Можжевеловый раф
Я пришла в кофейню после второй пары. В это время обычно было затишье: взрослые на работе, им для завтрака уже поздновато, а для обеда слишком рано (да и какой обед в кофейне — так, перекус). Дети ещё учатся в школе. Остаются только студенты, но откуда у нас лишние деньги на кофе с десертом?
Попросила Лизу приготовить мне капучино. Она кивнула, и принялась колдовать. Вспенив молоко, она принялась что-то вырисовывать на поверхности напитка, чуть ли не касаясь его носиком питчера.
Я заворожённо смотрела на неё.
— Что, настолько интересно? — спросила она, ставя кружку на прилавок.
— Очень!
— Хочешь, научу?
— Правда?! — выкрикнула я почти на всё кафе.
Лиза засмеялась.
— Только кофе допей. Остынет — будет невкусно.
Пока я наслаждалась своим напитком, Лиза налила в питчер воду с моющим средством и начала её взбивать. Сначала я подумала, что это такой способ помыть капучинатор, но всё оказалось гораздо проще.
— Мы с тобой столько кофе не осилим, а выливать жалко. Так что будем тренироваться на воде.
Она налила в кружку немного воды и для цвета капнула туда соевого соуса, оставшегося после вчерашних суши. Теперь всё было готово к нашей практике.
Нарисовать сердечко оказалось легче, чем я думала, хотя над аккуратностью, конечно, стоило поработать. Потом Лиза показала мне ещё несколько техник, и где-то через час у меня в кружке было нечто похожее на работу настоящего бариста.
— Ты молодец. Ещё пара уроков по варке кофе, и сможешь начать работать за баром, — пошутила она. — Правда, тогда нам нужен будет новый работник зала...
Её слова заставили меня задуматься о том, чем я хотела бы заниматься после университета:
«Кофе звучит интересно, но как понять, что это моё?»
Вечером, когда почти все гости уже разошлись, я всё же решила спросить:
— Слушай, как давно ты работаешь?
— М-м, — задумалась она. — Наверное, года четыре уже.
— А почему именно кофе?
— Тебе длинную историю? Или без деталей?
Я оглядела зал. Никому из оставшихся гостей, похоже, не нужна была моя помощь.
— Давай длинную.
— Ну, если что, я предлагала... — хихикнула она. — У моих родителей есть один хороший друг, дядя Миша. Когда ему исполнилось 40, он вдруг купил себе оборудования на сотни тысяч и начал варить кофе. Мои часто к нему ходили, и вот однажды взяли меня с собой. Помню, дядя Миша провёл мне целую экскурсию с дегустацией. Разницу между «качественной арабикой» и маминым кофе из турки я, конечно, не ощутила. Гораздо большее впечатление на меня произвели горящие глаза дяди Миши. Страсть, с которой он рассказывал про каждую мелочь, так меня вдохновила, что я попросила у родителей кофеварку на день рождения. Они не были готовы покупать мне столь же дорогие приблуды, но какой-то минимальный набор для старта обеспечили. Так и понеслось...
— Здорово... А как ты потом попала в «Сову»?
— Я с прошлого года готовлюсь к чемпионату бариста. Там требуются авторские напитки, а возможности экспериментировать в прошлой кофейне у меня не было: всё слишком строго. Настя предложила мне должность вместе с полной свободой самовыражения. Я даже сама создавала меню.
— Погоди, у нас же нет авторских напитков?
Я судорожно пыталась вспомнить, есть ли у нас в меню хоть что-то необычное, но ничего не приходило на ум.
— Ещё нет, — улыбнулась Лиза. — Мы решили пока начать с простого: мне придётся проверить свои напитки на людях, прежде чем я смогу добавить их к остальным.
Я задумалась. Кажется, я и правда видела, как гости дегустируют что-то у бара.
— Если интересно, я могу приготовить для тебя свой фаворит.
— Только если он без мёда.
Через несколько минут я получила свою большую кружку с плотной кремовой пеной. Напиток пах хвойным лесом. На вкус — как будто пожевала ёлку. И кедровые орехи.
Странно. И вкусно. Но очень странно.
— Лицо твоё, конечно, — сквозь смех произнесла Лиза. — Не нравится?
— Нравится, — кивнула я. — Просто необычно.
— Значит, я всё сделала правильно, — подмигнула она.