Нож в крови

Прошло время

После того как они успешно справились с очередной угрозой и казалось бы, восстановили стабильность в своих отношениях, всё пошло не так, как ожидалось. В тот день Минхо и Сунэ сидели в своём пентхаусе, в тени больших окон, сквозь которые виднелся огненно-красный закат. Вся атмосфера была наполнена странным напряжением, которое Минхо, казалось, не мог скрыть.

Сунэ заметила, что что-то не так, что-то в его глазах было не то. Он был ещё более молчалив, чем обычно. Его напряжённые плечи, его неторопливые движения... всё это давало ей понять, что в его голове шла борьба. И она знала, что нужно сразу разобраться в этом.

— Минхо, что случилось? — её голос был мягким, но в нем чувствовалась тревога.

Он посмотрел на неё. На его лице не было привычной уверенности, в которой она так привыкла видеть его. Он дышал тяжело, как будто что-то гложет его изнутри.

— Я... — он помедлил, как если бы не знал, как правильно выразить свои мысли. — Я думаю, что ты и я... мы всё время скрываемся от чего-то, Сунэ.

Сунэ напряглась. Это были слова, которые она не ожидала услышать.

— Мы скрываемся от чего? — её голос был почти шепотом, но внутри что-то уже начинало сильно ёкать.

Минхо вздохнул и повернулся к ней, его взгляд теперь был почти мрачным.

— Я не знаю, что я чувствую, Сунэ. Иногда мне кажется, что мы слишком сильно привязаны друг к другу, но... я не уверен, что это любовь. Я... не люблю тебя так, как ты думаешь, — его слова были резкими, как нож, и каждый из них был как удар в сердце для неё.

Сунэ замерла. Все её мысли замелькали в голове. Это не было просто словом или моментом слабости. Это было признанием. Это было признанием, которое разрушало всё, что они построили.

— Ты не любишь меня? — она повторила, чувствуя, как её голос дрожит. — Но ведь... мы пережили столько всего вместе.

Минхо отрывисто кивнул, не встречая её взгляда.

— Я не знаю. Иногда мне кажется, что я был с тобой не по любви, а из-за того, что ты стала частью моей жизни, частью моего мира. Мы слишком привыкли друг к другу, и я просто... не могу сказать, что это любовь.

Это было не то, что она ожидала услышать от него. Даже не близко. Это было как холодный душ, который внезапно обливает тебя, лишая всех сил. Но внутри Сунэ почувствовала, что не может просто так сдаться.

Она подняла голову и встретила его взгляд.

— Ты не любишь меня? — её голос стал ещё тверже. — Минхо, неужели ты думаешь, что я не чувствую твоих эмоций? Ты хочешь, чтобы я поверила в это?

Минхо молчал, его глаза были полны сомнений, как если бы он сам искал ответы.

Сунэ встала, её руки дрожали, но её взгляд был твёрдым.

— Хорошо, ты можешь думать, что ты не любишь меня. Но ты забудешь, что мы прошли вместе. Ты забудешь, что я отдала свою жизнь тебе и тебе, и ты скажешь, что не любишь меня? Ты предаёшь меня. — её голос стал холодным, как лёд.

Он почувствовал, как её слова бьют прямо в его сердце. И в этот момент он понял, что допустил ошибку. В его голове начали кружиться мысли, и он понял, что именно его страх перед истинными чувствами заставил его так поступить.

— Сунэ, я... — Минхо попытался что-то сказать, но слова застряли у него в горле.

Но она не дала ему закончить. Она подошла ближе, и её дыхание стало ровным и холодным, как камень.

— Не смей говорить, что ты меня не любишь. Я не позволю тебе уйти от меня, не позволяю играть с этим. — её слова были твердыми, как приговор.

Минхо почувствовал, как всё внутри него переменилось. Он был готов сказать ей то, что должно было изменить всё: что она значила для него. Но теперь он знал, что не сможет просто так уйти от этого. Он не сможет уйти от неё.

— Я... я не могу быть без тебя, Сунэ, — его голос был едва слышен, но его слова были искренними.

Сунэ не поверила ему сразу. Но что-то в его взгляде, в его интонации, дало ей понять, что он действительно осознал свою ошибку.

— Ты, действительно, не хочешь меня терять? — спросила она, не отводя взгляда.

Минхо подошёл к ней и, не говоря больше ни слова, поцеловал её. Этот поцелуй был не просто выражением любви, он был признанием, что он понял. Он понял, что, несмотря на все их разногласия, всё, что он делал, всё, что он испытывал, вело к этому моменту.

— Я люблю тебя, Сунэ, — прошептал он, и в этом признании была вся его душа.

И хотя они оба были ранены, эта любовь была для них тем, что смогло исцелить всё.