой формы, накрытым лиловой скатертью с причудливыми узорами.
Напротив расположилась изящная темноволосая девушка лет двадцати-двадцати пяти в кружевном черном платье, перчатках и красной шляпке, та самая прекрасная особа — Скарлетт, с которой уважаемый читатель недавно повстречался.
—Мне нужны подробности.—Присев, начала девушка.—И без скрытностей.
В камине шумели догорающие угли, наполняющие комнату теплым полумраком.
—Всем вам нужны были подробности. Да только потом все жалуетесь, что узнали их!—Женщина недовольно поморщилась, будто вспоминая какое-то неприятное событие.—Как же ты напоминаешь мне своего отца. Такая же темпераментная, постоянно нетерпеливая, жаждешь правды и приключений. Не удивительно, что ты кончишь свою жизнь также как и он: "в порыве приключений"...
—Я пришла не за информацией о своём будущем.—Скарлетт строго выпрямилась, не намереваясь церемониться с женщиной.—Меня интересует лишь...оно и противоядие.
—Ты действительно думаешь, что какое-то зелье предотвратит проклятие от её судьбы?
—Я уже не знаю, что мне думать.—Призналась она и виновато склонила голову.—Пожалуйста, сделай все возможное, но только спаси её, прошу...
Казалось еще чуть-чуть и она расплачется, но изо всех сил сдержав слезы, она вновь взглянула на женщину.
—Только не надо тут сырость разводить.—Женщина встала и прошла к входной двери, открыв её она вышла на улицу и скрылась из виду.
Скарлетт по-своему расценила это действие, видимо восприняв это как прогон и слёзы новым ручьём полились по её щекам.
—Ты идёшь или нет?—Женщина вопросительно встала, расставив руки "в боки"—Ритуалы не проводятся в такой среде.
Скарлетт радостно вытерла слёзы и кое-как надев туфли, выбежала из дома, мигом позабыв о грусти. Секунда, и дверь с шумом захлопнулась одним взмахом руки цыганки. Цыганка вертелась, ходила туда сюда, суетясь и что-то тихо проговаривая. Скарлетт оставалось молча наблюдать за ней, но к счастью или к сожалению продлилось это не очень долго и цыганка вновь зашла в дом. По пути Скарлетт показалось как будто кто-то следил за ней из кустов, но закрыв глаза и покрутив головой из стороны в сторону, видение исчезло. Волшебным образом обстановка в комнате полностью изменилась вплоть до обоев на стенах. Внутри теперь совершенно не было мебели за исключением круглого столика посередине комнаты. В этом казалось бы простом столе не было ничего особенного, но почему-то он манил к себе, может это было из-за того сильного запаха древнего дерева, или из-за необычной резьбы на нём, а может из-за шара в его центре, казалось бы тоже простого и невзрачного. Шар был стеклянным, запылившимся, будто потрескавшимся по краям, но внутри его светилось что-то фиолетовое, кажется это была прекрасная молодая роза. Свет по стеклянному вакууму будто исходил из самой сердцевины цветка. Секунда, и возле стола на маленьком стуле ювелирной работы уже расположилась цыганка, хотя теперь её трудно было так назвать: на ней не было того пёстрого платья из дорогих восточных тканей, а накинут был лишь черный и неприметный плащ из плотного материала, полностью покрывающего её фигуру и половину лица. В руках она по прежнему продолжала держать деревянные бусы-оберег, а на шее засветился жгуче красный кулон с изображением дракона.
"Тот самый",—В испуге пронеслось в голове у Скарлетт, но она сразу же попыталась собраться с мыслями и сосредоточилась на стеклянном шаре.
—Я очень долго не пользовалась шаром Антареса, поэтому я не думаю, что все будет так как надо.—Женщина косо взглянула на Скарлетт.—Нужно подписать договор на твоё согласие.
—Это зачем?—Недоумевая, спросила девушка.
—Нужно подтверждение, что именно ты сама согласилась проводить обряд, ведь этот шар не простая штука, и играть с ним, конечно, вовсе не стоит.
—То есть может ничего не получиться?—Скарлетт пугал её спокойный тихий тон, до ужаса пронизывающий слух, словно звук в двадцать герц.
Женщина ничего не ответила, видимо предпочитав сохранять правду в секрете. Её острый взгляд, недоброжелательное отношение и постоянно пугающий сознание вид, будто тень все время покрывает её с ног до головы, выдавали её саму за себя.
"Что-то не так",—Вновь и вновь мельком бегают мысли, но Скарлетт мигом откидывает их на задний план.
Женщина положила руку на шар плавным движением, закрыла глаза, и как будто почувствовав ток, отходящий от шара, дёрнулась всем телом. Она зловеще улыбнулась, сказав:
—Ты собираешься подписывать договор?
И как по волшебству перед глазами Скарлетт появилась бумага, обожженная, оборванная, исписанная мелким, но аккуратным почерком. Секунда, и возле документа оказалось перо; золотым было оно или нет, уже никому не известно, но Скарлетт отчетливо помнила его изящный пух и сотню тонких, словно ниточки, опахал, сверкающих в темноте ночи желтоватым отблеском. Перо подвигалось к руке девушки, намекая на определенное заранее действие. Секунда, и Скарлетт совершила роковую ошибку, навсегда изменяющую впоследствие её жизнь. Она подписала договор.
—Идеально.—Цыганка осторожно взяла бумагу и убрала в самый дальний ящик.
Она вновь положила руку на шар и начала бурчать что-то себе под нос, возможно заклинание или старое пророчество. Секунда, от шара в виде пыли начали отходить языки черного пламени, они плавно подкрадывались к Скарлетт и обвивались вокруг неё.
—Что происходит?—Девушка в истерике наблюдала за происходящим. Но женщина игнорировала её вопрос, в то время как черное пламя подобралось к самому сердцу девушки. В один миг она взлетела над черным облаком, а в шаре Антареса появилось нечеткое изображение райского острова. С каждой секундой картинка становилась всё ярче и оживлённее, а непонятное облако всё быстрее обхватывало Скарлетт. Создавалось впечатление, будто остров сейчас вырвется из магического пространства шара и разорвёт все вокруг.
—Ты обманула меня!—В сердцах закричала девушка.—Я же подписала договор на спасение моей дочери!
—Значит стоило внимательней читать его.—Женщина медленно вновь доставала из шкафчика бумагу.
—Последний раз спрашиваю, что происходит?
Цыганка тыкнула бумажкой в лицо Скарлетт, предварительно указав пальцем на нужную строку.
Прочитав, девушка побледнела.
—Твой конец.—Спокойно ответила женщина.
Черное облако окончательно захватило Скарлетт и унесло по направлению к шару, затягивая ее во внутрь. Секунда, яркая вспышка, и девушка рассыпалась на тысячи сверкающих, иссиня черных камней. В изображение унесло и камни, вскоре остров скрылся и в шаре вновь показался фиолетовый уголек.