23
Прошло десять дней, и вот уже они закончили среднюю школу.
Лекси стояла в толпе выпускников, глядя на море складных стульев, выставленных в спортивном зале.
Под баскетбольным кольцом стоял директор Йейтс и, размахивая руками, рассказывал, как пройдет церемония, но его слушала всего горстка ребят. Остальные смеялись, болтали, толкались.
— Вы покинете зал в алфавитном порядке, пройдете вдоль открытых трибун и свернете на футбольное поле — если будет солнечно. Если нет, останемся здесь, в зале, — говорил директор. — Итак, давайте прорепетируем. Джейсон Аднар, ты начинаешь шествие…
Лекси прошла по указанной траектории, выяснила, где ее место. Репетиция заняла весь шестой урок, а когда закончилась, их отпустили по домам. Весь класс высыпал из зала, как в каком-нибудь мюзикле, когда ребят распускают на летние каникулы.
Она и Зак нашли друг друга, даже не очень стараясь, словно по эхолоту. Просто один знал, где сейчас находится другой, а разлуку они не могли вынести. Все казалось в эти дни таким важным, таким значимым. Окончание школы. Летние каникулы. Колледж. Иногда Лекси могла уцепиться только за текущую минуту, любовь к Заку и дружбу с Мией. Все остальное менялось.
Зак взял ее за руку, и они пошли через школьный двор. На парковке для учеников он открыл перед ней дверь «мустанга».
— Где Миа? — спросила Лекси.
— Ее заберет мама. Они сегодня после школы хотят почистить перышки.
— Мии это пойдет на пользу. — Лекси села в машину.
Зак скользнул на сиденье водителя и посмотрел на нее.
— Мне нужно тебе кое-что сказать.
— Что?
— Не здесь.
Лекси напряглась. Потянулась к нему и уцепилась за его руку, словно утопающий, впрочем, так оно и было с самого начала. Всю дорогу из города в парк Ларивьер она не проронила ни слова.
В парке он остановился на их обычном месте и выключил мотор. Она ждала, что он откроет дверцу, но Зак остался на месте и повернулся к ней. Зеленые глаза его блестели от слез.
— Что? — прошептала она.
— Я люблю тебя, Лекси.
Он собирался с ней порвать! Этого следовало ожидать, как и быть готовой к разрыву. Ей хотелось сказать: «Знаю, что любишь», но она не сумела, у нее словно битое стекло было на языке.
— Я хочу поехать в Сиэтл вместе с тобой. Снимем квартиру.
— Погоди. Что такое? Ты хочешь учиться вместе со мной в местном колледже?
— Не хочу с тобой расставаться, Лекс.
Она испытала такое облегчение, что невольно вздрогнула.
Он поцеловал ее мокрую щеку, вытер свои глаза, стыдясь слез, которые были для нее дороже всех бриллиантов.
Держась за руки, они вышли из машины, дошли до своего места возле прибитых к берегу коряг и опустились на песок. Волны с шумом накатывали на берег, и этот звук, казалось Лекси, был как напоминание о первой любви. Взглянув на Зака, она чуть снова не расплакалась.
Он начал мечтать вслух. Говорил об их жизни, квартире, которую они найдут, и работе, которую получат. Он говорил всерьез, от первого до последнего слова, и она любила его за это еще больше, хотя понимала, что одного желания тут недостаточно.
— Миа, — только и сказала она. Ей не хотелось напоминать ему о сестре, но разве она могла бы считаться хорошей подругой в таком случае? Она любила Мию не меньше, чем Зака.
— Что я делаю? — вздохнул Зак и посмотрел мимо нее на волны. Потом снова повторил чуть тише: — Что я делаю?
— Думаю, нам даже не следует говорить об этом, Зак. Какой смысл?
— Но все могло бы получиться. Разве нет? Мы могли бы снять квартиру в Сиэтле. Все трое. И проучиться годик или два в центральном местном колледже Сиэтла, чтобы затем перевестись в университет. Я все равно попаду в хорошую медицинскую школу. Ведь не только университет Южной Калифорнии дает хорошее образование.
Она вдруг почувствовала себя ребенком, который держит в руках воздушный шарик, а тот легко поднял ее в воздух. У Зака в мечтах получалось все здорово; несколько драгоценных мгновений она сама верила, что это возможно. Но потом он сказал: «Я собираюсь рассказать о своих планах родителям», и она выпустила из рук ниточку и упала обратно на землю.
— Пока не надо, — попросила она, крепче прижимаясь к Заку. Вместо слов она принялась его целовать и целовала, пока в ее глазах не высохли слезы. Ее руки и губы сказали ему о том, как сильно она его любит.
Позже они лежали, обнявшись, и слушали шум прибоя, глядя, как лазурное небо начинает темнеть.
В конце концов день постепенно начал клониться к сиреневому вечеру, им пришлось покинуть свой мирок под стеклянным колпаком, где вид всегда один и тот же и куда никто не может проникнуть.
Лекси держала его за руку всю дорогу домой, боясь выпустить. Когда они свернули на Найт-роуд, напряжение возросло, превратившись в головную боль, которая никак не проходила.
Она любила Зака, но он ничего не знал про разочарование. Ему всегда все легко давалось. Ничего другого он не ожидал.
Она прочла это по его лицу, на котором застыла решимость, что очень не вязалось с его красивыми чертами; он был словно мальчишка, сунувший ноги в отцовские туфли и делающий вид, что они подходят по размеру.
— Ты готова сделать это? — спросил он, обходя машину.
— Нет.
Он уверенно улыбнулся:
— Все будет нормально. Вот увидишь. Пошли.
Она позволила ему повести себя за руку в дом.
Майлс и Джуд лежали на диване, каждый читал свою книгу. Миа растянулась на боковой секции, смотрела телевизор. В розовой толстовке с капюшоном, мешковатых спортивных штанах и зеленых шлепанцах она напоминала маленькую девочку, играющую в модницу. Но стоило заглянуть в ее красные глаза, и сразу становилось ясно, как ей больно, какая она беззащитная.
Миа поднялась с дивана.
— Привет, ребята, — сказала она, улыбаясь чересчур весело.
У Лекси заныло сердце; она видела, что Миа старается быть сильной. Подойдя к подруге, она крепко ее обняла.
— Ты в порядке?
— Да, — сказала Миа. — Или скоро буду. Перестаньте обо мне тревожиться.
— Ма! Па! — сказал Зак, выходя вперед. — Мне нужно с вами поговорить.
Джуд резко подняла голову, и Лекси вдруг вспомнила передачу о природе, в которой какой-нибудь зверек наступает на ветку, а хищник внезапно вскидывается. Именно так встревоженно Джуд сейчас смотрела.
— Хочешь с нами поговорить? Что-нибудь случилось? — Она быстро поднялась, подошла к сыну.
Зак глубоко вздохнул.
— Я не поеду учиться в Калифорнию. Я хочу, чтобы мы все трое отправились в Сиэтл, в центральный местный колледж. Что скажешь, Миа? Мы могли бы снять квартиру.
Джуд окаменела.
— Что? — Майлс вскочил. — Мы оплатили твой депозит за учебу. Сумма не подлежит возврату. Черт возьми, Зак…
— А я не просил вас платить, — резко ответил Зак.
— Но ты и не просил нас не платить, — возразил Майлс. Он стоял рядом с женой, побледневшей как полотно. — Вот что я тебе скажу: я не собираюсь платить ни за какую чертову квартиру. Если хочешь упустить свой шанс, валяй, но расплачивайся сам. Посмотришь тогда, как весело будет учиться в коллед же, когда придется работать полный день и оплачивать собственные счета.
— Это несправедливо! — возмутился Зак. — Нельзя же…
— Хватит, — прошипела Джуд. Вид у нее был потрясенный. — Я просто не понимаю. Объясни нам, Зак.
— Зак, — сказала Миа, хмурясь, — значит, ты не поедешь со мной учиться?
— Я не могу ее оставить, — сказал он убитым голосом.
— А меня ты можешь оставить? Можешь? — Миа расплакалась.
— Нет. Я хочу, чтобы ты поехала с нами. Я же сказал, — ответил Зак. — Перестань, Миа…
— Какой у меня выбор? — рыдала Миа, глядя то на Зака, то на Лекси. — А ведь ты моя подруга. — И она помчалась к себе наверх.
Зак выбежал из комнаты за сестрой.
Лекси почувствовала на себе взгляд Джуд, которая явно осуждала ее, обвиняя во всем, что произошло. Лекси была готова сквозь землю провалиться.
Эта семья так много для нее сделала, так много ей дала, и вот теперь она виновата в их неприятностях. Ей понадобилась вся ее смелость, чтобы взглянуть в лицо Джуд.
— Не сердитесь на меня, — прошептала она, сжимая руки. — Прошу вас.
— Ты сама не понимаешь, что наделала, — сказала Джуд. Голос ее дрожал, в лице ни кровинки.
— Я ничего не сделала. И моей вины тут нет.
— Разве?
— Я не просила его об этом. Он сам так решил.
— Подумай о Мии, а не о себе и Заке. Ты же знаешь, какая она способная и какая застенчивая. Что, если вы на самом деле поселились бы вместе? Сколько времени прошло бы, прежде чем вы с Заком начали ее игнорировать?
— Этого бы ни за что не случилось.
— Ты так думаешь? А мне кажется, это уже произошло. — Джуд помолчала, и лицо ее немного смягчилось. — Прости! Не хочу тебя втягивать во все это. Но если они не поедут в Калифорнию, то пожалеют об этом и рано или поздно начнут винить тебя.
Лекси неприятно было слышать правду, заключавшуюся в этих словах.
— Поговори с ними, — сказала Джуд, так крепко сжимая руку Лекси, что у нее побелели костяшки.
Лекси хотела отказаться, сославшись на то, что сама не знает, как поступить, но она знала. Некоторые шаги очевидны. Она уже совершила одну ошибку, рискнула своей дружбой с Мией, чуть не лишившись расположения всей семьи. А потом, как сейчас, например, ее ослепили любовь и желание. Но больше такой ошибки она не повторит.
Лекси развернулась, пересекла комнату, внезапно показавшуюся ей огромной, и стала подниматься наверх по лестнице. Оба были в комнате Мии — стояли друг напротив друга, как статуи, и молчали.
— Привет, — сказала Лекси.
Они повернулись одновременно с абсолютно одинаковым выражением лица.
— Как бы мне хотелось быть сильной, — сказала Миа.
— Ты сильнее, чем думаешь, — сказала Лекси, входя в комнату. Зак протянул к ней руку, но она увернулась. — Но сейчас речь не о том.
Миа начала плакать.
— Я так мечтала об университете Южной Калифорнии!
— Ты можешь поехать туда и без меня, — сказал Зак, и Лекси чуть его не расцеловала за такие слова, но она услышала, как дрогнул его голос, увидела раскаяние во взгляде.
— Я бы, кажется, убила за возможность учиться в Южнокалифорнийском университете, — тихо сказала Лекси. — Я бы все отдала. — Она смотрела то на одну, то на другого и поражалась их схожести. — Вам, ребята, нельзя отказываться от всего только потому, что у меня другие возможности. Я вам не позволю.
Она видела, какую боль причинила Заку, но в то же время он испытал облегчение. Лекси прерывисто вздохнула. Да, он любил ее. Но и сестру любил тоже, а еще он хотел, чтобы им гордились родители. И будущее себе обеспечить также необходимо. Все это он мог сделать в Южнокалифорнийском университете. Лекси вымученно улыбнулась.
— Хватит об этом. Вы вдвоем отправитесь в Южную Калифорнию. Я останусь зажигать в местном колледже. Будем видеться во время каникул.
— У нас будет целый месяц на Рождество, — сказала Миа. В иное время она бы улыбнулась, но сейчас вид у нее был убитый, не меньше чем у Лекси.
Наверное, это и есть взросление, когда отсекаешь от себя мечты, чтобы оставаться практичным.
— Нам будет тебя не хватать, — сказала Миа. Зак стоял рядом и смотрел уныло, даже с отчаянием, но тоже чувствовал облегчение. Его просто загнали в угол.
— Разлука ничего не изменит, — сказала Лекси, но все трое понимали, что это не так.
Решение принято. И ничего уже нельзя изменить.