4
📻Laurie Anderson — O Superman
Мэттью бросил рюкзак у входа и пошёл по темному коридору, увешанному работами его отца. Натюрморты. Цветы, чашки. Свет и форма. Линии и грани. Он провёл по ним рукой. Пейзажи — летняя Исландия, покрытая мхом; шотландские горы, канадские реки. Портреты. Мама сидит, сжав в ласковых руках чашку кофе. Она смеётся. Она жива. Мэттью поджал губы в мягкой улыбке. Так он здоровался с ней.
Он сварил кофе и себе и открыл ноутбук. Он был дома на час раньше обычного — именно этот час обычно забирала у него придурь Джейка. Он выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Контроль на его стороне. Все получилось. Победа одержана. Он не станет доставать его. И он не станет мстить... так ведь?
В этом Мэттью был не дo конца уверен. Он мог что-то упустить. Но в серых глазах Джейка, распахнутых и неподвижных, со страхом глядящих на него из под его кеда час назад, он пока что не читал своего просчета. Просчета, кажется, не было.
Он закрыл страницу с кодом и пару математических статей, мешавшихся под рукой. Открыл мессенджер. Открыл свою аватарку. Он никогда не смотрел на неё — фотка и фотка. Но сейчас он пытался смотреть на неё глазами человека, о котором он знал почти все. И который знал почти все о нем.
Да, о Мэттью многого знать и не нужно было — так ему казалось. Нужно было только знать, что он крепче, чем кажется. Мэттью нравились пленочные фотографии его отца — они как раз передавали это «крепче, чем кажется». Здесь все было так, как нужно было Мэттью. И все эти фотографии были у Джейка. Значит — он знает.
Пинг.
Мэттью открыл уведомление и попал в чат с Джейком, совершенно пустой. Единственное сообщение в нем было таким:
«Надо поговорить»
И тут же появилось второе:
«Сейчас».
Джейк опустил телефон. Он сам не знал, зачем это написал, но это было необходимо, ему было нужно поговорить. Он уверял себя до последнего, что он просто припугнёт комара — покажет ему, что там, в кабинете, был не страх, а так, лёгкое замешательство. Что он не боится ни комара, ни тем более — своего отца. Но в глубине души он знал, что хочет просто поговорить с человеком, который знает его-секретного. Не Джейка-потрошителя, а кого-то другого... у кого, может быть, и имени пока нет. Джейк видел, сколько всего было у Мэттью в телефоне. Но одно успокаивало его — он не увидел тогда усмешки на его лице. Он не увидел издёвки. Наступая ногой на лицо Джейка, Мэттью излучал что-то очень близкое к снисхождению и может быть, даже благородной доброте.
Джейк не провёл дома и десяти минут. Сжимая сейчас дo состояния кашицы бумажную трубочку в местном Старбаксе, он глазел в телефон и ждал. Ждал человека, который связал его по рукам и ногам.
И он пришёл. Звякнув дверью, в залитую солнцем кофейню вошёл Мэттью. Такой простой — в футболке с альбомом Металлики и джинсах, и тех же чёрных конверсах, о которых столько думал Джейк, вопреки своей воле. Такой свободный. Он был окружён секретами, но — как и всему, что связывало его с Джейком — он придавал им не большее значение, чем скучной рутине, с которой надо разобраться и идти дальше. И это завораживало Джейка.