Он

Мы тихо вошли в квартиру. На кухне горел свет. Леры не было дома.

- Может не стоит? - как будто боясь своего голоса, шёпотом спросила Соня.

- Стоит, - кинул я в ответ и дёрнул за ручку двери, ведущей в комнату моей сестры.

Перед нами открылся вид на маленькую штаб-квартиру наблюдений.

- Можно? - неловко шепнула девушка за моей спиной.

- Да, входи.

- Вот это да-а! - ожидаемый мною возглас пронзил тишину захламлённого помещения.

Я грустно улыбнулся.

- Она редко доводит свою комнату до такого состояния. Обычно здесь чисто, всё разложено по своим местам. Одним словом, ни пылинки, - я попытался оправдать беспорядок сестры.

Соня то ли с ужасом, то ли с восхищением рассматривает каждую деталь интерьера. Я почему-то волнуюсь, приглаживаю волосы, чтобы немного сбавить нарастающее напряжение.

Не тронутым рукой моей сестры был только выкрашенный в белую краску потолок. Всё остальное, включая стены, пол, мебель, предметы декора, личные вещи хранило в себе отпечаток безумия.

Её любимое место, наблюдательный пункт, как она его нарекла, - большое окно, сейчас задёрнутое тёмно-коричневыми шторами, привлекало наибольшее внимание. На полу рядом с ним розовым мелом расчерчен полукруг, обозначающий опасную зону. Зона, в которой тебя легче всего заметить, если будешь стоять слишком долго или слишком близко.

Если одёрнуть штору и заглянуть в окно, то на его стекле увидишь плакаты различного содержания. Они приклеены для того, чтобы скрыть юную наблюдательницу от нежелательных взглядов. Листовки расклеены хаотично, так, чтобы между ними оставались проёмы, в которые и смотрит от пяти до восьми часов в сутки моя сестра. Некогда упорядоченно разложенные, а сейчас будто в гневе разорванные, исписанные бумажки вперемешку с прогрызенными ручками, карандашами, маркерами не лежали, валялись на расцарапанном подоконнике.

Я не удержался и провёл рукой по твёрдой поверхности, за которой раньше сидела не она одна, а мы вдвоём. Сейчас всё изменилось. Сейчас всё по-другому.

Соня взяла один скомканный комочек, развернула его, стала читать вслух:

- 12 января 2020. 21:19 по-прежнему задёрнуты шторы. 22:03 он дома. 22:27 предположительно вернулся из душа. 22:29 смотрит телевизор.

- Какой ужас! - изумляется Соня, - И к чему такая точность?

- В этом и есть смысл наблюдений. Она стремится к повышенной точности.

- 14 января 2020. 19:13. Новый персонаж - девушка блондинка. Одета в брючный костюм голубого оттенка. Обнимаются с 19:13 по 19:19.

- 15 января 2020. 20:03. В комнате не один. Девушка, которая была у него вчера, снова здесь. Волосы распущенные. Пижама розовая. В руке книга.

Сонины глаза сталкиваются с моими.

- Это я?

- Ты, - выдыхаю, готовясь к худшей реакции.

- Вот так согласилась на семейный отдых, - медленно протягивает она, - Пока ты пару недель проводил в моей квартире, оказался под наблюдением? Но как? Она следит за собственным братом?

- Уже нет.

- Что? Откуда ты знаешь, что она прекратила это делать?

- Я посмотрел на неё.

- Хочешь сказать, что до тех пор, пока ты на неё не смотрел, она тебя не узнавала?

- И да, и нет, - со вздохом сажусь на край кровати, - Иногда трудно объяснить поведение сестры.

- Прошу тебя, - девушка приземляется рядом, вкладывает свою ладонь в мою и доверительно заглядывает в глаза, - объясни.

- Узнала или нет, не могу сказать точно. Тут дело в другом.

Говорить становится очень трудно. Я делаю большие паузы, чтобы обдумать каждое слово, которое будет произнесено.

- Живя в одной квартире, мы практически не видимся, а если вдруг и столкнёмся на кухне, её взгляд поднимается не выше моих коленей. К тому же последнее время мы не ладим.

Правда тяжелее лжи, её так просто не выложишь на чашу весов. Соня первый человек после сестры, из-за которого и для которого мне хочется быть лучше. Хочется просто жить.

- У неё частенько бывают депрессии, - тоненькими нитями, путаясь и сплетаясь, информация связывается в общий клубок сухих и грубых фактов под моим руководством, - Она на меня не смотрит. Я не шучу. Даже не представляю, видит ли она вообще кого-нибудь рядом с собой.

Я поднялся с места, подошёл к столу, выдвинул первый ящик, взял толстый блокнот с шахматным рисунком.

- Наблюдение за людьми, в основном мужского пола, для неё своего рода игра. Смотри, - открыв блокнот на первой странице, я ткнул пальцем в строку: «В том случае, если объект заметил меня - наблюдения прекращаются». А вот и одно из главных правил игры.

- Вот тебе наиболее вероятный ответ на вопрос: «Почему она перестала за мной следить?». Я просто посмотрел на неё.

Смотрю на Соню, ожидая чего угодно, но только не слёз, которые вопреки всем моим мысленным мольбам, уже прокладывают мокрые дорожки по её щекам.

- Можешь назвать меня плохим братом. Я знаю, что заслуживаю этого. Но хоть тысячу раз ты мне это повтори, я не знаю, как ей помочь. Я не уверен в том, что могу помочь сам себе.