Пандемониум тьма в твоих глазах

Доктор Анатолий Андреевич Сикорский действительно не знал, что ему делать с Алисой. Как вернуть ей память? Он испробовал все, но ни одна из методик лечения не дала ощутимых результатов. Эта девушка была ходячей загадкой! Иногда ему казалось, что ее личность стерта искусственно и от нее не осталось совершенно никаких следов. Будто Алиса никогда и не жила вовсе.

Даже самых мелких обрывков каких-либо воспоминаний не сохранилось в ее голове. Это была совершенно новая личность, совсем недавно родившаяся в уже взрослом, сформировавшемся теле.

Но Анатолий Андреевич не собирался опускать руки, ему всегда нравилось решать сложные задачи. Сикорский много общался с коллегами-психиатрами, отправлял запросы в различные исследовательские институты, специализирующиеся на психиатрии, пока наконец ему не посоветовали одну хорошую специалистку из компании «Сефира». Случилось это несколько дней назад.

По слухам, психиатр постоянно жила и работала в Европе, но периодически посещала разные города и страны, где требовались ее услуги. По счастливой случайности она сейчас была в Санкт-Эринбурге, и Сикорский просто не мог упустить такую возможность. Позвонил помощнице специалистки, описал суть проблемы и пригласил ее в «Темные аллеи», чтобы она сама осмотрела Алису. И вот день визита настал. Вечером, когда солнце опустилось за линию горизонта, доктор Сикорский встречал именитую гостью у ворот лечебницы.

После заката мороз стал значительно крепче. Ветер раскачивал обнаженные черные ветви деревьев, растущих по обе стороны дороги, ведущей к «Темным аллеям».

Анатолий Андреевич зябко поежился, приподнял меховой воротник своей куртки. Он вдруг заметил, что на ветвях ближайших деревьев расположилось несколько десятков крупных ворон.

Птицы сидели в абсолютной тишине и молча, нахохлившись, следили за ним бусинками глаз. Сикорскому стало как-то не по себе.

Но по дороге уже плавно катила дорогая черная машина, только что вырулившая из-за поворота. Доктор Сикорский близоруко прищурился. Он разглядел, что за рулем сидит мужчина. Другие окна в машине были затонированы.

Автомобиль остановился. Водитель вышел и открыл заднюю дверь с правой стороны, затем услужливо подал пассажирке руку и помог ей выбраться. Но на заднем сиденье она была не одна. Доктор Сикорский двинулся навстречу гостям. По его сигналу охранники открыли стальные створки ворот клиники. Когда он приблизился, у машины уже стояли трое: две женщины и мужчина.

– Профессор Сэнтери, – радушно воскликнул Анатолий Андреевич. – А мы так давно вас ждем. Наши европейские коллеги очень хорошо отзывались о вашей практике. Очень рад, наконец, познакомиться.

Одна из женщин, самая старшая из троицы, вышла вперед и сдержанно улыбнулась, затем подала руку, затянутую в черную перчатку из мягкой кожи.

– Взаимно, господин Сикорский, – произнесла она с едва уловимым акцентом. – Признаться, ваш случай сильно меня заинтриговал. Буду рада, если мои знания окажутся вам полезны. Я люблю принимать вызов, но еще больше мне нравится одерживать победу.

– Профессор...

– Можете называть меня просто Цирцея. – Черные глаза женщины хищно сверкнули. – Думаю, мы с вами подружимся.

– О, тогда я для вас просто Анатолий, – расплылся в довольной улыбке Сикорский и покосился в сторону охранников, слышавших каждое их слово.

Цирцея Сэнтери выглядела лет на сорок пять. Ее холеное бледное лицо было словно выточено из мрамора, большие темные глаза внимательно изучали внезапно разволновавшегося Сикорского. Роскошные черные волосы с небольшой проседью волнами ложились на плечи, практически сливаясь с густым блестящим мехом, из которого была сшита ее длинная шуба.

– Познакомьтесь с моими помощниками, – представила Цирцея своих спутников. – Влад и Виолетта.

Водитель Влад тоже был красив и бледен, словно никогда не выходил на солнце, и носил длинное черное пальто, подчеркивающее высокую, стройную фигуру. Его виски были коротко выбриты, длинная серебристо-белая челка, небрежно зачесанная назад, открывала гладкий высокий лоб. Сикорский подумал, что с такой привлекательной внешностью парень мог бы работать манекенщиком, а не ассистентом психиатра.

Красавица Виолетта также выглядела нестандартно. Ее волосы были выкрашены в черный и ядовито-желтый цвета и собраны в два коротких легкомысленных хвостика на макушке. На круглом кукольном личике девицы выделялись огромные глаза и ярко-красные губы. Короткая шубка ярко-розового цвета едва прикрывала бедра, руки были затянуты в кожаные перчатки, стройные ноги в ботфортах на огромных острых шпильках казались еще длиннее, чем были на самом деле.

– Итак, где она, ваша странная пациентка? – спросила Цирцея, смерив доктора Сикорского насмешливым взглядом. – Мне уже не терпится ее увидеть.

– Я вас провожу. – Анатолий Андреевич, спохватившись, предложил странной троице следовать за собой.

Они вошли в главный корпус клиники и двинулись по длинному лабиринту из мрачных извилистых коридоров. Вооруженные дубинками и электрошокерами охранники открывали перед ними двери и тут же запирали снова за их спинами. Пациенты угрюмо наблюдали за ними сквозь зарешеченные оконца в дверях своих камер.

– Вас мне очень рекомендовали, госпожа Сэнтери, – лебезил на ходу Сикорский. – Говорили, что вам приходилось справляться и не с такими сложными случаями, как этот.

– К чему разводить церемонии? Теперь, когда рядом нет лишних ушей, нам можно не таиться, – с прохладцей произнесла Цирцея. – Вам прекрасно известно, кто я и откуда прибыла. Рада, что мы с вами нашли общий язык, Анатолий Андреевич. Ваш предшественник, профессор Дубровский, работавший в «Геликоне», был не таким сговорчивым.

– И все мы помним, к чему его это в конечном итоге привело, – хмыкнул доктор Сикорский. – Я, знаете ли, никогда не откажусь от лишнего заработка. Тем более платят нам здесь сущие копейки. По крайней мере, свою зарплату я точно не считаю достойной.

– Ах, эти вечные денежные проблемы, – хихикнула Виолетта и закатила глаза.

  – У меня два высших образования! – строго заявил ей Анатолий Андреевич. – Десятки научных трудов, сотни публикаций. Меня отлично знают в научных кругах! И чего я смог добиться? Управляю тюрьмой для сумасшедших преступников, а Департамент безопасности не ставит меня ни в грош! Разве для этого я учился столько лет? Знали бы вы, как меня бесят все эти сумасшедшие. Да еще эти наглые следователи, которые являются сюда в любой момент, даже не предупредив о визите! Позеры и выскочки! – Анатолия Андреевича словно прорвало, он продолжал горячиться. – Я всегда мечтал заниматься научными исследованиями и помогать людям! Но власти отказываются финансировать мои эксперименты в области психиатрии. Им гораздо выгоднее держать меня в качестве надзирателя над этими сумасшедшими бандитами. Поначалу я сильно расстраивался, психовал. Но потом один мой коллега дал мне отличный совет – сменить работу либо свое отношение к ней. Я выбрал второе, и теперь меня ничто, кроме денег, не интересует. А ваша организация пообещала действительно хорошее вознаграждение за сотрудничество.

– Этих денег вам вполне хватит на реализацию всех задуманных экспериментов, – согласилась Цирцея Сэнтери. – Вы предупредили своих коллег о нашем визите?

– Конечно! И их, и представителей Департамента безопасности. И я почти сказал им правду. Вы ведь действительно хороший специалист в области психиатрии. А то, что мы преследуем лишь свои собственные интересы, касается только нас и никого больше.

– Отлично! Значит, лишних вопросов у персонала не возникнет. А теперь расскажите мне подробнее о вашей пациентке. С чем нам предстоит иметь дело?

– Девица живет у нас уже несколько недель. Ее нашли на трассе между Клыково и Санкт-Эринбургом. Она брела в сторону мегаполиса, ничего при этом не соображая. При попытке задержания оказала сильное сопротивление, несколько полицейских попали тогда в больницу...

– Вот как? И что же она с ними сделала? – заинтересовалась Виолетта.

– Она совершенно ничего не помнит о своем прошлом, но у нее есть явные задатки специалиста по восточным единоборствам, – пояснил доктор Сикорский. – Ударами ног повалила на землю несколько полицейских, головой одного из парней разбила лобовое стекло патрульной машины. Как итог, у всех участников задержания сильнейшие порезы и ушибы, даже несколько переломов. Девчонку удалось скрутить только после удара электрошокером.

– Она мне уже нравится, – недобро рассмеялась Виолетта.

– За время ее пребывания здесь у нее были еще подобные припадки? – спросила Цирцея.

– Нет, – покачал головой Сикорский. – За все время, что она находится у нас под наблюдением, таких приступов агрессии не было. Она знает лишь свое имя и ничего больше. Несколько раз мы отправляли запросы о ее личности в полицию и другие инстанции, но это ни к чему не привело. Ее отпечатков пальцев нет ни в одной базе данных, как и образцов ДНК. Она будто вообще никогда не существовала. А теперь ее имя всплыло в одном полицейском расследовании, и следователям позарез нужно, чтобы к ней вернулась память. Однако эта девушка совершенно ничего не помнит о своем прошлом. Мы не прекращаем терапию по восстановлению ее памяти, но пока это ни к чему не привело. Поэтому и решили обратиться к более квалифицированным специалистам. Так я вышел на вас. Или вы вышли на меня.

– Восточные единоборства... Это и правда весьма занимательный случай, – процедила Цирцея. – Все мы знаем о том, что творилось в Клыково примерно в то же время, когда девчонку схватили. Есть у меня некоторые подозрения на ее счет, в которых я должна удостовериться. Вы правильно сделали, что связались с нами, Анатолий Андреевич. Гарантирую, что свою награду вы получите. Но для начала я все же должна увидеть пациентку.

Алису они нашли в библиотеке. Девушка сидела за белым пластиковым столом и молча смотрела прямо перед собой. Кроме нее, в читальном зале никого больше не было.

– Алиса, – мягко обратился к юной пациентке доктор Сикорский. – Познакомься с нашими гостями. Это госпожа Сэнтери, отличный специалист в области психиатрии. Она специально приехала сюда, чтобы попытаться помочь тебе все вспомнить.

Алиса перевела на него затуманенный взгляд, затем, будто очнувшись, резко вскочила из-за стола и испуганно уставилась на Цирцею Сэнтери и ее спутников.

Испуг девушки был понятен. Выглядели посетители совсем не как врачи, которые к ней обычно приходили. От этой троицы веяло чем-то темным и зловещим.

– Ну здравствуй, милая, – холодно улыбнулась девушке Цирцея. – Рада с тобой познакомиться. Тебе не нужно нас бояться. Мы здесь, чтобы тебе помочь.

Она медленно стянула с правой руки перчатку и потянулась к Алисе. Но девушка опасливо попятилась от нее к большому зарешеченному окну. На костлявом безымянном пальце Сэнтери сверкнул крупный перстень из блестящего черного камня, выточенного в виде человеческого черепа с оскаленными клыками. Увидев кольцо, Алиса перепугалась еще сильнее. Доктор Сикорский внимательно наблюдал за реакцией девушки. Перстень определенно был ей знаком, и она буквально нутром чуяла, что от его владельца не стоит ждать ничего хорошего.

– Не подходите ко мне, – угрожающе буркнула Алиса, – иначе я за себя не ручаюсь.

– О, я не причиню тебе вреда, – произнесла Цирцея, продолжая медленно приближаться. – Наоборот, я постараюсь вернуть тебе утраченное. Ведь, что и говорить, – добавила она вполголоса, – мы тоже в этом заинтересованы...

– Нет, – испуганно замотала головой Алиса, вжавшись спиной в стальную решетку, закрывающую окно. – Не подходите, слышите?!

– Чего ты боишься, глупая? – начала терять терпение Цирцея. – Разве ты не хочешь узнать правду о себе? Узнать, кем ты являешься на самом деле?

– Я не знаю, кто я сейчас, – глухо забормотала Алиса, тряся седыми волосами. – Конечно, примерно знаю, кем я была этим утром, когда встала с постели... Но теперь я то такая, то сякая... Одним словом, какая-то не такая...

– Что за ерунду она там лопочет? – нахмурил серебристые брови Влад.

– Это же цитата, – хихикнула Виолетта. – Из «Алисы в Стране чудес», если я не ошибаюсь. А она не такая дура, какой хочет казаться.

– Все верно, – вздохнул доктор Сикорский. – Это ее любимая книга из нашей библиотеки. Иногда на нее что-то находит, и она начинает сыпать цитатами из этой дрянной книжонки.

– Все страныпе и страныпе, – твердила Алиса. – Все любопытственнее и любопытственнее...

– Тяжелый случай, – недовольно протянул Влад. – И как вы сами до сих пор не свихнулись, доктор, в окружении всех этих ненормальных?

Доктор Сикорский лишь развел руками, а Алиса вдруг проговорила:

– А нормальных в этом мире вообще не бывает. Ведь все такие разные и абсолютно друг на друга не похожи. И это, по-моему, нормально.

– Ну хватит этого цирка! Иди ко мне, девочка, – жестко сказала Цирцея Сэнтери, теряя терпение, и снова протянула Алисе руку. – Сюда! Живо!

– Я не хочу! – истерично воскликнула пациентка.

– А я не хочу больше слушать этот бред. Взять ее, – коротко приказала Цирцея.

Ее помощники бросились к перепуганной Алисе.