IMMORTUM: Перевёрнутый мир

"Жарко... Хорошо! Люблю жар!"

Когда он открыл глаза, то поначалу не разглядел ничего, кроме заволокшего всё вокруг пара. Железную капсулу разорвало напополам, а жидкость, которой она была заполнена, уже испарилась от огромной температуры. Он обратил на это внимание потому, что единственным, что он помнил, были внутренности этой капсулы. Пожалуй, ещё собственное имя — ведь, согласитесь, негоже великому воину щеголять без имени.

Слабость во всём теле, головокружение, тошнота — да, положение не из приятных, но всё лучше, чем пускать пузыри в этой железной банке. Но с другой стороны — капсула была его зоной комфорта, его родным домом, а теперь он оказался чёрт знает где, совсем голый, и единственной сохранившейся деталью из весьма мутного, а если быть точнее, совершенно исчезнувшего прошлого, было имя — Эстус. Имя красивое, звучное, жаль, не вспомнить, за какие заслуги он был так назван.

С трудом поднявшись на дрожащие ноги, он осилил несколько шагов по раскалённому железу и сделал ещё два неприятных открытия. Похоже, он приземлился прямо посреди огромного озера расплавленного металла, и светящийся от жара осколок капсулы навряд ли мог долго продержаться в твёрдом состоянии. Эстус, конечно, любил тепло, но это было уже слишком даже для него. Другое открытие состояло в том, что быстрый поток металла уносил его по направлению к огромной дыре в соседней стене, которую, очевидно, пробила капсула. Оглядевшись по сторонам, Эстус не обнаружил ничего, за что можно было зацепиться или куда спрыгнуть. Чем ближе он был к дыре, тем сильнее ускорялось течение, а меж тем остатки капсулы плавились и уменьшались в размерах.

Тогда Эстус принял единственное верное решение: если расплавленного потока нельзя было избежать — его нужно оседлать! Для равновесия воин согнул ноги в коленях и расставил руки в стороны. Его металлическая доска продолжала ускоряться , врезаясь в ослепительно-яркое железо и разбрасывая во все стороны его ошмётки и искры. Пробоина была всё ближе, Эстус сосредоточился и приготовился к прыжку. Снаружи уже виднелась причудливая паутина из металлических мостиков, соединяющая две стены огромной пропасти. В тот момент, когда поток на большой скорости вынес его сквозь пробоину, воин оттолкнулся от обломка, пролетел несколько метров вниз и с грохотом приземлился на решётчатый настил. Даже сам Эстус был уверен, что после такого падения наверняка сломал себе половину конечностей, но, поднявшись на ноги, он с удивлением обнаружил, что отделался парой ссадин.

Он подошёл к краю мостика и уставился на каскад расплавленного металла, обрушивающийся в чёрную пропасть где-то далеко внизу. Ослепительно-яркий и огненный, словно... Тут перед глазами Эстуса вспыхнул образ, который заставил его отшатнуться и схватиться за голову. Видение! Обрывок прошлого! Свет, ослепляющий свет и жар, огромная сфера, объятая пламенем! Что это? Как это называется? Где и когда это было?

Образ исчез из памяти так же быстро, как и появился. Воин вновь открыл глаза и огляделся. Где же, чёрт возьми, он оказался? Внизу — чёрная пропасть, дна которой не видать. Зато наверху — земля, из которой как будто росли вниз огромные и мрачные железные здания без окон, соединённые друг с другом мостиками. Здесь было очень жарко, словно и другие строения тоже были заполнены расплавленным металлом. Не умолкал раздающийся со всех сторон громкий гул и шипение. Если бы он был уверен в своей памяти, то наверняка подметил бы, что никогда в жизни не видел ничего подобного.

Вдруг, вглядываясь в расселины между строениями, он увидел свободное пространство и огни где-то вдалеке. Повинуясь любопытству, Эстус пошёл в том направлении по мостику, идущему вдоль соседней стены. Когда он подошёл к краю этого странного комплекса, его обдало ледяным ветром. Воин поёжился и как-то сразу погрустнел: хоть он ничего и не помнил, но холод явно ненавидел больше всего на свете. Эстус добрался до угла и остановился, заворожённо вглядываясь в удивительную картину. Ещё одним неизменным фактом, сохранившимся в его голове из исчезнувшего прошлого, была твёрдая уверенность в том, что земля находится внизу, а небо — вверху. Но это странное место, судя по всему, наплевало на законы мироздания. Это был воистину перевёрнутый мир: наверху простиралась мрачная каменная твердь, с которой свешивались иссохшие лианы, а внизу — чернота, пустота, бездна. Но вдалеке всё же виднелись какие-то жёлтые огни, достаточно яркие, чтобы в их свете можно было заметить очертания громадных сооружений.

Прямо по центру висела огромная блестящая башня с круглым основанием, вершина (или, лучше сказать, нижина) которой терялась где-то во мраке. Слева от неё виднелось другое строение, гораздо более приземистое и явно построенное из камня, с большим куполом внизу и семью башенками вокруг. Справа же, где было больше всего огней, находилось великое множество конических башен. Некоторые из них были разломаны посередине, иные выглядели целыми и даже ухоженными, а ещё он разглядел соединяющие их деревянные мостики.

Эстус не мог оторвать глаз от этого зрелища. Ощущения подсказывали ему, что этот мир совсем не такой, как тот, к которому он привык — хотя и вспомнить прежний он не мог. Всё-таки пора бы уже было заняться размышлениями на этот счёт. Кто он такой? Откуда он прибыл? Почему он оказался в этом странном месте? Одно Эстус знал о себе: когда-то он был воином. Быстрым, сильным и отважным, вот только опять же — за что он сражался? Одни загадки, и вокруг нет никого, кто мог бы дать на них ответы. Ну что за несправедливость!

Продолжая вглядываться в город из башен, Эстус вдруг заметил, что некоторые огни не стоят на месте, а перемещаются в разных направлениях. Это его насторожило и полностью завладело его вниманием, так что он даже не заметил, как нечто огромное пролетело под его ногами. Сыграло свою роль и то, что рык, издаваемый летающим чудовищем, невозможно было отличить от шума этого огромного завода. Поэтому когда дракон поднялся прямо перед ним, Эстус от неожиданности вскрикнул и припал к стене.

Яркий свет ослепил воина. Монстр направил на него луч из своего «глаза», видимо, чтобы рассмотреть. Эстус не знал, что делать. С одной стороны, чудище внушало ужас, но с другой — он же был воином! Вот только что он мог сделать голыми руками? Светящийся глаз таращился на него секунд десять, после чего шар начал медленно разворачиваться боком. Не зная, как на это реагировать, Эстус заметил, что из щелей в железной чешуе высунулись какие-то трубки, причём все они нацелились прямо на него. Когда на кончиках трубок появились светящиеся шарики, он понял, что пора делать ноги.

Поражаясь собственной скорости, он рванул по мостику вдоль стены. За его спиной раздались громкие хлопки выстрелов. Светящиеся снаряды попали в железные перекрытия, от которых разлетелось эхо в виде маленьких молний. Монстр не собирался стоять на месте и погнался вслед за воином, вновь целясь в него своими странными орудиями. Эстус заметил впереди дверь, ведущую вглубь здания, но попытки её открыть не увенчались успехом. Дороги дальше не было, и он сиганул на мостик, проходивший чуть ниже.

Шар не отставал и продолжал обстреливать его. Погоня шла несколько минут, Эстус перепрыгивал с площадки на площадку, тщетно пытаясь оторваться от преследователя. К своему ужасу, в какой-то момент он понял, что сам загнал себя в ловушку: впереди уже маячил угол строения, на котором не было никаких поворотов. Оставалось одно: прыгать через пропасть к следующему зданию. Хотя Эстус и не чувствовал, что ему хватит сил на такой прыжок, раздумывать было некогда. С разбегу он вскочил на перила, оттолкнулся от них, и через секунду понял, что до противоположной стены не долетит.

Время как будто остановилось. Падая в бездну, Эстус развернулся в воздухе. Железный шар на полной скорости двигался прямо на него, разинув сразу несколько пастей. И в ту секунду, понимая, что ненавистный враг вот-вот его настигнет, воин ощутил, как его страх и шок пробуждают нечто неведомое и могущественное. Повинуясь не разуму, но рефлексам, оставшимся у него от прежней жизни, Эстус вытянул перед собой руку, и та неведомая энергия, что пропитала в тот момент всё его тело, вырвалась через неё наружу в виде волны пламени.

Огонь ударил прямо в морду чудовища, проник через железные пасти в его чрево, а затем последовал невероятной силы взрыв. Эстуса объял жар столь сильный, что даже расплавленное железо казалось на его фоне холодным. Сфера тёмно-красного пламени со страшным грохотом расширилась, разорвав дракона изнутри. Взрывная волна подхватила воина и на огромной скорости понесла его к соседнему строению. Не успев повернуться, Эстус врезался спиной в стеклянное окно, пробил его и рухнул в груду ящиков в просторной комнате. Как и в случае с прошлым падением, он по какой-то причине совсем не пострадал, отделавшись парой ушибов и головокружением, а немыслимая температура багрового огня даже не оставила на нём ожогов.

Эстус поднялся на ноги и огляделся. Помещение, в которое он попал, походило на склад. Естественно, он не понимал, что только что случилось, и очень бы хотел встретить хоть кого-нибудь дружелюбного, который мог бы объяснить происходящее. Но стоило ему выйти на открытое пространство, как отовсюду послышались чьи-то воинственные крики. Из-за груд ящиков выбежали странные человечки высотой ему по пояс, вооружённые чем попало: палками, ножками от стульев, молотками, маленькими копьями и мечами, похожими скорее на ножики. На лицах их читалось отчаяние и страх, но всё же они обступили Эстуса со всех сторон, не решаясь подходить к нему вплотную. С обретённой огненной силой он мог легко расправиться с ними, но они не представляли опасности, и даже наоборот, могли рассказать, куда он попал.

Прежде, чем он вспомнил, что такое речь и как правильно выговаривать звуки, один из коротышек в рабочей робе сделал шаг вперёд и дрожащим голосом воскликнул:

— Ни с места, демон!

Язык был знакомым — может, произношение несколько отличалось от того, к которому он привык, но слова остались те же. И название «демон» означало злого духа, чудовище, прислужника тёмных сил. Эстус хотел было воскликнуть, что никакой он не демон, но вдруг он понял, что это вполне может оказаться правдой. Он ничего не помнил. Неужели он и вправду был прислужником зла? Даже если так — сейчас он вовсе не хотел совершать ничего дурного!

— Я видел, как он вышел из огня, извергнутого драконом! — крикнул один из коротышек. — Он один из них!

— Но он похож на нас! Ноги, руки, голова и... всё остальное! — возразил другой.

— Ты посмотри на него! Ни единой волосинки! Кожа гладкая, как будто отполированная! А пупка и вовсе нет! — вскрикнул третий. — Это фальшивка! Демон, принявший телесный облик!

Эстус ощупал свою голову и в ужасе понял, что на ней нет волос, хотя он точно знал, что они должны у него быть. Неужто он и вправду ненастоящий?! А что это вообще значит — настоящий?! Воин пришёл в смятение, не зная, что и думать. Коротышки начали всерьёз обсуждать, выкинуть ли его в бездну, или же просто заколоть насмерть. Он уже было решил применить огненную силу, чтобы спастись, но тут из-за спин полуросликов послышался голос:

— Стойте! Это не демон!

Сквозь толпу собратьев протиснулся пожилой почти лысый коротышка, по грубым рукам которого можно было сказать, что он рабочий или ремесленник со стажем. Увидев Эстуса, он обомлел и опустился на колени.

— Братья! — воскликнул он, оглядев воинственных товарищей. — Настал день, предначертанный в легендах! Все мы видели, как лучи чистого Света прорезали мрак Бездны! Явились дети Светоносного!

Коротышки зашумели и начали переглядываться. Многие сомневались в словах старика. Эстус понятия не имел, о чём речь. Сначала его приняли за демона и хотели убить, теперь вот кланяются! А что ещё они выдумают?

— Вы что, никогда не были в Храме?! Не видели изображения на стенах?! — воскликнул пожилой рабочий. — Всё это было предопределено! Шестеро сыновей и одна дочь поднялись из Бездны, чтобы победить Тьму и возродить мир! Как твоё имя, о дитя Фейберуса?

Фейберус! Это имя было ему знакомо! Его носил кто-то очень важный, кто-то дорогой сердцу! Получается, это его отец? Неужели эти коротышки могут что-то поведать о его прошлом? Он быстро и осторожно произнёс своё имя, и тут уж все незнакомцы побросали оружие и склонили головы, восторженно перешептываясь.

— Эстус, владыка огня! — старик вскинул руки. — Второй сын! В этот тёмный час ты был ниспослан к нам с великой миссией! Идём же! Ты должен попасть в Дукториум и предстать перед правителями Небесного города!

Ниспослан? Великая миссия? Что всё это значит? Кто эти полурослики? Откуда они знают его имя? И почему им известно больше, чем ему самому?

— Где я? — растерянно спросил владыка огня довольно высоким голосом. — Как я здесь оказался?

— Дукторы поведают тебе всё, что ты должен знать, о дитя Светоносного! — пожилой рабочий вновь поклонился. — Нам нужно идти как можно быстрее!

— Идти? В Дукториум?! — спросил коротышка в железных доспехах и с подобием настоящего оружия в руках. — Но кто знает, что творится за пределами Плавилен? Здесь мы в безопасности! Хочешь, чтобы драконы нас нашли?

— Они уже здесь! Они пришли сюда за владыкой Эстусом, ибо страшатся исполнения Пророчества! — провозгласил старик. — Теперь в Лаборуме нет безопасных мест! Война с прислужниками Тьмы началась, и все мы должны внести посильный вклад! Мы отправимся в туннели вместе с Эстусом! Он — великий воин и защитит нас!

Поверив в его слова, коротышки приготовились идти, одобрительно кивая и с благоговением глядя на великого героя, который тем временем осознал, что на нём совершенно нет одежды, и смущённо пытался прикрыться руками. Старец огляделся, стянул с одного из ящиков брезент и с почтением протянул его Эстусу. Тот быстро повязал его на пояс с помощью верёвки и мысленно обрадовался, что эти коротышки, похоже, приняли его за какое-то божество и не собираются смеяться над ним в таком виде.

Кем бы они не были, эти Дукторы могли объяснить ему, что происходит, а других вариантов, похоже, и не было. Вот только его не очень привлекала идея становиться каким-то там великим героем, сражающимся с Тьмой, тем более, что его уже записали на дело безо всякого согласия. Со всеми этими тревожными мыслями Повелитель Огня в сопровождении восторженных коротышек отправился выяснять правду.

***

— Уничтожен?!

— Взорвался в непосредственной близости от промышленного комплекса, Ваше Высочество. Вероятно, произошло внутреннее возгорание Драконьего Пламени.

Глаза Элизианы налились кровью, изо рта донеслось медленное и жуткое шипение, по которому все присутствовавшие на мостике поняли, что сейчас полетят головы. Колрак заблаговременно спрятался сбоку от трона, чтобы в пылу ярости Губернаторша не обратила на него внимания. Наклонившись вперёд, Элизиана впилась в подлокотники, сломав несколько ногтей.

С самого начала всё, что только можно, шло наперекосяк. Сначала оказалось, что Святилище сокрыто в неприступной башне, потом дозорные заметили вражеский корабль, а теперь ещё и это! Как будто бы сама Судьба издевалась над ней и её замыслом! Сказать, что это выводило Губернаторшу из себя — значит, не сказать ничего.

— Кто его атаковал?! — от её шипящего голоса связистка и пилотесса вжались в кресла.

— Неизвестно. Вражеских дирижаблей в районе замечено не было.

— Это не могли быть мерзкие карлики! У них нет такого оружия!

— Конечно, нет, — усмехнулся Колрак. — Думаю, ты прекрасно знаешь, кто это был.

— Это невозможно! — в ярости отрезала Элизиана. — Это просто миф, сказка суеверных дикарей!

— Однако же все мы видели те лучи, и ты направила разведчика в место, куда врезался ближайший из них. Значит, ты знала.

— Это могло быть что угодно! Никаких Детей Фейберуса не существует, это же глупо!

— Я не спорю, что легенды многое приукрашивают и дают чересчур сложные смыслы самым простым явлениям. Однако же, если мы опустим мистику, остаются исторические факты — и они говорят о том, что воины, владеющие силой стихий, действительно существовали в древности. Их называли "Доминусами", то есть Властителями.

— Эта сила давно исчезла из мира, — отрывисто прошипела Губернаторша. — А даже если и нет, откуда дикарям знать, как её использовать?

— Этот Сапий не так прост, как кажется, — Колрак подошёл к иллюминатору и окинул взглядом Дукториум. — Он знал, что однажды мы явимся. И у него точно есть много тузов в рукаве. Подумай — эти лучи возникли сразу после того, как ему доставили твой ультиматум.

— Этот старик думает, что при помощи своих фокусов сможет одолеть меня?! — Элизиана вскочила на ноги. — Я дала ему шанс спасти его народ, а в ответ он решил запугать меня явлением Доминусов из древней легенды?!

— Конечно, может статься, что это всего лишь трюк, — с улыбкой пожал плечами прадиец. — Но в том случае, если это правда, и Сапию действительно удалось каким-то образом призвать Детей Фейберуса, у нас нет шансов. Даже весь твой флот не совладает с их могуществом.

Услышав это, Элизиана явно занервничала. Она привыкла держать ситуацию под контролем и предугадывать действия врага, чтобы всегда быть на шаг впереди. Но теперь она столкнулась с силой, которую не понимала, и которая почти наверняка была серьёзной угрозой для всей миссии. Она уже пустила в ход запасной план, но пока что он не принёс результатов, и у неё не было никаких возможностей узнать, почему. Да, пожалуй, не только у врага в этом противостоянии был союзник, который был слишком чужеродным для понимания...

— Раз так, мы должны уничтожить их прежде, чем они смогут навредить нам! — властно крикнула она. — Тот, кто взорвал наш корабль, всё ещё на том уродливом заводе. Всем дирижаблям взять курс туда! Приготовить Пламя!

— Погоди, ты не можешь вот так просто взять и уничтожить их промышленный центр! — Колрак, замахав руками, подошёл к ней. — Только представь, сколько там полезных ресурсов...

Резкий и точный удар наотмашь сбил прадийца с ног. Ногти матрианки оставили на его лице три глубоких пореза. Учёный выпучил глаза и уставился на Губернаторшу, которая смерила его таким взглядом, что он мгновенно заткнулся и больше никогда не смел ей возражать. Вытирая кровь воротником своей тоги, он поспешил прочь с мостика, мысленно ругая себя за столь опрометчивое поведение. Похоже, вызволение из тюрьмы и многочисленные поблажки со стороны Элизианы заставили его позабыть, с кем именно он имеет дело.

Сама матрианка же, подумывая, не высадить ли ей бесполезного горбуна на столь любимый им завод перед началом представления, наблюдала в иллюминаторы, как десятки дирижаблей, включая её собственный, приближаются к комплексу плавилен. Настало время поговорить с врагом на том языке, который он понимает — смерти и пламени!