Дети падшего солнца

Ступени вели все глубже и глубже в здание. Считая про себя пролеты, Майкл ощущал легкое чувство дежавю. Так было каждый раз, когда он спускался в дома во время вылазок. Лампа освещала всего на два метра вперед, чего чуть не хватало чтобы дотянуть от пролета до пролета. Оставалось только гадать, что же ждет его в этой темноте.

"Временами казалось будто я слышу шепот и вижу тени, не те, которые убивают неосторожных искателей, а самые обычные - тени людей. Я замечал их краем глаза, но стоило сконцентрироваться, как загадочные силуэты исчезали. Они словно живут своей жизнью, но вне нашего поля зрения. Кто-то подносил руку ко рту, затем убирал, кто-то играл с чем-то круглым, бросая его то вверх, то другому силуэту, а кто-то просто бездвижно стоял. Эта часть домов всегда больше всего пугала, но также, в ней больше всего чувствовался дух времени, которое мне не удалось застать."

По ощущениям спуск растянулся на часы, будто лестница и не собиралась заканчиваться. Отвлекшись на мгновение, Майкл потерял счет пройденных этажей, а свериться с их номерами на стенах не представлялось возможным, потому как они просто отсутствовали. Усталость, вскоре, тоже дала о себе знать, того времени, пока он дремал, было недостаточно, да и не отдохнешь особо тут, с одним открытым глазом. А ступени все не кончались, истязая своим количеством и однообразием. За каждым новым поворотом, крылся еще ряд, не освещаемый до конца, что давало надежду на то, что внизу ждет дверь, дыра или хоть что-то, помимо ржавых поручней и бетонных ступеней.

Шепот становился все громче и поначалу Майклу показалось, что он приближается к его источнику, но вскоре он понял, что это лишь игры его больного, истощенного разума. Наконец, измучанный бездонным спуском, герой рухнул на пол, тяжело дыша. Взглянув на верх, пусть и не зная сколько он прошел, Майк отогнал идею вернуться назад, ибо она казалась еще более бессмысленной, чем продолжить спуск. Отчаянье поглотило его разум, он оказался в ловушке, столь нелепой и скорее всего его собственной. Он забыл кто он, потерялся в своем собственном сознании, и нет ничего более сложного, чем найти выход из глубин своей души. Но знакомый звук раздался вновь, теперь ближе, чем когда герой был на крыше. И этот звук напомнил Майклу зачем он здесь. Его природа была неясна, но этот лязг послужил ориентиром, путеводной звездой, указавшей путь к заветной цели. Сорвавшись с места, Майкл миновал несколько пролетов и вылетел в длинный коридор с дверями по правому и левому боку. Он повалился на пол, обронив лампу. Перевернувшись на спину, Майкл оперся на локти и начал отползать от лестницы. Сердце колотилось как бешеное. Жадно глотая ртом воздух, он не мог поверить в то, что с ним только что произошло. Перед глазами то и дело всплывали силуэты, которые Майк видел на лестнице. Они тихо шатались из стороны в сторону и тянули к нему свои руки, будто зазывая вернуться в их маленький, бесконечно уходящий вглубь мирок. Со временем все они стали сбиваться в колышущуюся массу, беззвучно бурлящую, но не переходящую порог. Смотреть на это было невыносимо, но куда страшнее было отвести взгляд, ведь весь этот ужас мог схватить его и утащить туда, откуда Майкл с трудом выбрался. Это были тени, но не те, которые лязгуют по полу своими длинными ногами, не те, которые стремятся истребить все живое в их владениях. Эти - тихо плывут в темноте, и каждый пытается донести свой печальный фрагмент их общей истории. Будто кусочки пазла, один за другим они показывают тебе часть картины, увлекая и не оставляя пути назад. Но дальше они не шли, и Майкл понял это сразу, как только отошел от стресса. Он потянулся за лампой, взял ее и встал. Выпрямившись, он глянул еще раз в сторону теней, затем повернулся к ним спиной и стал отдаляться. Пройдя несколько десятков метров, он забеспокоился о том, что это коридор может быть как лестница, таким же бесконечным. Он достал резервный фонарик и установил его на максимальную дальность. К счастью, стена была видна, а значит это вполне обычный этаж. Такие термитники часто встречались, особенно в качестве остановок на маршрутах. На верхних этажах вполне можно было отдохнуть на обветшалых кроватях и под зорким присмотром товарища, что всяко лучше, чем на бетонной крыше. По дороге Майклу в голову пришла идея сверится с номерами квартир и определить этаж по ним, но все цифры были стерты. Проходя мимо дверей и проверяя каждую, не раз встречались заваленые мебелью, забитые досками и без ручек. Шуметь не очень хотелось, поэтому таким образом он просто двигался от квартиры к квартире. Так, дойдя до конца и не открыв ни одной двери, он выглянул в окно посветив в сторону земли фонариком на максимальной дальности. Луч тонул в темноте, не дотягивая - не до земли, не до соседних строений. Все эти события вновь посеяли сомнения в голове Майкла. То, что произошло с ним на лестнице, могло и не закончится, но лишь приобрести новую форму. Но выбора не было, он нехотя развернулся и направился в сторону лестницы, как вдруг, из-за его спины раздался щелчок. За Майклом оказалось небольшое пространство, между ним и стеной, хотя всего секунду назад он стоял к стенке почти вплотную. Также, там была и дверь, что медленно и со скрипом открывалась. Оттуда же раздался знакомый лязг, правда теперь больше похожий на звон стекла. С опаской зайдя в дверь, Майк стал бегло освещать небольшую квартирку лампой, ничего примечательного, подранный пыльный диван, книжный столик напротив, телевизор и пара книжных полок. Однако теперь, к неестественным звукам теперь добавился и вполне привычный, человеческий бубнеж. Он доносился из другой комнаты и войдя туда, Майк был крайне ошарашен. Спиной к проходу, на корточках, сидела до раздражения знакомая фигура. Только раздражаться было ни время, ни место. Через, казалось, немое удивление, Майкл смог выдавить всего одно слово.

- Рудий?

После этого, бубеж прекратился, а в воздухе повисла пугающая тишина.

***

Доктор медленно поднялся и развернулся лицом к Майклу. Жмурясь, он пытался разглядеть персону, что светила на него лампой. Но не сумев опознать стоявшего напротив человека, Рудий раздраженно пробубнел:

- Собственной персоной, а тебе бы, товарищ, свет приглушить. Не вежливо вот так, посреди ночи заваливаться в чью-то комнату, светя ему в лицо лампой.

Майкл щелкнул выключателем, переключив режим на ближний и опустил поток света, ниже, чтобы ученый мог его разглядеть. Протерев глаза, Рудий поднял взгляд, и прижался к стене. На его лице было нечто среднее между испугом и удивлением. Он несколько секунд таращился на стоявшего напротив Майкла, то и дело разглядывая его с головы до ног.

- Тебя тут быть не должно – наконец заговорил Рудий.

- Как и тебя – отпарировал Майк.

Доктор отслонился от стены и слегка наклонившись, начал медленно подходить к Майклу, внимательно разглядывая его. От неожиданности Майк отступил на шаг назад. Он согнул ноги в коленях, готовясь к чему-нибудь спонтанному со стороны ученого. Тот же, увидев что Майкл изрядно напряжен, остановился.

- Ты безумно интересный экземпляр. – Внезапно заговорил доктор. – Знаешь, а я ведь хотел ставить над тобой опыты, после того как ты вернулся из той вылазки. Даже твоего выхода из комы ждать не хотел. Мне было ужасно интересно, как такой незаурядный пацан как ты, смог прогулочным шагом пройтись по гиблой земле, да еще и среди теней. Но мне не дали, твой чертов доктор не позволил мне. Сказал, что ты больше, чем простая подопытная крыса. Я не стал настаивать, и как вижу, не зря.

Рудий внимательно следил за реакцией Майкла на такие слова, и она была ожидаемой. Майкл не понимал, о чем тот говорит. Но гораздо больше его волновал другой вопрос.

- Что такой важный ученый как ты, забыл в этом дряхлом здании?

- Ищу редкие образцы, тупица. – С усмешкой сказал Рудий.

- Почему бы для этого не использовать искателей? – Продолжал расспрашивать Майк.

- Эти бестолковые детки не в состоянии отличить кусок бетона от аномалии вызванной трагедией. Да и все очевидное, уже доставили, за столько-то лет, но ответов больше не становится, в отличии от вопросов. Вот кстати один, откуда ты тут взялся?

Рудий подошел почти в плотную, но Майкл снова попятился. Увидев это, Михаил сделал полшага назад.

- Я ищу доктора. Спустился сюда, потому что услышал подозрительный шум, слишком не похожий на теней.

- Ну как видишь, теней тут нет, только ты да я – Вновь усмехнулся Рудий.

Какое-то время он улыбался, но потом внезапно помрачнел и задал крайне неожиданный вопрос.

- Так ты разыскиваешь доктора, снова? Ты ведь уже нашел его, не так ли?

- Что это значит? – Майкл растерялся. – Я только недавно покинул наше убежище, и мы там встречались, ты ставил какие-то опыты над глазами. Как ты вообще добрался сюда раньше меня?

Это было похоже на очередную издевку, но лицо ученого было серьезным, не похоже было что он шутит. Все вокруг вдруг стало расплывчатым, какое-то время Майкл мог видеть только лицо Рудия, на котором зияла жуткая ухмылка.

- Так ты не знаешь – сказал ученый, глядя парню в глаза – это все меняет, колосально

Голос становился все более и более глухим и неразборчивым, как и все остальное.

- Точно! – Воскликнул ученый – Кажется я догадываюсь в чем тут дело.

Речь оборвалась, так и не дав ответ, на возможно самый серьезный вопрос в жизни Майкла. Он рухнул на землю, потеряв сознание.

.***

Майкл очнулся в той же комнате, лежа на кровати без матраса, совсем один. Пока он говорил с Рудием, не было времени разглядеть помещение, но сейчас его было достаточно чтобы изучить место их встречи. Лампа лежала на табуретке рядом с кроватью так, чтобы была видна дверь, так же был виден небольшой шкаф и пара ободранных кресел в освещенных углах. Голые стены, провод торчащий из потолка, а над шкафом висел чей-то изрядно пожранный временем портрет. Рюкзак стоял возле табурета, на первый взгляд все выглядело так, будто здесь был обычный привал, а не неожиданная встреча между беглецом-искателем и уважаемым ученым. Усевшись на кровать, Майк стал обдумывать все то, что успел сказать ему Рудий. Но как бы он ни старался, никак не мог найти связи и логики в этих словах. Будто, этот яйцеголовый знал то, что Майклу еще предстоит узнать. Что значили те слова? "Ты ведь уже нашел его, верно?" Что он имел ввиду? И к сожалению, ответ на этот вопрос можно получить лишь при их очередной встрече. Надо было двигаться дальше. Майкл встал с кровати и уже было потянулся за рюкзаком как вдруг заметил то, что его очень насторожило. Рюкзак не просто был брошен рядом с кроватью. Он стоял таким образом, чтобы в случае опасности, его можно было моментально подхватить и сбежать. Свет от лампы тоже падал чуть иначе, он равномерно освещал расстояние по левую и правую стороны от входа. Таким образом невозможно было войти внутрь и попасть в слепую зону Майкла. Встав с кровати и взяв лампу, он начал осматривать ранее неосвещенные части комнаты, все те же голые стены, за исключением настеж открытого окна, аккурат над табуретом, на котором лежала до этого лампа. Отодвинув стул в сторону, Майкл подошел к окну и обнаружил что из него свисает трос, уходя на несколько этажей вниз, а затем и вовсе теряясь в темноте. Другой конец был привязан к ножке кровати. Подергав за спинку, Майкл убедился, что кровать твердо прикручена к полу, затем отвязал трос, скрутил и положил в рюкзак.

" Эта комната точно была подготовлена к ночлегу таким образом, чтобы можно было сбежать если появится тень, но почему я не помню, как готовил ее и ложился спать?"

Майкл вскинул на плечи рюкзак, и подошел к двери. Взявшись за ручку, он нас секунду замешкался

"Мне не могло все это привидеться"

Отпустив ручку, Майкл развернулся и подошел к месту, где сидел Рудий, напротив двери. Тогда не было видно, чем он был занят, но сейчас можно быловзглянуть, может быть остались какие-то следы. Присев на корточки и плавно водялампой из стороны в сторону, Майкл начал осматривать это место, но ничего кромепотрескавшейся, голой стены и валяющихся под ней обоев, он не увидел. Встав, он развернулся ипошагал к двери, открыв ее и выйдя в прихожую, Майкл сразу же направился квыходу, но в коридоре, всего в нескольких метрах от двери, он заметил нечтонеобычное для данной ситуации. От стенки до стенки, примерно на уровне егоколеней, висела веревочка, а на ней были подвешены банки и несколько бутылок.Обыкновенная растяжка, если бы появилась тень, то она бы задела растяжку, иуслышав грохот, Майкл бы успел схватить рюкзак и сигануть в окно. Обычное дело,но не сегодня. Он помнил, как пришел сюда, помнил этот коридор, и помнил, чторастяжки здесь не было. Он помнил громкий лязг, помнил, что шел на него, помнилбесконечный спуск по лестнице и разговор с Рудием, но тут не висела эта чертоварастяжка. Он не ставил ее, и уж точно ее не ставил ученый, такая забота ему несвойственна, так почему все выглядит так, будто никого кроме Майкла здесь небыло с самого начала?