Глава 13

Ка­кое-то вре­мя я про­дол­жа­ла ле­жать на зем­ле и слу­шать стук ко­лес уно­сив­ше­гося вдаль по­ез­да. Стран­но, я все еще мог­ла слы­шать, хо­тя пос­ле то­го, что дол­жно бы­ло слу­чить­ся... Я прек­расно ощу­щала хо­лод, а ме­хани­чес­ки по­ложив ру­ку с за­жатым в ла­донь ку­лоном се­бе на грудь, по­чувс­тво­вала силь­ные уда­ры. Оно все еще би­лось, но по­чему?

- Оч­ну­лась. Ну и как оно, жизнь пос­ле смер­ти?

От­ре­аги­ровав на при­ят­ный го­лос, проз­ву­чав­ший сов­сем ря­дом, ши­роко рас­пахнув­ши­мися гла­зами, я уви­дела пе­ред со­бой ан­ге­ла. В сум­рачном сол­нечном све­те улы­ба­юще­еся ли­цо бы­ло прек­расным. Зна­ете, как в по­доб­ных слу­ча­ях по­казы­ва­ют в филь­мах. В пер­вые же се­кун­ды я су­мела раз­гля­деть на ще­ках та­кие род­ные ямоч­ки... Но они не бы­ли те­ми са­мыми, по-нас­то­яще­му род­ны­ми.

- Ты кто? – под­ни­ма­ясь с зем­ли это бы­ло пер­вое, что ме­ня за­ин­те­ресо­вало.

- Кто я? – Па­рень на­иг­ра­но за­думал­ся, по­чесы­вая под­бо­родок. – Дай-ка по­думаю хм... Мо­жет я Бэт­мэн или Су­пер­мэн? Не, это вряд ли, су­дя по мо­ей не слиш­ком раз­ви­той мус­ку­лату­ре. Воз­можно – Халк? То­же не ва­ри­ант, я вро­де не зе­леный, хо­тя в эти ми­нуты был бы имен­но та­кого цве­та, будь я и в са­мом де­ле Хал­ком. Ммм... Кто же у нас еще? Зна­ешь, по­хоже я Эд­варт, ну, ду­маю те­бе не сто­ит объ­яс­нять кто та­кой Эд­вард. Те­лосложение у меня подходящее, реакция и скорость, жаль только что я едва не умер сам, когда стаскивал тебя с рельс. Выходит и не вампир. Так кто же я?

- Я об этом и спрашивала. – Недовольно проговорила я, стряхивая с нежно-голубого пуховика грязный снег. Знаете, человеку едва не покончившему с жизнью тяжело сохранять чувство юмора. Тем более, если ему это сделать помешали.

- Евгений Валентинович Добровольский, двадцати годков от роду, почти отдавший Богу душу со страха за жизнь незнакомки. Прошу любить и жаловать. – Продолжал стебаться юморист. – Ты не злись. Если что, я к прибытию следующего поезда могу тебе даже помочь довести дело до конца. Ну там, привязать к рельсам, чтоб наверняка. Могу с моста подтолкнуть, здесь недалеко. Если ты вдруг захочешь что-то изменить в сценарии собственной смерти. Ну, или еще что. Ты говори, не стесняйся. Просто мне было чертовски интересно успею ли я обогнать поезд. Что ж, можешь меня поздравить – у меня получилось. А так-то я с радостью все исправлю, если что.

Было ясно, парень просто дурачился, но даже в моем состоянии я не могла не оценить его игры. Улыбка незаметно пробралась ко мне на лицо, как бы издевательски это не звучало.

- Ну вот, другое дело. А то ведь с серьезным лицом лучше не сводить счеты с жизнью. Представь только – лежишь ты в гробу, вся такая серьезная до ужаса. Люди, считающие твой «уход» непоправимой и досадной глупостью, пришли с тобой проститься и поплакать вдоволь, а ты мало того что собранная по кусочкам окровавлено-синяя субстанция, так еще и с таким лицом, будто это произошло в тот самый момент, когда ты, вся такая серьезная, сидела в туалете. Согласись, твоим родным и близким приятнее будет увидеть на любимом и дорогом лице довольную улыбку. Значит, у тебя все ништяк и париться им вовсе не зачем. Ты все решила сама и решила правильно. Ты, конечно, уже не сможешь всем это доказать на словах, но твоя улыбкааа... Да родители враз перестанут рыдать! А друзья даже, возможно, порадуются твоему счастью. Ну с кем не бывает – не повезло тебе обрести радость в обыденной скучной жизни, так хоть смерть настигла тебя веселую.

Парень все говорил, говорил, а я уже и не знала, плакать мне или рассмеяться. В ушах все еще стоял невыносимый стук колес, но я слышала только волшебный голос появившийся из ниоткуда. Все что произошло всего несколько минут назад, казалось, было не со мной. Голос этого парня, всего лишь голос, согревал меня изнутри. А карие, почти черные озорные глаза, излучающие душевную доброту, заставляли смотреть на него собственными полными благодарности. Странно, но даже в вечерних сумерках, мне удалось разглядеть цвет его глаз.

- Прекрати. Ты ведь ничего не знаешь. – Не смотря на поступающее в душу тепло, внешне я продолжила оставаться несчастной и обиженной. Да и, по сути, одой его милой мордашки маловато, чтобы залечить мои душевные раны.

- Ах да, точно, что это я! – Парень все в том же духе продолжил клоунаду, гримасничая и умело играя всеми оттенками речи. – Боже мой, как я мог! Человеку в его хм ..., пусть будет семнадцать. Человеку в его семнадцать, больше не хотелось жить. Скорее всего, виной всему несчастная  лю­бовь, а это ОЧЕНЬ, я под­чер­кну ОЧЕНЬ ве­сомая при­чина. А тут я... Гос­по­ди, прос­ти ме­ня! Как я мо­гу быть та­ким бес­че­ловеч­ным и не раз­де­лить с юной ба­рыш­ней ее от­ча­яние и боль, уло­жив­шие ее на рель­сы? Нет мне про­щенья! Ка­кой я ко­вар­ный по­донок! Как ей те­перь жить с раз­би­тым сер­дцем, ведь в ми­ре нет дру­гих пар­ней и тем бо­лее нет иной ра­дос­ти и счастья чем сви­дания и встре­чи с лю­бимым под лу­ной! О го­ре мне, под­ле­цу, спас­ше­му чу­жую жизнь!

Па­рень выс­ту­пал пе­редо мной, слов­но пе­ред ты­сяч­ной а­уди­тори­ей Брод­вея. Его ли­цо бы­ло плас­ти­лино­вым, сме­няя од­ну эмо­цию дру­гой. Его ру­ки ра­бота­ли в уни­сон с речью, хва­та­ясь то за го­лову, то за сер­дце, то вски­дыва­лись к не­бесам. Не знаю, хо­тел он ме­ня рас­сме­шить или прос­то из­де­вал­ся, но ему од­нознач­но уда­валось шаг за ша­гом вы­тас­ки­вать ме­ня из бо­лота бо­ли, тос­ки и от­ча­яния.

- Нет, ну мы до­гово­рились, ес­ли что, я все вер­ну на­зад. – Прик­рыв рот ла­донью и нем­но­го приб­ли­зив­шись ко мне, за­говор­чески про­шеп­тал па­рень, а за­тем про­дол­жил. – Гос­по­ди, как же ей жить даль­ше, ес­ли ОН ока­зал­ся коз­лом? Ко­му те­перь ве­рить? Ко­го лю­бить? Как скле­ить ос­колки раз­би­той ду­ши?! О­ооо, го­ре ей!..

- Прек­ра­ти, го­ворю. Хва­тит! – От­кро­вен­но­го из­де­ватель­ства мне вы­нес­ти все же бы­ло не под си­лу. Пре­датель­ские сле­зы обе­щали вот-вот сор­вать­ся с глаз, а в ду­ше ко­пил­ся гнев.

- Хо­рошо. – Спо­кой­но, буд­то и не он вов­се все­го нес­коль­ко се­кунд на­зад крив­лялся, изоб­ра­жая край­ней сте­пени от­ча­яние, про­из­нес па­рень. – Толь­ко от­веть мне, по­жалуй­ста, на один воп­рос.

- Да­вай.

- Я не прав? Ска­жи, я ошиб­ся в сво­их до­гад­ках?

Я смот­ре­ла на его доб­рое ли­цо, на и без мо­их слов зна­ющие от­вет огонь­ки в гла­зах и не мог­ла сол­гать.

- Я бе­ремен­на...

- Стой, дай я про­дол­жу. Не зря ведь о по­доб­ном сня­то столь­ко филь­мов и на­писа­но еще боль­ше книг. – Па­рень вновь вклю­чил кло­уна. – О­оо, как он мог не по­верить что ре­бенок от ме­ня?! Как жить с та­ким по­зором? Луч­ше смерть. Нуу, как-то так.

Это бы­ло жес­то­ко и боль­но, хо­тя я и по­нима­ла - прав­да не обя­зана быть слад­кой.

- Не смеш­но! – Выр­ва­лось из ме­ня впе­реди слез, хлы­нув­ших мощ­ным по­током. – Те­бе пор­жать боль­ше не над чем? Мо­жет ты и спас ме­ня толь­ко что­бы по­уп­ражнять­ся в сво­ей ак­тер­ской иг­ре и про­демонс­три­ровать уме­ние чи­тать по ли­цам? Да, смерть луч­ше! И де­ло не толь­ко в раз­би­том сер­дце. Ро­дите­ли не дол­жны вы­носить из-за ме­ня по­зор и крас­неть при встре­че с со­седя­ми. У ме­ня хва­тило моз­гов раз­дви­нуть но­ги, зна­чит, хва­тит сме­лос­ти уко­ротить жизнь. Из­ба­вив од­ним ма­хом всех от по­зор­но­го клей­ма! Я на­де­ялась что у нас бу­дет мо­лодая семья..., а он... Мат­вей не ве­рит что ре­бенок от не­го, он на­зыва­ет его уб­людком, а ме­ня чуть ли ни са­мой кон­ченной по­тас­ку­хой. А я ведь и от­да­лась-то ему толь­ко по­тому, что ду­мала это МОЙ муж­чи­на, МОЙ бу­дущий муж, отец НА­ШИХ бу­дущих де­тей... Я люб­лю его всем сер­дцем, всей ду­шой, а он... Он го­ворил мне страш­ные ве­щи и не хо­чет ра­зоб­рать­ся в эле­мен­тарной че­лове­чес­кой ана­томии, фи­зи­оло­гии... Он го­ворит... го­ворит... - Го­ворить даль­ше у ме­ня не по­луча­лось, я прос­то зах­ле­быва­лась собс­твен­ны­ми сле­зами и вместо слов получалось кваканье.

- Чш-ш, чш-ш, прости, прости, не хотел тебя обидеть. Успокойся. – Незнакомый парень в тот момент оказался самым близким человеком на всей планете. Он обнял меня так крепко, и сжимал так горячо, что мне показалось, будто я стала узницей самой надежной и нерушимой крепости. Через толщину его куртки, я слышала, как быстро колотится под ней сердце, отчего собственное замирало.

- Ты не виноват, просто... просто...

- Не нужно передо мной оправдываться. Ты лучше успокаивайся, все позади.

Так мы и стояли. Он заботливо гладил меня по спине, а я активно мазала его грудь бесконечными соплями.

- Ну, успокоилась немного? – Сильные мужские руки выпустили меня из своего плена, а глаза придирчиво всматривались в «красоты» моего лица.

- Да. Спасибо. – Почти не икая и не всхлипывая, ответила я.

- Идем.

- Куда?

- Здесь недалеко.

Но спешить вслед за незнакомцем я не горела желанием. Одно дело самостоятельно укоротить себе жизнь, другое – дать сделать это кому-то еще, и не факт что быстро и безболезненно. Я настороженно оглянулась по сторонам - вокруг лег, снег, железная дорога и ни одной живой души, кроме нас двоих.

- Да ладно? – Парень удивленно смотрел на остолбеневшую меня. – Не хочешь ли ты сказать, что боишься меня?

Я молча опустила глаза.

- Слушай, ты странная барышня, как я погляжу. Еще несколько минут назад ты самовольно легла на рельсы, сейчас же тебе страшно пойти с незнакомцем. Не находишь это поведение бредовым? Ах да, забыл сообщить свое второе имя – Чикатило. – Парень одарил меня упрекающим взглядом. – Я всего лишь хочу, чтобы ты согрелась, а ближайший дом, моя сторожка у железнодорожного переезда. Она всего в нескольких шагах отсюда. Так что, продолжим мерзнуть, или выпьем чая? Ой, прости, все время забываю о причине твоего пребывания здесь. Если тебе все еще хочется чтобы твои внутренности и наружности собирали по кусочкам в неопределенном радиусе, то раньше чем через полтора часа, тебе это все равно не удастся. Ближайший поезд пройдет здесь через девяносто минут, так что...