Пропасть.

  Впервые я призналась в любви парню, под звуки восторженной толпы, смотрящей зачаровывающие залпы фейерверков. В этот вечер невозможно было избежать этого, ведь слова сами вырывались наружу каждый раз, когда я смотрела на него: на эти выразительные глаза цвета ночного неба, на широкие, надежные плечи и на милую, слабую улыбку, которую он старался спрятать все время. Фестиваль выдался замечательным: куча лотков с самой разной едой, торговые палатки с всякой всячиной, которую люди приобретают, даже не понимая зачем, но больше всего мне нравились мерцающие огни, украшающие собой всю аллею, ведущую вплоть до подножья храма. Мы посетили все интересные места, забыв о проблемах и грядущем расставании. Тем вечером весь мир существовал лишь для нас двоих.
На смотровой площадке собрался весь городок, чтобы насладится ежегодным представлением. Сотни восторженных голосов пронеслись волной с первыми вспышками в ночном небе. Удивительное зрелище, как и то чувство, что разрасталось в груди с каждой секундой. В такие моменты не стоит себя сдерживать, иначе они не станут памятными. Таково было мое решение - сделать этот вечер самым особенным.
- Люблю, - закричала я, краснея словно варенный рак, - люблю тебя!
Залпы фейерверка заглушали мои слова. В этот момент все что-то кричали, каждый выбирал свои слова. Если честно, я не надеялась быть услышанной, мне просто хотелось выплеснуть наружу свое счастье.
- Что ты сказала? - его дыханье обжигало, как и что-то неизвестное, что разгоралось внутри, прямо в животе. Меня словно заколдовали в тот миг, я не могла ни двинуться, ни ответить, лишь молчала и пыталась дышать.
- ...люблю, - прошептала я, набравшись сил, но в этот раз он даже не посмотрел на меня. Только дурочка могла думать, что ее услышат в шумной толпе. Но мне хватило одного лишь его присутствия. Он рядом. Сейчас.

Мы медленно шагали в сторону дома Чиё, прислушиваясь к разговорам людей. Иногда улыбались, смотря друг другу в глаза, когда какой-нибудь ребенок делился впечатлениями от фестиваля. Так чудесно, что каждый год происходит нечто подобное, ведь даже взрослые могут побыть немножечко детьми. Их глаза горят радостью, а печалям в них просто не находится даже маленького местечка. Праздники делают людей счастливыми.
Чем дальше мы отдалялись от главной дороги, тем меньше становилось людей. Улочки постепенно сужались, а огни тускнели, пока вовсе не гасли, и лишь одинокие фонари поддерживали освещение ночного городка. Мы молчали. Не было слов, чтобы описать эмоции бурлящие в душе, но в какой-то момент меня словно окатило ледяной водой. Увидев домик Чиё, я наконец осознала, что это конец. Вечер окончен и завтра с утра я вновь буду ехать в холодной вагоне, навстречу к одиночеству. Он уедет, а я останусь одна.
- Подожди, - его голос, словно по щелчку пальцев рассеял все плохие мысли.
Точно, ведь я все еще здесь.
- Саске-кун? - удивленно прошептала я, заглянув в его глаза.
- Сегодня я хотел подарить тебе эти воспоминания, - он выглядел смущенно, бормоча нехарактерные его манере слова, - когда... когда я уеду, пожалуйста, вспоминай этот день, ладно?
- Конечно, - без каких-либо колебаний ответила я, опустив глаза, чтобы не разреветься.
Почему он показывает такую свою сторону теперь? Что бы я чувствовала, если бы он уехал так и не открывшись мне до конца? Было бы мне легче отпустить его?
- Я же не навсегда уезжаю, перестань кривить лицо, - вновь улыбка осветила его лицо, - знаешь, я многое поменяю в своей жизни и первое, что я сделаю - это расстанусь с Рейко. Я все решил.
- Расстанешься? - я округлила глаза.
- Не люблю повторяться, Сакура. Но я не хочу оставить незавершенные дела, поэтому я скажу тебе все.
Мы присели возле дома старушки, погруженные в разговор. Саске выглядел таким серьезным и мужественным, как никогда прежде. Он восхищал меня все больше, поэтому я не могла отвести от него глаз.
- Саске, - прошептала я, когда он замолчал, чтобы перевести дух.
- Итачи, я и Рейко... мы дружили с самого раннего детства. Не могу вспомнить и дня, чтобы мы провели не вместе. Рейко и Итачи были одного возраста, поэтому со временем между ними начали расти чувства, куда сильнее дружеских, но я не понимал этого. Я ревновал их друг к другу, даже не зная кого больше. Глупо, правда? Но в день смерти Итачи... я... - он набрал воздух, - я повел себя как глупый, маленький ребенок и наговорил ему столько...
Он замолчал, ища в себе силы, чтобы продолжить, но мне не хотелось мучить его. Не могу смотреть на то, как ему плохо.
- Саске-кун, если тебе сложно, то...
- Нет, я хочу, чтобы ты все знала, - он посмотрел прямиком в мои удивленные глаза, - он умер с ненавистью к своему младшему брату и я не мог себе этого простить. И Рейко тоже. Она, словно сошла с ума, как и я. Мы оба обезумели от боли, разрастающейся внутри с каждым днем. И в какой-то момент у нас не хватило сил продолжать нести эту ношу порознь. Так мы и стали... утешением друг для друга. Я уверен, она во мне видит лишь Итачи, ведь мы с ним так похожи. А я в ней всегда искал опору и поддержку, продолжая быть маленьким, глупеньким мальчиком.
- Не думаю, что она видит в тебе твоего брата. Она довольно ясно дала понять, что ты принадлежишь ей. Сенсей любит тебя, - мое сердце сжалось в груди.
- Она просто запуталась в себе, как это было со мной, но я нашел выход. Я наконец осознал свои чувства. Но боюсь, Рейко слишком долго находилась во мраке один на один со своей болью, она начала верить в иллюзии, созданные ею же самой.
- Сенсей не такая, какой ты ее себе представляешь. Она отлично понимает, что ей нужно и берет свое.
На его лице вспыхнуло раздражение. Знаю, он не любит, когда Рейко выставляют в дурном свете, но как я могу донести до него правду? Он не замечает в ней дурных сторон.
- Она просто ревновала, да, это чувство ужасное, но всем оно известно. Разве ты не вытворяла глупые вещи из-за банальной ревности?
Он укорил меня, от чего мне захотелось тут же провалиться сквозь землю. Неприятно, но он прав. Ревность застилает глаза.
- Но как же та история с Наруто? Разве она не изменила тебе с ним?
При этом я опустила тот факт, что мой лучший друг стал игрушкой в ее коготках. Разве Саске не может понять очевидного?
- Согласен, она зашла слишком далеко, но благодаря этому, я наконец понял, что пора заканчивать жалеть себя. Рейко перестала быть той светлой и доброй девушкой, которую я знал прежде. Она превратилась в монстра, но этот монстр питался за мой счет. В какой-то мере я стал таким же чудовищем. Я игнорировал все вокруг, концентрируясь лишь на себе самом.
- Ты не чудовище! - вскрикнула я, заливаясь слезами, - тебе просто было больно, а я понимаю твою боль! Потерять близкого человека - невыносимо. Если бы не ты... Я бы сама отправилась на тот свет, потому что не вынесла бы этой потери. Ты даже не замечаешь насколько ты потрясающий! Ты всегда был в моих глазах...
Он прервал столь пылкую речь, положив ладонь на мои губы. Такая теплая. В такую холодную ночь его руки продолжают хранить тепло. А сердце? Настолько ли оно теплое в такие холодные дни?
- Ты милая, - прошептал он, опустив глаза, - не хочу это делать сейчас, когда не все еще разрешено, но не могу удержаться.
Он прикоснулся губами к тыльной стороне своей руки. Он не поцеловал меня, но сердце замерло. Мои глаза еще больше округлились, словно увидели нечто поразительное.
- Я не стану красть твой поцелуй, это было бы нечестно, - он улыбнулся, встав с лавочки, - не сегодня.
Его силуэт скрылся в дверях дома, а я осталась сидеть, не помня как дышать. Что это? Почему я так реагирую? Когда-то я поступила с ним нечестно, украв поцелуй, я помню его взгляд и каменное лицо. Сейчас все было по-другому. Почему он не убрал руку?
Я не сразу заметила, что на моих коленях лежала маленькая коробочка. Когда я встала, она упала на пол, застучав по земле.
- Что это? - прошептала я, отряхивая грязь.
Открыв ее, я увидела нежную цепочку с лепестком сакуры. От такого подарка на моих глазах засверкали слезы. Надев ее, я вновь села на крыльцо, наблюдая за звездами. В горной местности они просто восхитительны, особенно, когда мало искусственного освещения. Мне не хотелось отпускать этот день.

***

- Черт, как же больно вспоминать это, - я выпустила дым из легких, докуривая сигарету на перроне.
Воспоминания завели меня так далеко. Вновь я стою на станции этого городка и жду обратного поезда, грея руки в карманах. Вот только теперь я одна.

Меня укачивает в трясущемся, промерзшем вагоне и все больше хочется спать. Нельзя. Вновь и вновь я открывая глаза, пытаясь бороться с сонливостью, ведь если она одержит вверх, я снова окунусь в прошлое. Сегодня оно преследует меня отовсюду.
- Да, я уже еду домой, прости, что не дождалась тебя. Хорошо. Скоро буду.
Короткий телефонный разговор и снова тишина. В пустом вагоне мне немного одиноко, но я уже привыкла к этому чувству. Иногда бывает полезно побыть одному.
Вновь тряска и холод навевают сон. Нет сил сдерживаться, ведь я вновь увижу его лицо.

Мне приснился тот день, когда мы виделись с ним в последний раз. Морозное зимнее утро. Горячий кофе на кухне. Бессонная ночь в раздумьях. Все это предстало перед моими глазами. Я ощущала аромат горячего напитка и холод того дня. Дня, когда Саске уехал.

Микото-сан металась по дому, проверяя содержимое чемоданов. Ей было проще занять себя делом, нежели отдаться тоске. Ей придется отпустить сына так далеко. Кто знает, когда он вернется...
Фугаку-сама как и обычно читал утреннюю газету, сидя напротив меня и делал маленькие глотки горького напитка. Мужчины не так восприимчивы к событиям, как женщины. Они не станут показывать свои эмоции на каждом шагу, даже если внутри у них все обрывается от волнения. Но я видела как дрожала его рука, когда он подносил чашку к губам.
Приготовления были окончены, оставались лишь несколько минут до прибытия такси. Меня проняла дрожь. Настолько сильная, что пришлось подняться к себе, чтобы не обеспокоить других. Я чувствовала себя, словно в лихорадке: ломота в теле и озноб не давали мне успокоиться. Что же мне делать?
Внизу раздались крики и я выбежала, позабыв о своем недуге. Микото-сан ругалась по телефону, проклиная всех на чем стоит свет. Из-за вьюги такси не придет, а это означало, что Саске не сможет уехать сегодня. Где-то в душе я радовалась такому несчастью, но словив себя на эгоистичной мысли, попыталась откинуть ее.

- Рейко! - раздался звонкий голос хозяйке, открывшей дверь неожиданной гостье.
Гарпия! Мое лицо скривилось в недовольстве, но я заметила как изменился взгляд этой женщины. Саске ошибался, она действительно любит его. Пролетев мимо меня, она села за кухонный стол, сняв с себя перчатки. Все ее пальто и волосы были усеяны хлопьями снега.
- Значит отменили такси? - взволнованно пролепетала она, смотря на Микото, обрывающую все известные ей телефоны друзей. Она все еще надеялась, что кто-то сможет доставить ее сына в аэропорт.
- Да, черт возьми! Как назло все либо заняты, либо не берут трубку! - закричала она, впервые показывая такую свою сторону. Но я понимала ее чувства.
- Я отвезу его, - спокойно заявила сенсей, резко направившись к выходу.
Микото-сан тут же обрадовалась, принимаясь радостно благодарить спасительницу, но я возненавидела Рейко в этот момент с еще большей силой. Он мог остаться... пускай, лишь на сегодня.
- Саске, поспеши! - крикнула мать, зовя сына.
Учиха спустился через несколько минут, пока Микото давала указания для Рейко. Все произошло так быстро. Прощание. Объятия. Поцелуй в щеку. Он так быстро исчез, растворившись в этой метели, словно был одной из миллиарда снежинок в этом призрачном вихре.

Все казалось как прежде: разговоры на кухне за чашкой чая, веселый смех матери и пристальный взгляд отца. Мы старались войти в привычный ритм жизни, и у нас почти удалось это сделать. Если бы не звонок...
- Да, я слушаю, - ответила Микото-сан, все еще улыбаясь после милой беседы с мужем, - все верно, это дом Учиха.
А после что-то погасло в ее взгляде. Тишина и минута забвения. Она стояла, прислонив трубку к уху, слушая частые, прерывистые гудки.
- Микото! - окликнул ее муж, впервые показав свою слабую сторону, не скрыв волнения.
- Наш мальчик, - простонала она, а после упала на холодный кафельный пол.

***

- Мисс!
Мой сон был резко оборван служащим станции. Я не понимала где я нахожусь и кто зовет меня. Все казалось ужасным кошмаром. Мои руки то и дело ерошили волосы.
- Мисс, с Вами все в порядке? - еще раз послышался обеспокоенный голос.
- Да, вполне, - еле выдавила я, вставая со своего места, - простите.
Я вышла из вагона, вдохнув свежий морозный воздух в легкие. Нет, сейчас мне как никогда нужен сигаретный смог, лишь он может успокоить меня в такие минуты.
- Сакура! - раздался знакомый голос и я увидела Наруто, держащего на руках мою дочку.
Их лица были красными от холода, наверняка, они прождали меня здесь. Забыв о сигарете, я бросилась к ним, стуча каблуками по промерзшему перрону. Вокруг кружились хлопья снега, оседая на моих волосах и ресницах.
- Мамочка! - кричала моя кроха, протягивая свои маленькие, замерзшие ручонки.
- Моя родная.
Я прижала к себе крохотное создание, переполненное любви ко мне. Ее светлые голубые глазки светились счастьем. Такая беззащитная.
- Прости, что не смог выбраться в такой день, - прошептал на ухо мой муж, прижимая меня с дочкой к себе, - сегодня ведь годовщина его...
- Все в порядке, - прошептала я, улыбаясь, - в порядке.

Возле машины нас ждали родители. Микото тут же сняла с себя шарф и укутала им маленькую внучку. Она улыбалась, смотря на это маленькое чудо с красным носиком.
- Совсем измучили ребенка! - возмутилась женщина, забирая малышку себе на руки.
- Она хотела увидеть маму, - улыбнулся Наруто, достав сигарету из новенькой пачки.
- Что за родители! Еще и курят при ребенке, ну же, идем в машину, дитя! - она забрала крошку в прогретый салон, оставив нас двоих отравлять свои легкие табачным дымом.
Мы молча закурили, не нуждаясь в оправдании. И он, и я знали, что у нас его нет.
- Мне действительно жаль, что я опоздал, - начал Наруто, чувствуя приступ вины, - ты же знаешь как я отношусь к этому дню.
- Да, - кивнула я, - Рейко...
Мы вновь замолчали и больше не возобновляли разговор. Фугаку просигналил несколько раз, поторапливая наш перекур.

Дорога казалась бесконечной. Солнце ушло с горизонта, забрав с собой былой день. Люблю ездить после заката, когда кажется, будто ты один во всем мире.
Я не могла перестать думать о том дне, ведь сегодня годовщина их смерти. Они разбились, выехав в кювет. Дорога была слишком скользкой, Рейко не справилась с управлением. Саске больше никогда не суждено было вернуться обратно, и он так и не смог расстаться с ней. Теперь они и там вдвоем... По щеке прокатилась слеза, но я быстро смахнула ее.
По приезду родители с дочкой поспешили войти внутрь, но Наруто остановил меня, протянув сигарету. Это стало нашим ритуалом. После смерти Рейко и Саске мы часто забирались на крышу школы и прогуливали уроки, пыхтя, как паровозы. И он, и я боролись с болью как могли. Мы вновь стали лучшими друзьями, забыв прошлые обиды и упреки. Он любил Рейко, какой бы она не была, а я любила Саске. Мы оба были сломлены и разбиты, не зная как жить дальше.
- Знаешь, - начал вдруг мой муж, выдохнув клуб дыма, - я кое-что не сказал тебе, напарник.
Он называл меня так с времен школы. Там на крыше мы были "напарниками по несчастью", поэтому это прозвище приелось по сей день. Так странно... горе не только может разлучать, но и сближать людей. Как все связанно в этом мире.
- Что же ты не сказал мне, дурень? - улыбнулась я.
- Наша первая любовь была трагичной, но... - он улыбнулся, - я рад, что встретил тебя. Мы понимаем друг друга и принимает такими, какие мы есть. Я сожалею обо всем, что натворил в прошлом, я сожалею, что тебе прошлось через столько пройти, но я никогда не жалел, что женился на тебе. Расценивай это, как признание.
Он выбросил сигарету и вошел в дом, стряхивая с себя снег. Дурачок, будто бы я не знала об этом раньше. Саске останется навсегда в моем сердце и памяти, но это не означает, что я перестала быть счастливой. Думаю, когда-то мы снова с ним встретимся и будем вместе, но сейчас у меня есть те, для кого хочется жить.
- Я тоже не жалею, дурень, - прошептала я, докурив свою сигарету.

Мои глаза поднялись в небо, усыпанное яркими созвездиями. Удивительно, ведь когда-то я думала, что подобралась так близко к одной из этих звезд, но как только мне показалось, что я могу дотянуться к ней, - сорвалась прямиком в пропасть.

Но в этой пропасти открыла новый для себя мир.