Глава 18
Глава: Старые раны
Светлое утро за окном обманчиво обещало спокойный день, но телефон Виолетты разорвал этот обман резким звонком. Она посмотрела на экран и сразу же напряглась. На дисплее мигало имя, которое она давно предпочла бы забыть: "Мама".
— Да, — ответила Ви, холодно и коротко, не утруждая себя приветствием.
— Виолетта, — голос Елены был необычно мягким, но этот тон только напрягал ещё сильнее, — нам нужно поговорить. Я хочу... наладить всё.
— Зачем? — без особого интереса спросила Ви.
— Я твоя мать, я переживаю. Давай встретимся, посидим где-нибудь. — Мама вздохнула. — Пожалуйста.
Ви на секунду задумалась, её пальцы нервно стучали по столу.
— Ладно, где и когда?
После короткого уточнения времени и места Ви бросила трубку. Она сидела несколько секунд, глядя в одну точку, пока её мысли не прервала Даша, проходившая мимо, с чашкой кофе в руках.
— Ви, ты чего такая хмурая? — спросила Даша, присаживаясь рядом.
— Да так, дела, — Ви отмахнулась, натягивая на лицо привычную усмешку. — Разберусь.
Даша, казалось, хотела спросить что-то ещё, но Ви поднялась, натянула куртку и, бросив через плечо: "Я скоро", вышла из квартиры.
Елена уже ждала в маленьком кафе на углу. Её аккуратно уложенные волосы и идеальный макияж раздражали Виолетту больше, чем обычно. Она не выглядела как женщина, которая хочет извиниться или что-то "наладить". Она выглядела как женщина, которая хочет получить то, чего ей хочется.
— Привет, мама, — Ви села напротив, бросив взгляд на её чашку кофе.
— Привет, милая, — Елена попыталась улыбнуться, но на её лице улыбка выглядела слишком фальшиво. — Спасибо, что пришла.
— Говори, зачем звала, — без предисловий начала Ви, откинувшись на спинку стула.
Елена помедлила, вздохнула, сцепила пальцы.
— Ви, я знаю, что... я не была самой лучшей матерью.
— Это ты так мягко называешь полный пиздец? — Виолетта скрестила руки на груди, подняв бровь.
— Ты опять начинаешь, — тихо сказала Елена. — Я пыталась. Всё это время, даже когда твой отец...
— Ты пыталась? — Ви перебила её, наклонившись вперёд. — Точно, я забыла, как именно ты пыталась. Пока била меня и говорила что я вся в отца мудака.
Елена отвела взгляд, словно эти слова её ранили, но Ви знала, что это лишь часть её игры.
— Я просто хочу, чтобы мы начали с чистого листа. Чтобы ты дала мне шанс.
Виолетта усмехнулась.
— Шанс? На что? Чтобы я смотрела, как ты снова строишь из себя жертву? Нет уж, спасибо.
Елена, казалось, растерялась, но быстро взяла себя в руки.
— Ты не понимаешь, Ви. У меня тогда не было выбора.
— А сейчас есть? — Ви резко встала. — Слушай, если ты хотела просто разыграть сцену про "я пытаюсь", то считай, что я тебя выслушала. А теперь извини, у меня свои дела.
Елена потянулась к её руке, но Ви уже развернулась и направилась к выходу.
Когда она вышла из кафе, холодный ветер ударил ей в лицо. Пальцы Ви дрожали, не то от злости, не то от чего-то ещё. Ей хотелось закричать, но вместо этого она просто засунула руки в карманы и пошла домой.
Телефон в её кармане завибрировал. Сообщение от Даши:
"Ви, ты где? Всё нормально?"
Ви, не глядя, набрала ответ: "Да, всё заебись. Не парься."
Даша сразу ответила: "Ты точно в порядке?"
— Блять, — пробормотала Ви, стерла сообщение и быстро напечатала новое: "Да, не заёбывай."
Телефон замолчал.
Когда Ви вернулась домой, Даша уже ждала её, сидя на диване.
— Ты где была? — сразу спросила она, вскакивая с места.
— Дела, — коротко ответила Ви, раздеваясь и не встречаясь с Дашиным взглядом.
— Какие дела? Почему ты... — начала Даша, но Ви резко перебила её.
— Зай, мне нужно побыть одной, — тихо сказала Виолетта, наконец посмотрев на девушку. В её голосе звучала усталость, смешанная с какой-то глубокой внутренней болью. — Тебе лучше сейчас уехать.
Даша замерла, не понимая, что происходит.
— Уехать? Ты серьёзно? — её голос дрогнул, но Ви не дала ей времени на дальнейшие вопросы.
— Да, серьёзно, — отрезала Ви, доставая телефон. — Я вызову тебе такси.
Даша молчала, но в её глазах читалась обида. Когда такси подъехало, Ви помогла ей надеть пальто, но избегала взгляда.
— Отдохни, Даш. Всё нормально, — тихо добавила Ви, закрывая за ней дверь.
Оставшись одна, она села на пол в коридоре и закрыла лицо руками. Всё, что она пыталась спрятать за грубостью, теперь накрыло её волной.