Потеря и другая жизнь
Вы, конечно, понимаете, что случилось что-то плохое. Мир девочки перевернулся. Мари осталась без родителей.
Серые стены. Бабушка плачет. Девочка тоже. Все говорят, что она больше не увидит маму и папу. Но она знает, что вот-вот услышит двигатель машины и такую знакомую ругань.
Господи, как она хотела услышать их перебранку.
Незнакомая женщина что-то говорила ей, бабушка всё ещё плакала.
В этот день погода грустила вместе с Мари. Голубое небо затянули тёмные грозовые тучи. В саду больше не щебетали птицы. Комната книг из убежища превратилась в тюрьму.
Девочка больше не могла смотреть на книги. Она ненавидела их. Последние дни, которые она могла провести с мамой и папой, она потратила на книги.
Как то раз глаза девочки запылали от ярости. Она схватила книгу, с которой всё начилось, и кинула её в печь.
"Какая ирония сжигать книгу, про сжигателей книг" — подумала Мари. Обжигая пальцы она достала первого друга. Только корешок книги был слегка почерневшим.
***
Прошло две недели после смерти родителей девочки, и на пороге дома появилась полная женщина.
Бабушка не хотела отдавать девочку, но полная женщина сказала, что Мари попадёт в хорошие руки.
Мари взяла с собой столько друзей, сколько смогла. В её маленьком чемоданчике поместилась первая книги и "Книжный вор".Бабушка подала девочке ещё один чемодан. Маленькие ладошки помахали ей... Машина скрылась за поворотом. Так девочка потеряла родителей и бабушку. Но как вы знаете, как только вы теряете что-то, вы одновременно что-то приобретаете.
Пыльная дорога и девочка на заднем сидении. Никогда ещё Мари столько не плакала. Глаза её стали похоже на огромные яблоки. Они покраснели и опухли.
Девочка уснула и спала ещё очень долго. Она слышала голоса. Её переносили из машины в машину. Опять куда-то везли. Она что-то ела, но не чувствовала вкуса; что-то видела, но не замечала.
На второй день поездок и пересадок машина остановилась около огромного особняка. Чёрные ворота и чёрный дом.
Наверное, вы подумаете, что и сердце у хозяина особняка тоже чёрное. Но оно не всегда было таким. Когда-то Александр Риклз был прекрасным юношей, у него была замечательная жена. Но она очень давно скончалась, и вся радость дома Риклз была похоронена вместе с ней.
Полная женщина проводила Мари к особняку и трижды постучала в огромную дубовую дверь.
С жутким скрипом, от которого девочке хотелось зажать уши, дубовая дверь отворилась. На пороге появился довольно высокий мужчина. Его волосы были тёмного, почти чёрного цвета, губы сложены в тонкую линию, лоб был огромным и, несмотря на то, что он был ещё молод, весь в морщинках. Печать боли была на его лице.
Мужчина не пригласил полную женщину в дом. Он кивнул ей и грубо взял крошку Мари. Почему я говорю крошку? Потому что рядом со своим дядей она выглядела крохой.
Александр закрыл дверь прямо перед носом полной женщины и повёл девочку по коридорам мрачного поместья. Мари видела картины и гобелены на стенах, но не успевала их рассматривать, так как дядюшка тянул её за собой.
Наконец, он толкнул дверь. Комната, в которой оказались дядя и племянница, чем-то напоминала темницу. Окно посередине комнаты было огромным, но всё оно было закрыто синими шторами. Вся мебель в комнате была грубой и огромной, словно скалы, на которые налетают корабли. Это уже не было королевством маленькой девочки. Это была её личная тюрьма.
Весь день Мари раскладывала книги в огромный шкаф, в котором поместилась бы она сама. В чемодане, который отдала ей бабушка было три книги. Все три были в одинаковых зелёных платьях с золотыми буковками на корешке :"Хроники Нарнии".
Старушка с улыбкой взяла в руки три книги в зелёном переплёте. Столько воспоминаний навалились на неё: автомобильная катастрофа и смерть родителей, переезд к дяде и начало другой жизни...